«В кино я попал случайно. Приехал помочь парню, ассистенту чьему-то, насчёт наркотиков. В смысле — слезть с них. Я до сих пор этим занимаюсь — вот сейчас одного актёра из штопора вывожу. И деток в школах про вред наркотиков просвещаю.
Так вот. Парень мне позвонил: „Дэнни, тут сплошной кокс, боюсь сорваться“. А это был 1985-й, индустрия по уши в кокаине. И я приехал его поддержать. Гляжу, ходят мужики, наряженные зэками. В фальшивых наколках, тронешь — смазывается. И мой подопечный предложил подработать: „Зэка, — говорит, — изобразить можешь?“ Я в жизни так не ржал: я же во всех тюрьмах штата посидеть успел. Переодеваюсь, а у меня татуировка во всю грудь — и все сразу такие: „Ого“.
Потом дядька подходит: „Трехо, здоро́во. Помню, как ты первенство Сан-Квентина в полусреднем весе выиграл“. Смотрю — Эдди Банкер, мы с ним чалились. Оказалось, он сценарист. Спросил, боксирую ли я ещё; типа у них один актёрик, надо его подучить. Я говорю: „В массовке 15 баксов платят, а тренер сколько получает?“ А он: „320. Только ты с парнем потише, он дёрганый“. 320 в день! За 320 я Годзилле навалять мог. И я стал тренировать Эрика Робертса. Он меня вроде побаивался. Что скажу, то и делает. Это увидел Андрей Кончаловский, а у него, кажется, с этим проблема была — Эрик его не особо слушался. И он мне дал роль. Подошёл такой: „Беру тебя в фильм. Будешь Эрика бить“.
Потом история несколько раз повторялась — прихожу в массовку, а меня вытаскивают из толпы. Пять лет я играл Уголовника № 1, говорил всегда одну фразу, обычно: „Гаси их!“.
Один режиссёр дал дробовик и говорит: „Высади ногой дверь, а там импровизируй“. За дверью люди как бы играли в покер, каскадёры, понятно. Ну я вышиб дверь, кто-то вскочил, я ему заехал прикладом, тёлка какая-то визг подняла, а я ей раз — дробовик к виску. Режиссёр сам не свой: „Боже, Дэнни, где ты этому учился?“ А я: „Дай вспомнить. Супермаркет Von’s я брал. И Safeway. И Thrifty Mart“. Короче, опыт был»
yaplakal.com