Как снимали "Индиана Джонс. В поисках утраченного ковчега"

Для съемок с коброй были предприняты огромные предосторожности: дело в том, что продюсерам так и не удалось отыскать змею с удаленными зубами, в итоге пришлось использовать совершенно здоровую и очень большую королевскую кобру (самый крупный вид из всех кобр), которая спокойно могла убить человека одним своим укусом! Так что во время съемок кадра с Индианой и коброй напротив его лица, актера отделял от опасной рептилии лист стекла (слабые отражения на котором, по утверждению некоторых внимательных зрителей, видны в фильме). Осторожность не кажется излишней: яд этой змеи был смертелен, а в один из моментов она… выплюнула струю яда прямо на стекло! Когда эту злобную тварь наконец увезли, все вздохнули с облегчением.

Со змеями вообще было непросто: так, когда Инди бросал факелы в гущу змей, по сценарию они должны были расползаться от огня. На самом деле они, наоборот, ползли к огню, чтобы погреться. Так что кадр с расползающимися в стороны от огня змеями так и не был снят. Спилберг немало повеселил съемочную группу, гневно отчитывая змей за то, что они «портят ему сцену».

Следующим шагом была сцена с грузовиком – самая динамичная и одна из самых зрелищных в картине. Режиссеру всегда нравились мчащиеся грузовики, так что еще на этапе сценария он задумал эту сцену как жемчужину всего фильма. Спилбергу (у которого на тот момент не было опыта в постановке трюков такого рода) оказал огромную помощь опытнейший ассистент Майкл Мур, который, можно сказать, выступил здесь вторым режиссером. Сам Спилберг не раз утверждал, что именно благодаря Муру сцена получилась столь вдохновенной и захватывающей.

Харрисона Форда в сценах с трюками заменяли несколько каскадеров, которых сам Спилберг называет «одними из лучших каскадеров в истории» - это были Гленн Рэндолл, Терри Леонард, и самый похожий из всех – Ник Армстронг. Они с Харрисоном Фордом вообще выглядели как братья-близнецы, так что зритель и не подозревает, что во многих сценах перед ними вовсе не Форд! В костюме и надвинутой шляпе их почти невозможно было отличить друг от друга. Армстронг выполнял трюки, в которых было видно его лицо. Но самые опасные сцены были исполнены Терри Леонардом – там, где Индиана пробирается под несущимся грузовиком, а потом грузовик тащит его за собой. Терри уже доводилось выполнять подобный трюк в одном вестерне (там он пробирался под мчащейся повозкой), причем тогда он попал под колеса и чуть не погиб. К счастью, на сей раз трюк был выполнен без неожиданностей, и все прошло гладко.

С кораблем «Bantu Wind» приключилась забавная история: художник картины Норман Рейнольдс потратил немало времени, чтобы найти нужное судно – ржавое, старое и полностью соответствующее необходимым требованиям. Но перед самой арендой корабля для съемок его владелец неожиданно… покрасил его в веселый бело-голубой цвет! Пришлось спешно сдирать краску.

Довольно дорогостоящей стала знаменитая заключительная сцена, в которой нацисты во главе с Беллоком вскрывают-таки Ковчег, и мистическая сила, вырвавшись оттуда, устраивает локальный Апокалипсис. При написании сценария Спилберг с Лукасом развернулись в этой сцене по полной программе: взрывающиеся головы, летающие призраки, молнии, пронизывающие людей насквозь…

Само собой, тогда друзья не думали, каким образом они смогут воплотить все это на экране – ведь никакой компьютерной графики в 80-м году и в помине не было. Но у Лукаса имелась компания по производству спецэффектов Industrial Light and Magic, недавно основанная им для работы над «Звездными войнами», и с ее помощью в итоге удалось достичь совершенно потрясающего результата: вышла одна из самых впечатляющих сцен мирового кино.

На этапе съемок в павильоне нужно было сделать максимально достоверное освещение немецких солдат, пронзенных молниями, чтобы на этапе добавления спецэффектов осталось лишь дорисовать сами молнии. Мастера спецэффектов укрепили на груди и спине каждого солдата светильник на гибкой ножке, который включался самим актером по команде режиссера.

На счет раз-два-три светильники включались один за другим, а солдаты дергались и падали на колени. После добавления молний получилась великолепная сцена, на сто процентов соответствовавшая задумке Спилберга.

Призраки, вылетающие из Ковчега, снимались под водой, чтобы казалось, будто они парят в пространстве. Замедленная съемка усиливала эффект. В фильме можно заметить палки, прикрепленные к их спинам – ими и двигали кукол.

Отдельной задачей было изображение гибели нацистов и Беллока, стоящих над Ковчегом. У Спилберга с Лукасом для каждого из них была своя идея – так, улыбчивый садист Арнольд Тот должен был буквально «расплавиться» на глазах у зрителя – его лицо должно было стечь вниз с черепа.

Для этого пластиковый череп облепили мягкой массой, которая используется зубными техниками для изготовления слепков челюстей пациента при изготовлении зубных протезов, создав точную копию лица кричащего Тота. Потом эту голову поставили под мощные инфракрасные лампы, и стали ее нагревать. Масса начала постепенно плавиться и медленно сползать вниз. Снимая один кадр в секунду, в итоге получили картину, которую мы увидели в фильме: стремительно стекающее с черепа лицо злодея. Идеальный результат.

Полковник Дитрих, по сценарию, должен был «сдуться», так, чтобы его лицо «втянулось внутрь». Для выполнения этой задачи голову Дитриха сделали полой, и в самый ответственный момент откачали из нее воздух.

Со взрывающейся головой Беллока пришлось повозиться, потому что Спилберг не хотел получить для фильма рейтинг жестокости, не позволяющий прийти на него детской аудитории. Так что взрыв бутафорской головы намеренно показан сквозь завесу пламени, чтоб подробности не лезли в глаза.

После того, как отснятый материал попал в студию Industrial Light and Magic, там добавили рисованных спецэффектов, сделав сцену полностью завершенной.

Первый же показ в кинотеатре произвел настоящий фурор. На такой успех не рассчитывали даже сами создатели – вдохновенный, веселый и захватывающий, фильм стал одним из лучших в жанре, и остается таким до сих пор. Сравниться с ним могли разве что продолжения от тех же самых Спилберга и Лукаса