45 километров к Северу от города Хама. Еще три дня назад так близко к границе с провинцией Идлиб — вотчиной исламистов - мы подобраться не могли. Мощные укрепрайоны террористических группировок контролировали дороги и близлежащие деревни. Сейчас бывшие позиции боевиков перепаханы точечными ударами российской авиации. На каменистых брустверах дымят пикапы, а на километры вокруг простираются засохшие фруктовые сады с ветвями, словно вывернутыми судорогами. Брошенные сады в Латакии — самая яркая примета этой войны. Последние полгода здесь орудовали банды «Аджнад аш-Шам» и «Джейш аль-Фатх», подчиняющиеся группировке Фронт ан-Нусра. И мирные жители бежали со своих земель, где оливки, персики и яблоки выращивали поколениями.
Линия фронта чувствуется интуитивно. По пыльной взвеси разрушенных домов в воздухе, печально висящим проводам линии электропередач, отсутствию встречного трафика... Мы въезжаем в городок Ачан, который еще накануне находился под контролем джихадистов. Все города, пропущенные через свинцовые жернова войны, похожи между собой. Осыпавшиеся пролеты домов, изъеденные пулевыми язвами стены, запах пороха вместе с цементной пылью, моментально забивающий слизистые. Во дворах валяются мягкие игрушки, матрасы, одеяла... Минарет большой мечети основательно потрепан - боевики, как правило, устраивают в них снайперские лежки. А также наводят свою артиллерию.
Ачан бойцы Сирийской арабской армии заняли ночью, но окраинах еще слышны звуки неспешной зачистки. А в центре солдаты устраивают традиционный ритуал, водружая на искореженную мачту освещения сирийский флаг. - Здесь была довольно мощная группировка, состоящая из наемников из разных арабских стран, - говорит один из командиров. - Мы не могли штурмовать их в лоб, положили бы много людей еще на подступах к урепрайонам боевиков. Они окопались на каждой кочке. Но после того, как российские самолеты уничтожили их позиции, мы смогли продвинуться вперед. Конечно, это не быстрый процесс. Но сейчас мы тесним боевиков на Север, отвоевывая все новые и новые пространства.
- Далеко теперь отсюда до противника?
- Километр-полтора. Вот прямо деревня — пока за ними. Слева — тоже. А вон деревня Маана. Ее тоже освободили в последние сутки. В небе отчетливо слышен стук вертолетных лопастей. Гул далекий, но на равнинном фронте он разносится на несколько километров. Сначала на горизонте, километрах в пяти на Северо-Запад видны мощные разрывы. Затем доходит звук детонации. Очередные позиции террористов превращаются в молотый щебень.
- Спасибо России! - улыбается стоящий рядом боец и приглашает на экскурсию.
Мы идем вдоль линии двухэтажных домиков, за которой — открытое поле, простреливаемое снайперами.
- Глядите какой пикап, - показывает Хасан на изрешеченную машину. - С правым рулем. У них много таких, не знаю, кто им их поставляет. И станок под пулемет не самодельный — штатный, иностранного производства.
На одной из крыш оборудован наблюдательный пост. Монотонный хрип рации взрывается чем-то очень эмоциональным. Все мгновенно находят укрытия и приседают, и без того горячий воздух до кипения раскаляется свинцом. Щедрые пулеметные очереди прочесывают оливковую рощу. Небольшой отряд боевиков решил прощупать оборону Ачана и пошел в контратаку. В пыльном мареве между домами выехала БМП и несколькими выстрелами 73-мм пушки остудила пыл джихадистов, сразу же откатившихся назад, к занятой ими деревне в километре от Ачана.
Она находится уже на территории провинции Идлиб. Сирийская армия пытается выдавливать противника на Север, к Ракке. Одновременно отрезая исламистов от границы с Турцией, откуда идет снабжение боевиков. Разрезая вражеский фронт, правительственные войска заставляют террористов группироваться на небольших участках, нанося по ним артиллерийские удары. И если на равнине бой идет за каждую деревню, то на Севере все решают господствующие высоты, превращенные в мощнейшие огневые точки, с подземными бункерами и своей артиллерией. Именно по таким объектам российская авиация наносит точечные авиаудары, лишая боевиков огневого преимущества перед войсками Асада. И по нашим данным, вполне успешно.
так понимаю, первоначальная задача получить полный контроль по линии М5 и обеспечить полную безопасность от моря до линии. Создание буферной зоны. Далее, по линии М4 будут отсекать от турецкой границы.
Чтож,удачи парням!Заразу эту муслимовскую придется долго и кропотливо вычищать.Но это их земля и их война!А Россия поможет,чем сможет!
А муслимовская ли это зараза? Если они кричат "Алла - я в бар", машут флагами с арабской вязью, это ни в коем случае ни говорит об их муслимовском происхождении. Всегда нужно смотреть на спонсоров этого маскарада. На тех, кто здоровается с ними за руку. Это и будет подлинная национальность этой заразы.
Сколько не смотрю ролики оттуда - все как один без подствольников... А ведь куда как проще было бы. Намного. Походу даже и не просят подкинуть такую эффективную штуку...Наверное у них это не канонично считается?!
Сирийская армия пытается выдавливать противника на Север, к Ракке. Одновременно отрезая исламистов от границы с Турцией, откуда идет снабжение боевиков. Разрезая вражеский фронт, правительственные войска заставляют террористов группироваться на небольших участках, нанося по ним артиллерийские удары.
На уже проверенный на Донбассе котел похоже. Также отрезают от границы и со всех сторон окружают, а потом еще и крышкой накроют, чтоб варились они там...
Пора бы уже перестать нашим туристам Турцию деньгами снабжать. я лично - больше ни ногой.
Золотые слова! Да ещё не плохо ебануть по танкерам, которые в Турцию ворованную нефть переправляют! Ну и слоган: Поехал в Турцию- продал родину! Нефига поддерживать этих уродов.
Это сообщение отредактировал AlexPiter - 11 окт 2015 в 22:44
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии. Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.
1 Пользователей читают эту тему (1 Гостей и 0 Скрытых Пользователей)
Если они кричат "Алла - я в бар", машут флагами с арабской вязью, это ни в коем случае ни говорит об их муслимовском происхождении.
yaplakal.com