В конце 80 почитал пиздюком его собрание сочинений. Был в ахуе. Сейчас, с годами понимаю, очень много притянуто за уши (его расчеты погибших/попавших в лагеря). Очень многое не договорено, а скорее умышленно замалчивается. Вот вдумайтесь, не сиделец, а турист какой то. Пол года там, год сям... С каких куёв такие переезды? Кому это было нужно? Кто за этим стоял? А не стукачек ли лауреат Нобелевской?
Слабо верится, что в голодные годы в тюрьме хорошо кормили и что зек целыми днями бездельничал , когда сотни таких же гибли от непосильного труда, бескормицы и болезней. Тем более политических в тюрьмах надзиратели не очень то жаловали.
Скоро фантазия сталинодрочеров дойдет до того, что в сталинских лагерях жили лучше, чем на свободе, и все люди стремились туда попасть.
Лично в Беломорске разговаривал с бабушкой, которая строила Беломорканал. С её слов она не умерла, только потому что её подкармливали зеки. Сама она была вольнонаёмной. В то время в Карелии жилось очень худо.
Писатель Варлам Шаламов,автор совершенно шикарных "Колымских рассказов",честно отсидевший 25 лет на Севере отказался стать соавтором "Архипелага",потому,что раскусил гниду.В "Архипелаге" Солженицын восхищается бандеровцами,обсирает русских,ну и пресловутые 100500 милиардов погибших в лагерях.
Шаламов шикарен. помню читал в конце 80-х в журнале"Юность" его рассказы. И действительно пидорка и предателя Солженицина он терпеть не мог.
Однако, у кого-то, до сих пор пригорает пукан! Закапали и забыли, но ведь нет, каждый раз его достают. Думается хотят получить альтернативный источник энергии, путем вращения, с большой скоростью, Солженицына в гробу
Ой прямо у кого то . Вчера по России 24 смотрел , после обращения президента к бла бла бла , дикторша подчеркнула - было взято несколько цитат из наших великих умов - 1 цитата от Столыпина , 2 цитаты от Солженицина и 3 от Лихачева который поделился с Солженициным воспоминаниями о лагере и тот написал замечательные произведения. Иногда задаюсь вопросом, на чью разведку работал наш КГБшник в годы СССР.
Писатель Варлам Шаламов,автор совершенно шикарных "Колымских рассказов",честно отсидевший 25 лет на Севере отказался стать соавтором "Архипелага",потому,что раскусил гниду.В "Архипелаге" Солженицын восхищается бандеровцами,обсирает русских,ну и пресловутые 100500 милиардов погибших в лагерях.
Это очень хорошо говорит о том, что вы вообще не понимаете о чём говорите. Шаламов сидел с 1929 по 1932 в Соликамске - 3 года, с 1937 по 1942 на Колыме - 5 лет, с 1943 по 1953 снова на Колыме - 10 лет. Причём большую час последнего срока он не лес валил, а был фельдшером при лагерной больничке. Итого 18 лет, а не 25. Ну а через пару десятков лет Шаламов публикует письмо в Литературке, где пишет, что "Колымские рассказы" уже не актуальны, протестует, что заграничные диссидентские журналы публикуют его произведения и сразу после этого становиться членом Союза писателей. Как думаете, какую реакцию это вызвало у тех, кто сидел вместе с ним? Кстати со здоровье "угробленным в лагерях" Шаламов прожил 29 лет после последнего освобождения и умер в возрасте 74 лет.
Этот человек напрямую причастен к развалу великой страны. К сожалению обладал неплохим литературным талантом.
Его роль в развале страны ничтожна по сравнению с ролью КПСС. Ну да, писал об ужасах сталинских лагерей. Но в 80-е годы людей в первую очередь не Сталин волновал, а пустые полки магазинов, разгоравшиеся межнациональные конфликты, падение влияния страны. Это Солженицын все сделал? Или все же Горбачев при молчаливой поддержке 40 миллионов советских коммунистов и пассивности остальной части населения? В 90-е Солженицын приехал в Россию. Казалось бы: вот, коммунистов свергли, демократы и либералы пришли - радуйся. Но он был в шоке от того, что сделали со страной, и не скрывал этого. Даже награду из рук Ельцина принимать отказался.
Это сообщение отредактировал Sardelier - 3 дек. 2016 г. в 15:07
Неуместный заголовок. Солженицин никогда не позиционировал себя, как работягу. Можно сколько угодно обвинять Солженицина в предательстве, но в реальности это государственная машина сделала из него предателя. Сначала Хрущёв обозначил "оттепель", а потом испугался того, что многие люди поверили в возможность говорить ПРАВДУ. Часто эта правда была настолько радикальна, что правдорубов приходилось урезонивать. А Солженицина понесло. Сначала "В круге первом", потом "Архипелаг ГУЛАГ". Я в начале 90-х осилил прочитать Архипелаг и вполне понимаю, чего боялось руководство СССР. Я считаю, что Солженицын, в отличии от Шаламова, после отсидки не имел озлобленности на советскую власть, он просто не смог остановиться, когда вся правда власти стало не нужно много правды. Ну а поведение Солженицына после возврата на Родину очень о многом говорит, как о человеке. Особенно когда он отказался принять государственную награду от Ельцина и не позволил сделать из себя живое воплощение совести нации.
В каком месте в "Архипелаге" правда? Я посмотрю, может чего пропустил.
Писатель Варлам Шаламов,автор совершенно шикарных "Колымских рассказов",честно отсидевший 25 лет на Севере отказался стать соавтором "Архипелага",потому,что раскусил гниду.В "Архипелаге" Солженицын восхищается бандеровцами,обсирает русских,ну и пресловутые 100500 милиардов погибших в лагерях.
Вообще-то у Шаламова были хорошие отношения с Солженицыным, и он заявлял, что цели у них как у писателей одинаковые - рассказать правду о лагерях. И шаламовские произведения, естественно более мягкие, чем солженицынские, по направленности своей с солженицынскими схожи.
Другом,говорите?
В начале своего творчества Солженицын был чуть ли не лучшим другом Шаламова. В принципе, это логично. Оба сидели, оба писали о лагерях. Шаламов называл Солженицына своей совестью, закончилось всё это, когда Шаламов отказался стать соавтором "Архипелага".
Тон высказываний Солженицына сменился на: «Рассказы Шаламова художественно не удовлетворили меня: в них во всех мне не хватало характеров, лиц, прошлого этих лиц и какого-то отдельного взгляда на жизнь у каждого. Другая беда его рассказов, что расплывается композиция их, включаются куски, которые, видимо, просто жалко упустить нет цельности, а наволакивается, что помнит память, хотя материал самый добротный и несомненный».
Варлам Шаламов о Солженицыне (из записных книжек):
У Солженицына есть любимая фраза: «Я этого не читал».
***
Письмо Солженицына – это безопасная, дешёвого вкуса, где по выражению Хрущева: «Проверена юристом каждая фраза, чтобы всё было в «законе».
***
Через Храбровицкого сообщил Солженицыну, что я не разрешаю использовать ни один факт из моих работ для его работ. Солженицын – неподходящий человек для этого.
***
У Солженицына та же трусость, что и у Пастернака. Боится переехать границу, что его не пустят назад. Именно этого и боялся Пастернак. И хоть Солженицын знает, что «не будет в ногах валяться», ведёт себя так же. Солженицын боялся встречи с Западом, а не переезда границы. А Пастернак встречался с Западом сто раз, причины были иные. Пастернаку был дорог утренний кофе, в семьдесят лет налаженный быт. Зачем было отказываться от премии – это мне и совсем непонятно. Пастернак, очевидно, считал, что за границей «негодяев», как он говорил – в сто раз больше, чем у нас.
***
Деятельность Солженицына – это деятельность дельца, направленная узко на личные успехи со всеми провокационными аксессуарами подобной деятельности. Солженицын – писатель масштаба Писаржевского, уровень направления таланта примерно один.
***
Ни одна сука из «прогрессивного человечества» к моему архиву не должна подходить. Запрещаю писателю Солженицыну и всем, имеющим с ним одни мысли, знакомиться с моим архивом.
***
В одно из своих чтений в заключение Солженицын коснулся и моих рассказов: «Колымские рассказы… Да, читал. Шаламов считает меня лакировщиком. А я думаю, что правда на половине дороги между мной и Шаламовым». Я считаю Солженицына не лакировщиком, а человеком, который не достоин прикоснуться к такому вопросу, как Колыма.
***
На чем держится такой авантюрист? На переводе! На полной невозможности оценить за границами родного языка те тонкости художественной ткани (Гоголь, Зощенко) – навсегда потерянной для зарубежных читателей. Толстой и Достоевский стали известны за границей только потому, что нашли переводчиков хороших. О стихах и говорить нечего. Поэзия непереводима.
***
Тайна Солженицына заключается в том, что это – безнадежный стихотворный графоман с соответствующим психическим складом этой страшной болезни, создавший огромное количество непригодной стихотворной продукции, которую никогда и нигде нельзя предъявить, напечатать. Вся его проза от «Ивана Денисовича» до «Матрёниного двора» была только тысячной частью в море стихотворного хлама. Его друзья, представители «прогрессивного человечества», от имени которого он выступал, когда я сообщал им своё горькое разочарование в его способностях, сказав: «В одном пальце Пастернака больше таланта, чем во всех романах, пьесах, киносценариях, рассказах и повестях, и стихах Солженицына», – ответили мне так: «Как? Разве у него есть стихи?».
А сам Солженицын, при свойственной графоманам амбиции и вере в собственную звезду, наверно, считает совершенно искренне – как всякий графоман, что через пять, десять, тридцать, сто лет наступит время, когда его стихи под каким-то тысячным лучом прочтут справа налево и сверху вниз и откроется их тайна. Ведь они так легко писались, так легко шли с пера, подождем ещё тысячу лет.
- Ну что же, – спросил я Солженицына в Солотче, – показывали Вы всё это Твардовскому, Вашему шефу? Твардовский, каким бы архаическим пером ни пользовался, – поэт, и согрешить тут не может. – Показывал. – Ну, что он сказал? — Что этого пока показывать не надо.
***
После бесед многочисленных с Солженицыным/ чувствую себя обокраденным, а не обогащённым.
Это сообщение отредактировал PapaRoll - 3 дек. 2016 г. в 15:02
Слабо верится, что в голодные годы в тюрьме хорошо кормили и что зек целыми днями бездельничал , когда сотни таких же гибли от непосильного труда, бескормицы и болезней. Тем более политических в тюрьмах надзиратели не очень то жаловали.
Так о погибших от голода и болезней Вы знаете от таких, как Солженицын. Вы не задавались вопросом как в таком аду он умудрился выжить, да еще какое-то время до того, как выбыл в США , жить в СССР и гадить своей стране.
Разумеется, строительство Беломорканала, лесоповал на 40-градусном морозе, добыча урана и прочее, чем занимались тогда заключенные, не вызывало никаких болезней, только укрепляло здоровье. И в голодные военные и послевоенные годы питание у заключенных было конечно же шикарное.
А я и не утверждаю о шикарном питании и санаторных условиях. Но и о том, что дохли как мухи, тоже сильно преувеличено. Понятно, что разносолами заключенных не кормили и заставляли работать , на то оно и есть наказание, но нарочно не гноили это точно
Литературный талант у него был, но он не документалист, даже не описывал реальное положение дел, он просто все выдумал. Если читать его Гулаг и просто сопоставлять цифры, то получается откровенная ересь. Человек, который жил в государстве, его хаял, объявил себя дисседентом, продолжал издалека тяфкать, а когда развалилась страна, то прибежал обратно на похоронах государства оттанцевать джигу. Не люблю я его, очень. Даже мои предки, которые весьма и весьма многое знали того времени, но вот отзывались о нем крайне негативно.
Писатель Варлам Шаламов,автор совершенно шикарных "Колымских рассказов",честно отсидевший 25 лет на Севере отказался стать соавтором "Архипелага",потому,что раскусил гниду.В "Архипелаге" Солженицын восхищается бандеровцами,обсирает русских,ну и пресловутые 100500 милиардов погибших в лагерях.
Шаламов шикарен. помню читал в конце 80-х в журнале"Юность" его рассказы. И действительно пидорка и предателя Солженицина он терпеть не мог.
Шаламов просто писал интереснее, а так одного поля ягоды
смысл искать "тайное" там где писатель сам говорит о себе? фрагмент ГУЛАГа по памяти: и вот приехали за мной,зашли 2 офицера сказали собирать вещи и нас ждут в штабе (или около штаба) то что "вызов в штаб" означает поездку к "товарищам" я знал. собрали вещи,взяли какого то бойца и ребята пошли,а я остался стоять. -почему не идешь?-спросил один из сопровождающих. -а кто мои вещи понесет ?-спросил я -ты-ответил сопровождающий. -Я НЕ МОГУ я офицер,вот у вас есть рядовой пусть он несет.
и правильно кто то сказал: "я не верю в мегамозг Солженицина,это каким надо быть дураком что бы писать с фронта друзьям о том что "все плохо" зная что письма проходят цензуру?"
Это сообщение отредактировал grekmex - 3 дек. 2016 г. в 15:04
Эк Вы о нем мягко выразились. Даже пиздоболом его назвать нельзя, это это самый настоящий предатель. Если в лагерях сгинуло 100500 мульенов , как же он выжить умудрился ?
Да очень просто .. достаточно было "заложить" десяток другой "коллег-сидельцев" Кум он такой... и "придурочную" должность и пайку обеспечит..
Писатель Варлам Шаламов,автор совершенно шикарных "Колымских рассказов",честно отсидевший 25 лет на Севере отказался стать соавтором "Архипелага",потому,что раскусил гниду.В "Архипелаге" Солженицын восхищается бандеровцами,обсирает русских,ну и пресловутые 100500 милиардов погибших в лагерях.
Вообще-то у Шаламова были хорошие отношения с Солженицыным, и он заявлял, что цели у них как у писателей одинаковые - рассказать правду о лагерях. И шаламовские произведения, естественно более мягкие, чем солженицынские, по направленности своей с солженицынскими схожи.
Другом,говорите? Ну тогда вот вам несколько высказываний Шаламова об этом "друге":
В начале своего творчества Солженицын был чуть ли не лучшим другом Шаламова. В принципе, это логично. Оба сидели, оба писали о лагерях. Шаламов называл Солженицына своей совестью, закончилось всё это, когда Шаламов отказался стать соавтором "Архипелага".
Тон высказываний Солженицына сменился на: «Рассказы Шаламова художественно не удовлетворили меня: в них во всех мне не хватало характеров, лиц, прошлого этих лиц и какого-то отдельного взгляда на жизнь у каждого. Другая беда его рассказов, что расплывается композиция их, включаются куски, которые, видимо, просто жалко упустить нет цельности, а наволакивается, что помнит память, хотя материал самый добротный и несомненный».
Варлам Шаламов о Солженицыне (из записных книжек):
У Солженицына есть любимая фраза: «Я этого не читал».
***
Письмо Солженицына – это безопасная, дешёвого вкуса, где по выражению Хрущева: «Проверена юристом каждая фраза, чтобы всё было в «законе».
***
Через Храбровицкого сообщил Солженицыну, что я не разрешаю использовать ни один факт из моих работ для его работ. Солженицын – неподходящий человек для этого.
***
Солженицын – вот как пассажир автобуса, который на всех остановках по требованию кричит во весь голос: «Водитель! Я требую! Остановите вагон!» Вагон останавливается. Это безопасное упреждение необычайно.
***
Солженицын – вот как пассажир автобуса, который на всех остановках по требованию кричит во весь голос: «Водитель! Я требую! Остановите вагон!» Вагон останавливается. Это безопасное упреждение необычайно.
***
У Солженицына та же трусость, что и у Пастернака. Боится переехать границу, что его не пустят назад. Именно этого и боялся Пастернак. И хоть Солженицын знает, что «не будет в ногах валяться», ведёт себя так же. Солженицын боялся встречи с Западом, а не переезда границы. А Пастернак встречался с Западом сто раз, причины были иные. Пастернаку был дорог утренний кофе, в семьдесят лет налаженный быт. Зачем было отказываться от премии – это мне и совсем непонятно. Пастернак, очевидно, считал, что за границей «негодяев», как он говорил – в сто раз больше, чем у нас.
***
Деятельность Солженицына – это деятельность дельца, направленная узко на личные успехи со всеми провокационными аксессуарами подобной деятельности. Солженицын – писатель масштаба Писаржевского, уровень направления таланта примерно один.
***
Восемнадцатого декабря умер Твардовский. При слухах о его инфаркте думал, что Твардовский применил точно солженицынский приём, слухи о собственном раке, но оказалось, что он действительно умер. Сталинист чистой воды, которого сломал Хрущев.
***
Ни одна сука из «прогрессивного человечества» к моему архиву не должна подходить. Запрещаю писателю Солженицыну и всем, имеющим с ним одни мысли, знакомиться с моим архивом.
***
В одно из своих чтений в заключение Солженицын коснулся и моих рассказов: «Колымские рассказы… Да, читал. Шаламов считает меня лакировщиком. А я думаю, что правда на половине дороги между мной и Шаламовым». Я считаю Солженицына не лакировщиком, а человеком, который не достоин прикоснуться к такому вопросу, как Колыма.
***
На чем держится такой авантюрист? На переводе! На полной невозможности оценить за границами родного языка те тонкости художественной ткани (Гоголь, Зощенко) – навсегда потерянной для зарубежных читателей. Толстой и Достоевский стали известны за границей только потому, что нашли переводчиков хороших. О стихах и говорить нечего. Поэзия непереводима.
***
Тайна Солженицына заключается в том, что это – безнадежный стихотворный графоман с соответствующим психическим складом этой страшной болезни, создавший огромное количество непригодной стихотворной продукции, которую никогда и нигде нельзя предъявить, напечатать. Вся его проза от «Ивана Денисовича» до «Матрёниного двора» была только тысячной частью в море стихотворного хлама. Его друзья, представители «прогрессивного человечества», от имени которого он выступал, когда я сообщал им своё горькое разочарование в его способностях, сказав: «В одном пальце Пастернака больше таланта, чем во всех романах, пьесах, киносценариях, рассказах и повестях, и стихах Солженицына», – ответили мне так: «Как? Разве у него есть стихи?».
А сам Солженицын, при свойственной графоманам амбиции и вере в собственную звезду, наверно, считает совершенно искренне – как всякий графоман, что через пять, десять, тридцать, сто лет наступит время, когда его стихи под каким-то тысячным лучом прочтут справа налево и сверху вниз и откроется их тайна. Ведь они так легко писались, так легко шли с пера, подождем ещё тысячу лет.
- Ну что же, – спросил я Солженицына в Солотче, – показывали Вы всё это Твардовскому, Вашему шефу? Твардовский, каким бы архаическим пером ни пользовался, – поэт, и согрешить тут не может. – Показывал. – Ну, что он сказал? — Что этого пока показывать не надо.
***
После бесед многочисленных с Солженицыным/ чувствую себя обокраденным, а не обогащённым.
Не говорил я, что он был его другом. Были у них и разногласия. Вы привели только те места из писем, в которых Шаламов критикует Солженицына. Такова уж стратегия вам подобных - вырывать из контекста (как при цитате писем) или привирать (как в случае с заявлением, что я писал о том, что Варламов был другом Солженицына). Лично мне подобные умозаключения убедительными не кажутся.
Слабо верится, что в голодные годы в тюрьме хорошо кормили и что зек целыми днями бездельничал , когда сотни таких же гибли от непосильного труда, бескормицы и болезней. Тем более политических в тюрьмах надзиратели не очень то жаловали.
Скоро фантазия сталинодрочеров дойдет до того, что в сталинских лагерях жили лучше, чем на свободе, и все люди стремились туда попасть.
Лично в Беломорске разговаривал с бабушкой, которая строила Беломорканал. С её слов она не умерла, только потому что её подкармливали зеки. Сама она была вольнонаёмной. В то время в Карелии жилось очень худо.
И что хорошего в том, что многие простые люди жили тогда хуже зеков?
Тайна Солженицына заключается в том, что это – безнадежный стихотворный графоман с соответствующим психическим складом этой страшной болезни, создавший огромное количество непригодной стихотворной продукции, которую никогда и нигде нельзя предъявить, напечатать. Вся его проза от «Ивана Денисовича» до «Матрёниного двора» была только тысячной частью в море стихотворного хлама. Его друзья, представители «прогрессивного человечества», от имени которого он выступал, когда я сообщал им своё горькое разочарование в его способностях, сказав: «В одном пальце Пастернака больше таланта, чем во всех романах, пьесах, киносценариях, рассказах и повестях, и стихах Солженицына», – ответили мне так: «Как? Разве у него есть стихи?».
Вы понимаете, что он на закате своей жизни настолько шизанулся, что не делал различия между поэзией и прозой?
Таланта нет. Правды нет. Есть только жажда глумления над Родиной. Страсть к очернению страны, которую предал. Канадские березки ему всю жизнь напоминали возмездие за предательство. И даже после смерти страшнее всего было лежать на кладбище с теми, кого предал. Перезахоронили рядом с церковью. Кто может рассказать о причине? Он что, был священнослужителем? Если и служителем, то служителем зла, лжи и косноязычия.
Я еще при Советской Власти ИЗ ОТКРЫТЫХ ИСТОЧНИКОВ ЗНАЛ,ЧТО ОН С ДВОЙНЫМ ДНОМ.Живя в Вермонте,при встрече с журналистами США,он так перед ними скакал.....как ,даже не знаю как назвать-БЕЗ УВАЖЕНИЯ К СЕБЕ. Да и наезды его на Шолохова отвратны.А уж Шаламов его не иначе,чем лакировщик действительности называл.А уж сказкам про охулеард миллионов замученных на Колыме верить дуракам и либералам.....
ТС! почто такое постишь - у путирастов когнитивный диссонанс начинается Про этого пидараса и его "житьё бытью" писано переписано, и им самим и многочисленными очевидцами, да и логика в помощь
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии. Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.
1 Пользователей читают эту тему (1 Гостей и 0 Скрытых Пользователей)
Кум он такой... и "придурочную" должность и пайку обеспечит..
yaplakal.com