Корабельных дел мастер

26.

27.Следуя за Виктором, я рассматривал морские карты, фотографии моряков и людей с далёких берегов, видел старые навигационные приборы и обломки потерпевших крушение кораблей. Из этих совершенно разных потрёпанных временем вещей складывалась история создания и развития клуба «Полярный Одиссей». Вот передо мной разворачиваются картины путешествия трёх ладей — «Вера», «Надежда» и «Любовь» – из порта Петрозаводска в Святую землю. «Помнишь, как у Макаревича: мы дружно рубили канаты. Только мы их не рубили, а тянули, и у нас не каждый пятый, а каждый второй был у руля», – с доброй улыбкой сказал Виктор. Для этой экспедиции «Миссия: Золотой век» была придумана эмблема — земной шар на палубе ладьи. «Все мы, люди Земли — экипаж древнего корабля, нашей планеты. Если мы будем на одной палубе жить в мире друг с другом, то наш корабль будет плыть к миру и прогрессу вечно».

28.Мы прошли ещё несколько стендов, и моряк показал мне фотографию, на которой рядом с ним сидит Борис Николаевич Ельцин: «Он был у нас здесь, в клубе, двенадцать лет назад. Внимательно выслушал, обещал помочь», и будто бы в доказательство своих слов Виктор достал деревянную коробку, в которой аккуратной стопкой лежали листы с пожеланиями знаменитых гостей. «Получил большое удовольствие от парусника, от природы, от рыбалки, что первый раз ходил на паруснике. Молодцы поморы. Давайте готовить большой маршрут им. Петра I и рейс на Северный полюс. Есть нужда — помогу! Спасибо! Президент России».

29.

30.Виктор пододвинул ко мне книгу отзывов, и я негнущимися от холода пальцами оставил добрые пожелания на съежившихся от влажности листах. А дальше мы пошли пить чай, и старый моряк рассказывал истории из своих многочисленных морских походов – о приключениях и злоключениях, долгих странствиях и новых встречах.

Мне стало интересно, а какие же планы у капитана на будущее. «В этом году мы будем готовиться к экспедиции следующего года – нас приглашают в Форт Росс на празднование трёхсотлетнего юбилея форта. Мы планируем построить шхуну «Чириков», на которой Иван Кусков дошел до Калифорнии и основал там форт Росс».

А потом корабел начал увлеченно рассказывать, какое развлечение они хотят устроить для всех желающих приобщиться к парусному судоходству: «Мы сейчас готовим интересную программу – «Остров сокровищ: корсары Онежского моря». Два судна с пушками у нас есть, островов в Карелии множество, а база будет тут – на пристани клуба. Мы хотим, чтобы люди погрузились в эпоху самого расцвета флибустьерства, в 16-17 века, испробовали на своей шкуре все прелести поисков клада на корабле и борьбы с пиратами. Участники скидываются, образуют банк, который и станет заветным кладом.

А дальше корабли расходятся в разные стороны, ищут подсказки и указатели к кладу. Кто найдет подсказки, тот и клад найдет. Ну а если не нашел? Действуй как пират – отними у тех, кто его нашел.

Будут и гонки под парусами, и управление судном, абордажи, стычки и даже морской пейнтбол. Но будет очень важно не съесть друг-друга, а работать в команде, сообща. От умений экипажа, от его знаний и сплоченности зависит успех».

Пока Виктор рассказывал, я рассматривал обстановку дома, и ловил себя на мысли, что именно так в сказках рисуют жилище заправского морского волка: сувениры из дальних стран, фотографии из походов, у камина пара маленьких пушек. Не хватало разве что чучела какого-нибудь морского чудища, да корабля в бутылке.

31.

32.

33.В разговорах с увлеченными корабельной историей людьми я слышал про немногочисленные российские клубы, которые тоже занимаются судостроением, и спросил у Виктора, много ли таких.

«Мы не единственные, кто занимается созданием исторических судов. С «Полярного Одиссея» начали свой путь и другие морские клубы. Но все они держатся на энтузиастах. Народ сейчас сильнее беспокоится, как больше денег заработать, сделать свою жизнь более комфортной. Время такое. Да и ритм жизни сегодня не очень подходит для морских походов. Современные люди без тренировки не в состоянии долго работать на вёслах. А отпуска у всех короткие – надо вовремя до конечной точки добраться. Но ветрам ведь не прикажешь — могут, как назло, дуть встречные, и на вёслах народ просто выдыхается. Мы через всё это прошли и набрали огромный опыт, но далеко не каждый к этому готов».

34.Как бы ни приятно было мне разговаривать с Виктором, но пришло время прощаться. Мы вышли из дома навстречу усилившемуся ветру и набирающему силу снегопаду. Капитан хмуро посмотрел на покрытое льдом озеро: “Сильный ветер с озера, гонит лёд. Может флот выжать на берег”. Он сказал это спокойно, и сразу стало понятно, что и надвигающийся на корабли лёд, и злой ветер, и майский снегопад это привычное, нормальное для севера дело.

Я ещё раз взглянул в изборожденное морщинами лицо моряка: за спиной этого крепкого как корабельный канат человека уже лежали сотни километров морского пути, десятки кораблей и штормов, взлёты и падения, борьба со стихией и властями. Я от всей души пожелал Виктору попутного ветра и отправился земной дорогой точно зная, что капитан, пусть и стоял на земле, но душой был уже далеко в море.