Потеряшка
-Костя, вызывай дурку! Шэф белку словил.
-Алена, неудобно как-то..... Может, обойдется?
-Что обойдется? Ты не видишь - он в "отъезде". Целиком и полностью. Кому он орет то, кто ему там мерещится? Ну, ждем еще минут несколько, если в себя не придет, выцепляй психэвакуатор.
Директор федерального канала Урнст сидел в дребадан пьянющий в переговорной комнате. Позади него толпились смятенные коллеги, тревожно взирающие на босса, который протяжно и тоскливо, пялясь в пустоту около журнального столика, выл в голос, обращаясь неведомо к кому:
- А чо ты? А чоооооооооооо ты!!!!
Алена нервно передернула плечами, закурила. Пожалуй, пришла пора действовать.
-Костя, ну что? Набираешь психиатров?
-Нет, Аленка. Не могу репутацию шефа подвергнуть обструкции. Хочешь - звони сама.
От прочего толкущегося здесь же планктона было невозможно добиться реакции - все виновато пожимали плечами, делали большие глаза и прискорбно вздыхали, мол - все там будем.
В переговорную комнату, открыв дверь с ноги, вошла клинер-менеджер по форме и уборщица по содержанию Алла. Потешная и непростая женщина вкатила чудо-ведро с торчащей в нем замудреной шваброй. Оглядев присутствующих и оценив ситуацию, Алла безапелляционно выдала:
- Наебенился свинота? И как мне теперь прибираться?
Послышались сдавленные смешки и преувеличенные возмущения моралфагов.
Босс тем временем снова затараторил, как пулемет, фальцетом:
- А чо ты! А чо ты! А чо ты! А чо ты!
Алла просчитала траекторию нестабильного взгляда Урнста, протиснулась сквозь взволнованных подчиненных к журнальному столику, ловко маневрируя между ними со своим менеджеровым орудием. Сей марш-бросок еще больше возбудил психическую нестабильность Урнста и директор уже стонал как роженица при последних схватках:
Ачоооооооооооооооооты, ачоооооооооооты.
Алла пристально посмотрела на пустой журнальный столик, затем нагнулась и заглянула за него. Потом с грациозностью дирижера Гергиева взмахнула шваброй и извлекла ею из под столика стопку распечатанных с компьютера бумаг формата А4.
Данная подцепленная шваброй макулатура оказалась ничем иным, как отчетами, заказанными каналом и лично Урнстом различным социальным институтам и социологическим службам для мониторинга гласности канала в отражении животрепещущих и актуальных тем. В отчетах были приведены как частные мнения телезрителей (семья Марьяны К.), так и результаты опроса обширных социологических групп.
Алла укоризненно посмотрела на руководителя и изрекла:
-Испугали вы сотрудников, Моисей Вениаминович! Они ж думали, вы ряшкой прислонились. Навоображали, что с потусторонней субстанцией якшаетесь, да и понукаете ее----А чо ты? А чо ты?
А это вы, стало быть, пытались донести до коллектива мысль, что отчеты ваши за столик завалились и не мешало бы их достать? То есть, кричали то вы: Отчеты! Отчеты!
Благодарный и расстроганный Урнст прослезился, промычал: Аллаааааааааааа налееееей,- и высморкался в отчасти натуральный шелковый галстук.
Коллектив допер диспозицию. Несказанно обрадовался, что шэф не словил белую горячку, а всего лишь пытался транслировать, что никому ненужные лукавые отчеты упали за столик. У всех отлегло от души, все пошли перекурить, выпить по рюмке чая и дальше творить чифир-эфир.