Китайская мафия в России: чем она занимается

3.

Если в радиусе 1–2 тысяч километров от Москвы о «Триадах» мало кто слышал, то для Дальнего Востока это явление не новое. В Юридическом институте Дальневосточного госуниверситета его даже изучают, а в этом году на тему «Триады» будет защищена докторская диссертация. А некоторые жители Сибири и Дальнего Востока познакомились с этим явлением не теоретически, а практически.

Предпринимательница из Иркутска стала главным обвинителем по делу одной из «Триад». Наталья Гуравлева обратилась в милицию после того, как китайцы потребовали от нее платить им часть ежемесячной выручки, приставив нож к горлу: «Вот наш аргумент». Бизнесвумен умудрилась вызвать охрану тревожной кнопкой, а с кем она схлестнулась, поняла уже только на суде: неказистые на вид, щуплые китайцы оказались боевиками могущественного клана. Правда, до главных «мафиози» суд не добрался – мелкие члены банды их не выдали. Лидеров «Триады» удалось все же выслать из страны, хотя и как относительно приличных граждан: за нарушение визового режима.

– Чаще всего преступления «Триад» происходят в среде их же соотечественников. Рэкет, угрозы, даже убийства не попадают в российскую статистику – нет заявителей. Все остается внутри диаспоры, – поделился с «Собеседником» оперативный сотрудник.

Китайские группировки на чужой территории часто предпочитают действовать, сращиваясь с местными бандами «коллег по ремеслу» и подкупая власти. Таким методом «Триады» действуют по всему миру, но в России, понятно, для этого существует наиболее благоприятная среда.

– Основная специализация у «Триад» на Дальнем Востоке – это лес и контрабанда. Какое-то время назад были еще синтетические наркотики, но это направление придушили в коммунистическом Китае, – рассказал «Собеседнику» Виталий Номоконов.

Слова профессора Номоконова подтверждает и судебная практика. На Дальнем Востоке есть два скандальных уголовных дела, по одному из которых за участие в контрабанде осужден генерал таможни Эрнест Бахшецян, по другому в розыске находятся бывшие вице-губернатор и член Совета Федерации. На суде по делу Бахшецяна всплыли цифры: прибыль только одной группы контрабандистов составляла 500 тыс. $ в день. А по всему Дальнему Востоку потери составляли 4 млн $ в день.

– У «контрабандиста» Бахшецяна и его родственников не нашли вообще никакого дорогостоящего имущества. В прессе было много публикаций, что генерала подставили реальные контрабандисты и крышующие их силовики – за то, что он пытался разворошить этот канал. За что и поплатился, – выразил мнение адвокат Марат Файзулин. – Видимо, этот канал кормит очень высокие сферы, если на все обращения, вплоть до Путина, ответом было только молчание.

Отсюда:
http://www.aferizm.ru/criminal/ops/ops_triada.htm

Цитата (scouser1804 @ 23.11.2017 - 14:33)

Цитата (Torey71 @ 23.11.2017 - 13:03) При этом рядовые бойцы банды – «братья» или «монахи» - не знают в лицо руководителя своей ячейки, поэтому даже под пытками не могут выдать его. Интересно, как руководитель им распоряжения отдаёт?

Традиционно модель организации триад представляет собой жестко централизованную иерархию с шестью основными позициями :

Первую позицию занимает лидер “сан шу”, известный также как “лунг тао” (голова дракона) или “тай ло” (большой брат). В его подчинении находится четыре ранга руководителей, отвечающих за различные конкретные аспекты деятельности организации, и рядовые члены.

На второй позиции находятся руководители отдельных организаций или целого их ряда, входящих в триаду, называемые “фу шан шу”, и специальный человек “синг фунг”, который руководит вербовкой новых членов.

Третью позицию занимают инфорсеры, боевики – “хунг кван”, возглавляющие оперативно действующие группы триад.

Существует специальная должность для осуществления взаимосвязи с другими преступными сообществами и организациями – “шо хай”, а также эксперт по административным и финансовым вопросам “пак тсе син”, находящиеся соответственно на пятой и четвертой позициях.
В самом низу, на шестой позиции, находятся простые члены, или солдаты – “сей коу джай”.

Иерархический авторитарный стиль организации подчеркивает следующий факт. Все должности в китайских “триадах” принято обозначать определенными цифрами. Лица, занимающие значительные позиции в этой преступной организации, обозначаются трехзначной цифрой, начинающейся с 4, что соответствует старинной китайской легенде о том, что мир окружают четыре моря.

Так, лидер “сан шу”, возглавляющий общество триад в отдельном городе или на географической территории, называется “489″; инфорсеры “хунг кван” – 426; “шо хай”, ответственный за связи с другими преступными группами – 432; а
дминистративный и финансовый эксперт – 415.

Простые члены, не имеющие рангов, называются двузначным номером “49″.
Руководящая верхушка является своеобразным “мозговым центром”, определяющим направление и характер деятельности “триад”. По сути последние представляют собой феодально-патронимические организации, главари которых обладают неограниченной верховной властью. Относительно крупные организации делятся на отдельные отряды, имеющие свои собственные наименования.

Каждый из членов такого братства, в зависимости от возраста, принадлежит либо к большому, либо к малому отряду и подчиняется распоряжениям и приказам своего командира. При определении модели организации транснациональной преступной деятельности китайских “триад”, несомненно, можно сделать вывод о корпоративном характере структуры этих организаций. Об этом свидетельствует их иерархическое построение при централизации руководящих полномочий на вершине.

Между тем, юристы-практики и аналитики до сих пор не могут прийти к единому мнению относительно степени организованности “триад”. Происходит это потому, что при наличии строго формализованной структуры руководящего уровня исполнительные звенья, осуществляющие непосредственную преступную деятельность, действуют в рамках гибкой сетевой системы, которая может меняться в зависимости от той или иной проводимой преступной операции.
Поэтому, пожалуй, правильнее всего было бы сказать, что они похожи на ассоциации выпускников колледжей. Членство в “триаде” означает выражение определенной степени доверия, и ее члены образуют единый рабочий коллектив, призванный оказывать помощь другим членам, пусть даже незнакомым. Поэтому, хотя “триады” и имеют определенную формальную структуру, значительная часть их преступной деятельности, как правило, осуществляется теми членами, которые привлекаются для каждого отдельного случая в рамках гибкой сетевой системы, которая может меняться по необходимости. “Триады” занимаются многими видами транснациональной преступной деятельности, включая вымогательство, незаконный оборот наркотиков, нелегальную миграцию, проституцию, игорный бизнес, торговлю оружием, рэкет и “крышевание” местных бизнесменов.

Как свидетельствуют сотрудники правоохранительных органов КНР, “триады” ведут свой бизнес и бухчет весьма сурово. Так, в конце каждого месяца к китайским торговцам приходят налоговые инспектора “триад”, которые проверяют документы о прибыли, дабы забрать причитающиеся мафии 15 процентов. При малейшей попытке обмануть “триаду” немедленно следует жестокое наказание. В ту же ночь вздумавший провести бизнесмен будет убит, а его магазин – сожжен.

Тут:
http://nastrussia.ru/russia/blogpost/270-kitajskie-triady