Утопленник

поржал, спасибо!)

Цитата

Он открывал рубочную дверь (выход на палубу), что, в принципе, категорически запрещено всеми руководящими документами, но командир – царь и Бог на корабле. Далее, оголив свою корму, он тихо облегчался прямо на палубу

Цитата

Кстати, высоко взлететь ему не удалось – помешал подволок и куча трубопроводов на нем

Что-то вот недопонял: откуда НА ПАЛУБЕ - подволок с кучей трубопроводов? Там же у автора - "бакланы летают"?
И, - если кэп не бился головой об отсутствующие трубопроводы, - откуда тогда удар по корпусу?

Такое впечатление, что пытались свалить в одну кучу ДВЕ разные истории: о сереве на палубе, и о каком-то увлекательном приключении во внутреннем гальюне.

Аффтар вообще хоть раз спускался в прочный корпус?
Это сообщение отредактировал Прутков - 4 апр 2015 в 14:10

Бенефис вторичного чтива продолжается. Видно, хорошо проплатили за Зонтикова. Публикуете подделки - имейте смелость указывать автора жанра, Александра Покровского!

ха ха ха...
ТС! накой ты постиш эту романистику рассказанную человеком который видел ПЛ только издали?
доказать?

1. для того чтобы пользоваться подводным гальюном на "дизеле" а именно дизель ты описываешь, ты должен сдать зачёт "самуправ" на пользование гальюном тому же трюмному!
"Устроить такую хохму – любимое занятие трюмных." - они бля чё самоубийцы по твоему? пойми простую вещь, экипаж дышит атмосферой в замкнутом объёме - распыление говна по подволоку значит прекращение БС, а дегазация и дезактивация отсека заканчивается обычно покраской!

2. абсолютно пох. куришь ты или нет - первая тяжка атмосферного воздуха на мостике после 2х - 3х суток на "регенарации", однозначно приводит к тому что ты "поплыл" ка быдто водки хватил.

3."- Все, что выше колен, - это военно-морская грудь!" человек с "грудью" из за которой он не может влезть в надводный гальюн...не может служить на ПЛ, т.к. просто не пролезет в рубочный люк диаметром 650мм (если память не подводит), и уж тем более в ТА 533мм.

фсё туши свет заканчивай роман

спасибо прикольно.

Цитата (nikkolo @ 4.04.2015 - 14:07)

человек с "грудью" из за которой он не может влезть в надводный гальюн...не может служить на ПЛ, т.к. просто не пролезет в рубочный люк диаметром 650мм (если память не подводит), и уж тем более в ТА 533мм. фсё туши свет заканчивай роман

так у негож, по тексту, спец дверь мостик тире палуба

Цитата (ДашинПапа @ 4.04.2015 - 13:05)

Объясните сухопутному...Командир не посещал ни подводный,ни надводный гальюн...Лодка каждый раз поднималась на поверхность,когда ему прижучивало посрать?

У дизелюх автономность около 2 суток. Она всплывает для зарядки аккум, заодно вентелирут от выделения водорода и СО2. так что погадить раз в сутки норма.

Про флот всегда зелень! Приятно читать! Все пропьем, но флот не опозорим!

Цитата

У дизелюх автономность около 2 суток. Она всплывает для зарядки аккум, заодно вентелирут от выделения водорода и СО2. так что погадить раз в сутки норма.

угу примерно так, только ты время непрерывного пребывания с автономностью спутал, у 641 автономномность например 90 суток, а обычный график всплытия в автономке - два через ночь или три через ночь но реже.

Фотку гальюна с подводной лодки в Питере уже разместили, а вот рядом висящая инструкция от него.

Гальюн конечно "особый" на ПЛ, но вот в космосе - это вообще нечто из шедевров инженерной мысли!
На Земле то как бы то ни было, а используется земная гравитация и всё что "вышло" упало в гальюн. Дальше уже "дело техники" как убрать. А вот в космосе невесомость и очень не тривиальная задача, создать устройство "для отправления естественных надобностей" (язык не поворачивается назвать такое просто туалетом), в котором отходы жизнедеятельности не разлетаются по всему помещению, сразу же по выходу из тела.

Ну,как я понял,если не кэпу,то коку посрать явно удалось,да?

А вот и фото автора,а здесь ещё его рассказы http://www.proza.ru/2012/05/22/214

Цитата (Прутков @ 4.04.2015 - 13:53)

Цитата Он открывал рубочную дверь (выход на палубу), что, в принципе, категорически запрещено всеми руководящими документами, но командир – царь и Бог на корабле. Далее, оголив свою корму, он тихо облегчался прямо на палубу Цитата Кстати, высоко взлететь ему не удалось – помешал подволок и куча трубопроводов на нем Что-то вот недопонял: откуда НА ПАЛУБЕ - подволок с кучей трубопроводов? Там же у автора - "бакланы летают"? И, - если кэп не бился головой об отсутствующие трубопроводы, - откуда тогда удар по корпусу? Такое впечатление, что пытались свалить в одну кучу ДВЕ разные истории: о сереве на палубе, и о каком-то увлекательном приключении во внутреннем гальюне. Аффтар вообще хоть раз спускался в прочный корпус?

Да не понятно где происходил акт дефекации:на надстройке,под ней или в ограждении рубки? И вообще какая-то херня написана (это для тех кто знаком с устройством ПЛ ).

А добавлю-ка ещё хит Покровского, по теме

Цитата

ЧЕРНЫЙ ПЕСЕЦ рассказ Есть такой на флоте зверь - «черный песец», и водится он в удивительных количествах. Появляется он всегда внезапно, и тогда говорят: «Это «черный песец» - военно-морской зверь». ...Первый час ночи; лодка только с контрольного выхода, еще не успели как следует приткнуться, привязаться, принять концы питания с берега, а уже звонками всех вызвали на пирс, построили и объявили, что завтра, а вернее, уже сегодня, в десять утра, на корабль прибывает не просто так, а вице-президент Академии наук СССР вместе с командующим, а посему - прибытие личного состава на корабль в пять утра, большая приборка до девяти часов, а затем на корабле должны остаться: вахта, командиры отсеков и боевых частей, для предъявления. В общем, смотрины, и поэтому кто-то сразу отправился домой к женам, кто-то остался на вахте и на выводе нашей главной энергетической установки, а кто-то, с тоски, лег в каюте в коечку и тут же... кто сказал «подох»? - тут же уснул, чтоб далеко не ходить. К девяти утра сделали приборку, и корабль обезлюдел; в центральном в кресле уселся командир, рядом - механик, комдив три, и остальные-прочие из табеля комплектации центрального поста; весь этот человеческий материал разместился по-штатному и предался ожиданию. Волнение, поначалу способствующее оживлению рецепторов кожи, потихоньку улеглось, состояние устоялось, и сознание из сплошного сделалось проблесковым. Вице-президента не было ни в десять, ни в одиннадцать, где-то в полдвенадцатого обстановку оживил вызов «каштана», резкий, как зубная боль, - все подскочили. Матрос Аллахвердиев Тимуртаз запросил «добро» на продувание гальюна третьего отсека. - Комдив три! - сказал командир с раздражением. - Есть! - Уймите свой личный состав, уймите, ведь до инфаркта доведут! - Есть! - И научите их обращаться с «каштаном»! Это боевая трансляция. Научите, проинструктируйте, наконец, а то ведь утопят когда-нибудь нас, запросят вот так «добро» и утопят! - Есть! Трюмный Аллахвердиев Тимуртаз был в свое время послан на корабль самим небом. Проинструктировали его не только по поводу обращения с «каштаном», но и по поводу продувания гальюна. Происходило это так: - Эй, там внизу, «баш уста», ты где там? - Я здэс, таш мычман! - Ты знаешь, где там чего открывать-то, ходячее недоразумение? - Так точно! - Смотри мне, сын великого народа, бортовые клапана не забудь открыть! Да, и крышку унитаза прижми, а то там заходка не пашет, так обделаешься - до ДМБ не отмоешься, мама не узнает! - Ест... - А ну, докладывай, каким давлением давить будешь? - Э-э.. все нормально будет. - Я те дам «все нормально», знаем мы: смотри, если будет, как в прошлый раз, обрез из тебя сделаю. - Ест... Бортовые клапана Тимуртаз перепутал: он открыл, конечно, но не те. Потом он тщательно закрыл крышку унитаза, встал на нее сверху и вдул в баллон гальюна сорок пять кило вместо двух: он подумал, что так быстрее будет. Поскольку «идти» баллону гальюна было некуда, а Тимуртаз все давил и давил, то баллон потужился-потужился, а потом труба по шву лопнула и содержимое баллона гальюна - двести килограммов смешных какашек - принялись сифонить в отсек, по дороге под давлением превращаясь в едучий туман. Наконец баллон облегченно вздохнул. Туман лениво затопил трюм. Тимуртаз, наблюдая по манометрам за процессом, решил, наконец, что все у него из баллона вышло, перекрыл воздух, спрыгнул с крышки унитаза и отправился в трюм, чтоб перекрыть бортовые клапана. При подходе к люку, ведущему в трюм, Тимуртаз что-то почувствовал, он подбежал к отверстию, встал на четвереньки, свесил туда голову и сказал только: «Вай, Аллах!» Прошло минут двадцать, за это время в центральном успели забыть напрочь, что у них когда-то продували гальюн. Туман, заполнив трюм по самые закоулки, заполнил затем нижнюю палубу и, нерешительно постояв перед трапом, задумчиво полез на среднюю, расположенную непосредственно под центральным постом. Центральный пребывал в святом неведении: - Что у нас с вентиляцией, дежурный? - Отключена, товарищ командир. - Включите, тянет откуда-то... Дежурный послал кого-то. Прошло минут пять. - Чем это у нас пованивает? - думал вслух командир. - Комдив три! - Есть! - Пошлите кого-нибудь разобраться. Старшина команды трюмных нырнул из центрального головой вниз и пропал. Прошла минута - никаких докладов. - Комдив три! - Есть! - В чем дело?! Что происходит?! - Есть, товарищ командир! - Что «есть»? Разберитесь сначала! Комдив три прямо с трапа ведущего вниз исчез и... тишина! Командир ворочался в кресле. Прошла еще минута. - Черти что! - возмущался командир. - Черти что! Туман остановился перед трапом в центральный и заволновался. В нем что-то происходило. Видно, правда, ничего не было, но жизнь чувствовалась. - Черт знает что! - возмущался командир. - Воняет чем-то. Почти дерьмом несет, и никого не найдешь! - командир даже встал и прошелся по центральному, потом он сел: - Командир БЧ-5! - обратился он к механику. - Есть! - Что «есть»?! Все мне говорят «есть», а говном продолжает нести! Где эти трюмные, мать их уети! Разберитесь наконец! Командир БЧ-5 встал и вышел. Командиру не сиделось, он опять вскочил: - Старпом! - Я!!! - Что у вас творится в центральном?! Где организация?! Где все?! Куда все делись?! Старпом сказал: «Есть!» - и тоже пропал. Наступила тишина, которая была гораздо тишинее той, прошлой тишины. Туман полез в центральный, и тут, опережая его, в центральный ввалился комдив три и, ни слова не говоря, с безумным взором, вывалил к ногам командира груду дезодорантов, одеколонов, лосьонов и освежителей. - Сейчас! - сказал он горячечно. - Сейчас, товарищ командир! Все устраним! Все устраним! - Что!!! - -заорал командир, все еще не понимающий. - Что вы устраните?! Что?! - Аллахвердиев!.. - Что Аллахвердиев?! - Он... - Ну?! - Гальюн в трюм продул... зараза!.. - А-а-а... а вытяжной... вытяжной пустили?! - Сейчас... сейчас пустим, товарищ командир, не волнуйтесь!.. - Не волнуйтесь?! - и тут командир вспомнил про Академию наук, правда, несколько не в той форме: - Я тебе «пущу» вытяжной! Ты у меня уйдешь в академию! Все документы вернуть! В прочный корпус тебе нужно, академик, гальюны продувать... вместе с твоим толстожопым механиком! Сами будете продувать, пока всех своих киргизов не обучите! Всех раком поставлю! Всех! И в этом ракообразном состоянии... - командир еще долго бы говорил и говорил о «киргизах» и о «ракообразном состоянии», но тут центральный вызвал на связь верхний вахтенный. - Есть, центральный! - На корабль спускается командующий и... и (вахтенный забыл это слово). - Ну?! - ...и вице-президент Академии наук СССР... И наступил «черный песец». Командир, как укушенный, подскочил к люку, сунул в него голову и посерел: на центральный надвигалась необъятная задница. То была задница Академии наук! Командир задергался, заметался, потом остановился, и вдруг в прыжке он схватил с палубы дезодоранты и освежители и начал ими поливать и поливать, прямо в надвигающийся зад академику, и поливал он до тех пор, пока тот не слез. Академик слез, повернулся, а за ним слез командующий, а командир успел пнуть ногой под пульт одеколоны и дезодоранты и представиться. Академик потянул носом воздух и пожевал: - М-м... да... э-э... а у вас всегда так... м-м... Э-э... пахнет?.. - Так точно! - отчеканил командир. - Э-э... что-то не додумали наши ученые... с очисткой... мда, не додумали... - покачал головой академик. Командующий был невозмутим. Он тоже покачал головой, мол, да, действительно, что-то не додумали, и проводил академика до переборки во второй отсек. Командир следовал за ними, соблюдая уставную дистанцию, как верная собака. Он был застегнут, подтянут, готов к исполнению. У переборки, когда зад академика мелькнул во второй раз, командующий повернулся к командиру и тихо заметил: - Я вам додумаю. Я вам всем додумаю. Я вам так додумаю, что месяц на задницу сесть будет страшно. Потому что больно будет сесть... Слезьми... все у меня изойдете... слезьми...©

Любопытно, как командир с такой задницей через рубочный люк проходил? Тема рассмотрена еще у В.В.Конецкого. Только там буфетчица и капитан. Устройство гальюна аналогично железнодорожному. Только вместо шпал, установлен баллон, который периодически продувается. Остаточное давление может сделать неприятность. Чтобы избежать смотри внимательно на манометр и не жми резко на педаль.

Дело в том, что гальюн на подлодке представляет собой не просто место,
где матрос с радостью справляет естественные потребности организма, но
и сложное гидравлическое устройство. Из-под кустика можно просто
встать и уйти; в доме с ватерклозетом уже труднее: надо дернуть за
цепочку и проконтролировать процесс; в самолете или там поезде надо
нажать на педаль. На подлодке педаль тоже есть, но прежде чем на нее
нажать, нужно опустить крышку унитаза и запереть ее на четыре болта с
барашками. Каждый второй матрос-первогодок понимает это и делает все
как надо, не вызывая нарекания товарищей. У прочих бывают сложности.
Это же пополнение проходило три ступени посвящения: не смывать вообще
(за это их подвергали, как говорил боцман Тремба, "отсракизму");
смывать при открытой крышке; смывать при закрытой крышке, самонадеянно
прижав ее ногой... Но что такое давление одной человеческой ноги
против пяти атмосфер системы продувки? Так что пополнение половину
автономки занималось только тем, что чистило за собой гальюны зубными
щетками и иголками, и это не бесцельное армейское издевательство, а
жестокая флотская необходимость, поскольку вторичный продукт при пяти
атмосферах подачи забивается в любую щель, ароматизируя отсеки и
палубы...
© Михаил Успенский

Что то я на флоте пропустил.

И как же тогда верить про всяческие чудо оружия у закромах родине... Если неспособны сортир заделать с защитой от дурака?

Да все похоже. Например, на 613-м в ограждении рубки был таких размеров надводный гальюн, что влезать в него даже стройным кипарисам было крайне неудобно. Не знаю, где как, на нашей С-328 в море при всплытии мы бывало что и жопой к жопе производили "бомбардировку" прямо сверху с ограждения рубки отклячившись, особенно если всплытие было на непродолжительный период (на учениях такое было, например), причем соседствовать могли и матрос и какой-нибудь высокий проверяющий чин. Один хрен при погружении все начисто смоет.

Моя лодка ))) я там где-то в скворечнике сигнальщиком сижу (1-36-12 - по тревоге в надводном положении место в скворечнике)

Цитата (Прутков @ 4.04.2015 - 13:53)

Цитата Он открывал рубочную дверь (выход на палубу), что, в принципе, категорически запрещено всеми руководящими документами, но командир – царь и Бог на корабле. Далее, оголив свою корму, он тихо облегчался прямо на палубу Цитата Кстати, высоко взлететь ему не удалось – помешал подволок и куча трубопроводов на нем Что-то вот недопонял: откуда НА ПАЛУБЕ - подволок с кучей трубопроводов? Там же у автора - "бакланы летают"? И, - если кэп не бился головой об отсутствующие трубопроводы, - откуда тогда удар по корпусу? Такое впечатление, что пытались свалить в одну кучу ДВЕ разные истории: о сереве на палубе, и о каком-то увлекательном приключении во внутреннем гальюне. Аффтар вообще хоть раз спускался в прочный корпус?

Да все нормально, речь о двери из ограждения рубки на палубу. Командир НЕ выходил на палубу, а просто высовывал в дверь свою корму, голова и прочие части тела оставались в ограждении рубки.