Интерлюдия 1 от Триполи с полным вниманием к деталям Очень женская глава. Парни бы точно многое упустили. Смутил только момент, с вытягиванием рисунка на ногте. У меня на них рисунков не бывает, так что стопроцентно не уверена, но ноготь же вылезает из ложа, а не растягивается. Или ошибаюсь?
Вообще не ошибаешься! Спасибо! Нашлепыш на ногте остается неизменным, отрастает лишь сам ноготь. Между потугой на смИшно и глупостью, нужно (мне) отдуплять в пользу очевидной глупости. Так-то я изначально знала, что пишу бред)) Плюс в копилочку исправлений. Этот эпизод вообще удалю.
Прислушиваюсь к мнению людей очень внимательно. Так, по Вашим (всех) замечаниям, изменила: - дорогим парфюмом (выкинуто слово "дорогим", ибо коллектив сомневается в платежеспособности гг) - выкинуто предложение "Между ними стали завязываться романтические отношения" как набивший оскомину штамп - выкинута " химическая реакция страсть", застигнувшая гг в дверном проеме дс (за своей скоропостижностью) - выкинуто слово "мартышка" из текста
Пока ГГ трясется о своей шкуре, мечтает о сисьге Марины ДС и постоянно оказывается в странных местах, где сразу сталкивается с ключевыми людьми тех эпох, он ни разу, НИ РАЗУ не вспомнил своегo лепшего друга Ники, который выручил его, дав покататься клиентовскую лямбу. А ведь Ники скорее всего уже насадили на кукан, поскольку главный виновник поломки авто, благополучнo смылся по времени, а Ники прилип на 5 лимонов. Какой-то он весь непозитивный. То друга подставил, то обоссался, то Чикатило испугался. Мерзкий он какой-то.
Авторам на заметку!
А ещё главгер на детей забил. Как там его дети?
Так никак его дети, не родились еще. И Ламбы той еще даже в проекте нет. Марти Макфлай когда в 1955 год угодил, вполне логично не переживал, что его дома потеряют, потому что его дом даже не построили еще.
Мальчик уже привык, что на время маминых командировок его имя куда-то пропадает. Он становится падлой, гадёнышам, скотиной… Дядя Слава, добрый и даже ласковый при маме, меняется сразу, только проводив жену.
Он даже дверь иначе открывает: ключ поворачивается как-то зло, нервно… страшно. Вот и сейчас.
Вошел в квартиру и сразу стал плохим.
Ребенок не хотел выходить из комнаты, но знал, что будет хуже. Поэтому медленно, боком, смотря в сторону вышел. Толстая волосатая рука схватила его за ухо:
— Где мой кошелек, скотина? Где, выродок?
— Я… Я не знаю…
— А кто знать должен? Прошлый раз ты деньги спер — значит, и сейчас.
Рука выкрутила ухо так, что потемнело в глазах.
Прошлый раз.., ох уж этот прошлый раз… Да, он потратил сдачу себе на мороженое. Но он ничего не крал! Это другое. Но дядя Слава думал иначе. И теперь любая пропажа была, по его мнению, виной пасынка. Он ругал его, крутил уши, ставил в угол на несколько часов и не кормил. И говорил, что если мать узнает о наказании, то убьет обоих — и его, и маму. Мальчик верил и молча терпел издевательства.
Вот и сейчас покорно ждал наказания — за то, что не совершал. Он сжался в комок и приготовился. А страшный человек кричал, обзывался и, казалось, обдумывал, что бы сделать своей жертве.
Но вдруг в незапертую отчимом дверь — он часто забывал запирать на ключ — влетела мама (как потом выяснилось, командировку почему-то перенесли). Глаза маленькой худенькой женщины метали молнии… Дядя Слава сразу улыбнулся мальчику.
— Я все слышала! Все!
— Наташенька… — сладким голосом промолвил отчим.
Но она не слушала, лишь обнимала своего сына и шептала: «Прости, родной, прости меня, пожалуйста!»
Больше дядю Славу мальчик не видел. Как-то, сидя на диване с мамой, он сказал:
— Мама, я правда-правда не брал тот кошелек!
— Конечно, не брал: этот кошелек у него в куртке был еще на вокзале, как бы ты смог его взять?
«Вот у меня мама какая! — с гордостью подумал Рома. — Настоящий следователь! Вырасту — тоже стану следователем. Чтобы никто никого просто так не наказывал».
Фамилия у Ромы была необычная — Чертыханцев.
*** Автор главы Аноним
Уважаемые читатели! Добавьте тему в закладки, пишите комментарии.
Это сообщение отредактировал Choke - 10 мая 2026 в 11:32
Мальчик уже привык, что на время маминых командировок его имя куда-то пропадает. Он становится падлой, гадёнышам, скотиной… Дядя Слава, добрый и даже ласковый при маме, меняется сразу, только проводив жену.
Он даже дверь иначе открывает: ключ поворачивается как-то зло, нервно… страшно. Вот и сейчас.
Вошел в квартиру и сразу стал плохим.
Ребенок не хотел выходить из комнаты, но знал, что будет хуже. Поэтому медленно, боком, смотря в сторону вышел. Толстая волосатая рука схватила его за ухо:
— Где мой кошелек, скотина? Где, выродок?
— Я… Я не знаю…
— А кто знать должен? Прошлый раз ты деньги спер — значит, и сейчас.
Рука выкрутила ухо так, что потемнело в глазах.
Прошлый раз.., ох уж этот прошлый раз… Да, он потратил сдачу себе на мороженое. Но он ничего не крал! Это другое. Но дядя Слава думал иначе. И теперь любая пропажа была, по его мнению, виной пасынка. Он ругал его, крутил уши, ставил в угол на несколько часов и не кормил. И говорил, что если мать узнает о наказании, то убьет обоих — и его, и маму. Мальчик верил и молча терпел издевательства.
Вот и сейчас покорно ждал наказания — за то, что не совершал. Он сжался в комок и приготовился. А страшный человек кричал, обзывался и, казалось, обдумывал, что бы сделать своей жертве.
Но вдруг в незапертую отчимом дверь — он часто забывал запирать на ключ — влетела мама (как потом выяснилось, командировку почему-то перенесли). Глаза маленькой худенькой женщины метали молнии… Дядя Слава сразу улыбнулся мальчику.
— Я все слышала! Все!
— Наташенька… — сладким голосом промолвил отчим.
Но она не слушала, лишь обнимала своего сына и шептала: «Прости, родной, прости меня, пожалуйста!»
Больше дядю Славу мальчик не видел. Как-то, сидя на диване с мамой, он сказал:
— Мама, я правда-правда не брал тот кошелек!
— Конечно, не брал: этот кошелек у него в куртке был еще на вокзале, как бы ты смог его взять?
«Вот у меня мама какая! — с гордостью подумал Рома. — Настоящий следователь! Вырасту — тоже стану следователем. Чтобы никто никого просто так не наказывал».
Фамилия у Ромы была необычная — Чертыханцев.
*** Автор главы Аноним
Уважаемые читатели! Добавьте тему в закладки, пишите комментарии.
Ку, а почему так ма...
Размещено через приложение ЯПлакалъ
Простите пожалуйста. Но интерлюдию от Триполи я за полноценную подачу следующему автору принял. От Анонима как-то поверхностно получилось.
Размещено через приложение ЯПлакалъ
Аниним будет писать случаи из детства героев. Не только главных...
А эти случаи как-то будут связаны с настоящим? Висящее ружьё выстрелит или это просто штришки к портретам?
Интерлюдия 2 написана очень пронзительно. Автор сумел добиться того, что у меня сжималось сердце от сочувствия к мальчонке. Один момент только царапнул: что мама всё слышала, стоя за входной дверью. Или отчим орал слишком громко или дверка тонюсенькая. А входные всё-таки старались отделать в те времена. Кто дерматином, прибитым гвоздиками с фигурными шляпками, кто рейками, но особой слышимости из квартиры в подъезде не было
А эти случаи как-то будут связаны с настоящим? Висящее ружьё выстрелит или это просто штришки к портретам?
Интерлюдия 2 написана очень пронзительно. Автор сумел добиться того, что у меня сжималось сердце от сочувствия к мальчонке. Один момент только царапнул: что мама всё слышала, стоя за входной дверью. Или отчим орал слишком громко или дверка тонюсенькая. А входные всё-таки старались отделать в те времена. Кто дерматином, прибитым гвоздиками с фигурными шляпками, кто рейками, но особой слышимости из квартиры в подъезде не было
Связаны будут. Незримой нитью. Но и зримой тоже. Авторы будут обращаться к интерлюдиям, создавая новые главы.
Размещено через приложение ЯПлакалъ
Уважаемые читатели. Сегодня будут выложены новые части произведения. Утром глава 6, вечером интерлюдия 3 Глава 6. Спичкин детям не игрушка. Он вообще не игрушка. Никому, автор Триполи Интерлюдия 3. Ссора, автор Аноним
Это сообщение отредактировал Choke - 11 мая 2026 в 11:10
Глава 6. Спичкин детям не игрушка. Он вообще не игрушка. Никому
После фиаско с соблазнением Сухорукова, в Марине боролись страх за Ивана, любопытство — что же произошло с ним и обида за себя. Перед сном она написала еще одно сообщение «Куда ты пропал? Хоть намекни, что случилось. Не нахожу себе места. Целую». Сообщение осталось висеть не доставленным. Марина сгребла обезьянку и уснула, измученная волнениями и тревогой.
Тело Марины, вероломно обманутое в ожиданиях минувшего дня, сполна отыгралось в сновиденческом бреду, сигнализируя мозгу — а на-ка, выкуси! Женщине снилось не случившееся свидание с Иваном-Ди Каприо-Джорданом Белфортом. Она видела себя в образе Марго Робби. Шикарное платье-лапша лилового цвета обтягивало фигуру. Марина была восхитительна и до неприличия сексуальна. Просто сам секс, в упаковке платья-лапши. Ваня не приехал, как ожидалось, на киношной Ламбе. Он приковылял пешком с «сиськой» Жигулевского пива и целлофановым пакетом с сушеной рыбой.
— Привет, Марго! — радостно поприветствовал Белфорт и сходу поставил искусительницу в тупик:
— А знаешь ли ты, дорогуша, что корюшка — единственная рыба, которая мечет икру в Саргассовом море?
Марина-Марго подернула плечами, поднесла к губам завитушку локона и стала слегка прикусывать прядь. Не грызть, а так, будто-бы пробовать. Ваня затрясся мелким бесом, положил пиво и пакет с рыбой на асфальт и призывно простонал:
— Иди уже ко мне!
Как гром среди ясного неба зазвучала мелодия Большого хроматического марша, и в сон вкатилась на цирковом велосипедике, мотая пальчиками брелок, Полина. На обезьяне из сценического костюма были памперс, передник буфетчицы и кокошник. Подъехав к Марго с Джорданом, велосипедистка вполне человеческим голосом зачем-то процитировала Станиславского:
— Не верю!
Запихала брелок в карман передника, слезла с велосипедика.
— Начнем? — деловито осведомилась обезьяна.
Ей никто не ответил. Тут произошло неожиданное. Шикарный пятиразмерный (в три дэ!) бюст Марины непостижимым образом отделился от ее тела и, покинув два кордона — бюстгальтер и платье-лапшу, воспарил в воздухе. Что может быть прекраснее красивой женской груди, алчущей ласки и нежности, парящей на расстоянии…вытянутых лап циркового эквилибриста? Груди одна и вторая тяжелым бременем легли в ладошки обезьяны. Полина обратилась к Сухорукову:
Иван дрожащей рукой запустил «сиську» с Жигулевским в сторону обезьяны,которая начала жонглировать под неведомо чьи бурные и продолжительные аплодисменты тремя сиськами: двумя настоящими и одной бутафорской с пивом.
От Ивана по-прежнему ничего не было. Вчерашний страх стал усиливаться, и Марина решила ему позвонить. Ожидаемо абонент не был доступен. «Да что такое происходит то?» — раздраженно подумала Марина, и тут на телефоне тренькнул вотсап. Анжелка прислала фото себя в свадебном платье и сообщение: «Ты купила билеты? Какой рейс? Почему молчишь? Вечером созвонимся».
— Ааааа, — застонала наша героиня, швырнула телефон на кровать и пошла на кухню. Включила кофе-машину и встала у окна, рассеянно уставившись во двор. Полиночка, чувствуя настроение хозяйки, прискакала на подоконник, мотая своим брелоком, зажатым между пальцев задней лапки. Реакции от Марины не последовало, и шалунья встала на мостик, не выпуская брелок из лапы. Снова ничего, ни словца. Обезьяна встала и решительно постучала кольцом брелока по окну.
— Не сейчас, малыш, — ты не представляешь, какой треш на меня навалился…Ваня пропал. У Анжелы свадьба. А я не могу полететь, потому что тебя не с кем оставить. В общих чертах изложив Полине текущую ситуацию, Марина налила кофе, почистила любимице авокадо и яблочко и буквально заставила себя очнуться от хандры. «Видимо, Иван серьезно влип и ему не до обезьяны. Придется лететь с ней. Боже, да меня же на борт не пустят. В багаж малышку не сдам» — рассуждала Марина сама с собой.
— Почему приматы не летают так как птицы? — почти дословный монолог Катерины был прерван телефонным звонком. Марина метнулась в спальню, схватила сотовый. Увидела, что номер незнакомый и по сердцу пробежал холодок. Новости о Ване? Но почему звонит не он сам?
— Алло.
— Марина Владимировна? — спросил незнакомый мужской голос
Несколько секунд Марина колебалась, отвечать или нет. Наверняка, звонил телефонный мошенник. В другой раз она бы, не задумываясь, скинула звонок. Но…Ваня…Может быть, последуют известия о нем?
— Да. Что вы хотели?
— Васисуалий Спичкин. Я по рекомендации Натальи Сухоруковой звоню. Хотел бы к вам на маникюр записаться, если позволяет ваше расписание — сегодня приеду.
Марина впала в ступор. Обычно, она старалась не принимать клиентов мужчин. В салоне. О том, чтобы приглашать их на дом и речи не было. Но…Появился призрачный шанс узнать новости о Ванечке…Сегодня она как раз работала на дому.
— Алло, алло, Марина Владимировна, не слышу вас. Так можно маникюр то мне сегодня сделать?
— Да Василий..
— Васисуалий
— Простите. Да, Васисуалий, приезжайте сегодня. У меня свободное время после пятнадцати часов. На какое время вас записать?
— Буду в четыре дня. Расценочка, озвученная Наташей, и для новых клиентов актуальна?
— Да
— Диктуйте адрес.
Марина продиктовала незнакомцу свои координаты, на том и распрощались. Потом она выпила остывший кофе, поиграла с Полинкой. Утреннее напряжение немного спало — надежда узнать от знакомого жены Ивана новости о возлюбленном приободряла. Со свадебным турне тоже как-нибудь разберется, в конце концов, умолит сестру забрать обезьяну к себе. Марина стала готовиться к визиту первой клиентки.
Ровно в шестнадцать ноль ноль в домофон раздался звонок.
— Васисуалий?
— Да, Марина Владимировна.
— Открываю.
Увидев приятеля Сухоруковой, Марина едва сдержала улыбку, до того комично выглядел посетитель. Видавший виды клетчатый костюм с катышками, туфли клоуна Красти. Вишенкой на торте нелепый образ завершала бейсболка. Спичкин снял бейсболку, и как черт из табакерки, выпрыгнула копна растрепанных волос. В руках у странного типа был рыжий портфель и зонт.
— Проходите, Васисуалий сюда, не разувайтесь. Вещи лучше с собой возьмите, у меня обезьянка живет, может напроказничать.
— К обезьянам мы лояльны, Марина Владимировна. Проказница, так сказать, мартышка. Осел, козел…мда.
— Прошу вас, присаживайтесь, руки на этот валик положите, — Марина потянулась за антисептиком.
Полина спрыгнула с подоконника, оставив компанию голубей за окном разевать клювы и прибежала к стулу, на который Спичкин положил портфель и зонт.
— Малек, не напрягай, мне надо поработать, потом поиграем, — немного нервничая, проговорила Марина.
— Оставьте юношу, Марина Владимировна, он ничуть меня не смущает. Вряд ли этот субчик уволочет портфель или зонт.
— Вообще-то это девочка, Полина, — поправила клиента Марина. Обезьянка, словно иллюстрируя слова незнакомца, попыталась приподнять за ручку портфель, но, конечно, безуспешно.
«Бери ношу по себе, чтоб не падать при ходьбе» — усмехнулась Марина, вспомнив забавный эпизод из своего прошлого.
— Ах,так это девочка! Деятельная она у вас, ой… — пискнул Спичкин, когда Марина начала обрабатывать его отродясь не видавшие маникюра ногти.
Мастерица не знала, как подступиться к мучившему ее вопросу. Полина притулилась подле портфеля и задумчиво уставилась на гостя. И вдруг Спичкин изрек:
— Марина. Нет времени объяснять. Я знаю, о чем ты хочешь меня спросить. Без прелюдий отвечаю тебе — с Иваном все в порядке и не все одновременно.
Марина выронила пилку для ногтей из рук, Полина вытянула шею со своей подвижной головенкой поближе к Спичкину и приняла потешную позу мыслителя — мол, ну-ну, продолжай, не томи.
Спичкин, нимало не смущаясь, тем более ему никто и не отвечал, продолжил:
— С тобой произойдет череда событий. Ничему не удивляйся, ничего не бойся. Эту актрисульку — Васисуалий кивнул в сторону обезьяны — бери с собой, пригодится. Тебе покажется, что ты сошла с ума: это нормально! Запомни несколько человек и их фамилии, это важно. Марина, запомни: офицер Лозгачев, психиатр Корнеев, гипнотизер Мессинг. Но главное, повторяй про Ивана Сухорукова. Не забудь…Тревожный чемоданчик я тебе с собой соберу, не беспокойся. А эта — Спичкин показал на Полину, — и голышом проканает, не Бог весть кто, хотя...
«Это тебе в дурку надо, черт малохольный — лихорадочно думала Марина. — Боже..Кого домой впустила? Зарекалась же мужиков записывать..Но…Ваня. Откуда он знает? Ах, Наташка..А про нас?”
Одновременно и молниеносно произошли два трюка: Полина сиганула на плечо Марине и оскалилась, а Спичкин перегнулся через маникюрный столик и вонзил в руку Марины нечто острое. Последнее, что она видела, это пригоршня каких— то копошащихся волокон, напоминающих медуз, проникающих ей под кожу.
****
Сколько человек может не моргать? Марина не моргала вечность. При таких раскладах, наверное, люди наоборот стараются закрыть глаза, чтобы наваждение скорее рассеялось, спало. Она же боялась моргнуть, потому что ей казалось, что она сразу умрет и не откроет больше глаз уже никогда. Моргнула. Ничего не исчезло и ничего не появилось. Она по-прежнему сидела на чем-то неудобном, перед ней в метре была дверь. В обоих предплечьях ныло. В одном месте, где мерзавец Спичкин вонзил непонятно что. В другом…Второе предплечье Марины было сжато мертвой хваткой Полиночки, которая сидела у хозяйки на коленях, не шелохнувшись. Зверек закопошился, заерзал, ослабил хватку. Марина продолжала лупить зенки на дверь, не переводя взгляда. Как истукан. Обезьянка завертелась волчком и запрыгнула на плечо к хозяйке, встала на задние лапы. Вдруг она резко дернулась, и одновременно раздался довольно неприятный звук льющейся воды. Под сидением Марины что-то забурлило. Толчок сантехнический спровоцировал толчок психоэмоциональный.
Марина нидуром завопила «Ааааааааааааааа!», вскочила с сидения, опрокинув прислоненную к ноге сумку. Обезьяна не упала, а на чем то повисла, солидаризируясь с хозяйкой, издала животный визг. Марина обернулась и застыла. Оказывается, она сидела на закрытом крышкой белоснежном унитазе. Возле него валялась сумка, в которой Марина узнала свой шоппер. Сливной бачок находился не в положенном ему месте, за спиной, а как в старинных фильмах, чуть ли не под потолком кабинки. Такой артефакт Марина видела в далеком детстве в доме у прабабушки и даже вспомнила, как она называла его — урыльник. Смыв этого чуда техники осуществлялся посредством дерганья за ручку, висящую из бачка на цепи. На этой цепочке и повисла Полинка, когда Марина соскочила с унитаза.
“Уже легче. Не замурована. Не одна, а с Полинкой. Пока вроде живы. Похоже, дела плохи, все за то, что я с глузду съехала. Эх…” — Марина размышляла очень дозировано, боясь, что капля лишних мыслей убьет ее, как капля никотина убивает лошадь.
Она аккуратно сняла с цепочки бачка обезьяну. Щеколда на кабине закрыта не была. Девочки покинули кабину и попали в холл с зеркалами и раковинами. Все было стерильно чисто, блестело и сверкало. На потолке висели шикарные, массивные, хрустальные люстры. Подруга Анжелка-дизайнер интерьеров наверняка назвала бы этот ретро-стиль сталинский ампир. “Кто оплатил мне элитный дурдом?” — рассуждала Марина.
Так…Стоп…Какого вообще происходит? Или, все-таки умерла? Возможно. Надо же как…Вместе с питомцем крякнули в один день…Или я сошла с ума? Вот это правдоподобнее. А в чем прикол? Видимо, меня уже госпитализировали и оказывают помощь? А почему обезьяна со мной в психушке, разве госпитализируют вместе с домашними питомцами? У Полины тоже крышу смахнуло и нас обеих лечат? Марина почувствовала необходимость посетить туалет. После с каким-то демоническим усилием дернула ручку, надеясь ее оторвать. Хорошая попытка, но нет. Вода слилась, ручка осталась на цепи. «Умели же раньше делать…урыльники».
— Котеночек мой, давай тебя помоем. В дурке мы или где, не пристало с памперсом до пяток тебе шастать. Открепила прилично набрякший обезьяний гигиенический гаджет, посадила малявку в кипенно-белую раковину и помыла теплой водой со старомодным, кусковым, душистым мылом. Протерла накрахмаленным вафельным полотенцем, про себя подумав: «Да простят меня со-сумасшественники» и вышла из, предположительно, дамской комнаты.
*** Автор главы Триполи
Уважаемые читатели! Добавьте тему в закладки, пишите комменты.
Это сообщение отредактировал Choke - 11 мая 2026 в 11:07
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии. Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.
8 Пользователей читают эту тему (1 Гостей и 1 Скрытых Пользователей)