В ФСБ пришел обманутый зэк. Всплыли трупы и изнасилования

Верх-Исетский суд Екатеринбурга рассматривает уголовное дело об убийстве заключенного Антона Штерна. Процесс называют прологом в громком расследовании свердловского УФСБ, сотрудники которого получили терабайты компромата на тюремное начальство, коллег-силовиков и криминальных «решал». Сдал видеофабрику и дал показания чекистам один из заключенных, рискнувший свободой и проигравший. Как это было и кто пока выигрывает — в материале.

Антон Штерн, 21-летний осужденный, был забит насмерть в ИК № 2 Екатеринбурга в апреле 2015 года. По версии следствия, молодой человек стал первой за последние годы заметной жертвой перестаравшихся вымогателей из числа зэков, сотрудничавших с администрацией колонии. Процесс, который с начала 2000-х был организован в этом пенитенциарном учреждении, назывался правозащитниками конвейером по выбиванию денег заинтересованным и показаний для следствия. Об этом «URA.Ru» писало неоднократно, однако история Штерна была наиболее трагической, а настоящие причины находятся в ее тени.

Фабула уголовного дела Антона Штерна сводится к тому, что несколько осужденных, вымогая деньги у молодого человека, избили его. Через год с небольшим, в сентябре 2016-го, материалы расследования поступили в суд, но все заседания проводятся в закрытом режиме, а с адвокатов подсудимых взяли подписку о неразглашении. Считается, что основанием для закрытия процесса стало непосредственное участие в деле ФСБ — свердловские чекисты оказывают оперативное сопровождение расследования.

У спецслужбы имелось желание вытащить из «дела ИК № 2» максимум информации.

К концу 2016 года материалов для расследования накопилось действительно много. В нем, кроме зэков-истязателей, есть и сотрудники ФСИН вроде бывшего замначальника «Двойки» Михаила Белоусова, и сотрудники полиции, как бывшие, так и действующие, а также следователи, адвокаты и нотариусы. Как уже писали, именно нотариусы зачастую были последними в конвейере по вымогательству. Первыми стояли зэки, способные оказать круглосуточное давление на сокамерника, побить и даже изнасиловать «под запись».

Первоисточником для чекистов стал как раз один из бывших заключенных по прозвищу Сыч (редакции известны его имя и фамилия). Будучи одним из активистов, участвовавших в «ломке» клиентов, в конце 2014 года он оказался на свободе и написал заявление. «Как это выглядело: в ФСБ пришел обманутый бывший зэк и дал полный расклад, в котором „всплыли“ и трупы, и изнасилования. Прежде всего он указал на своих боссов, среди которых были Белоусов, бывший сиделец [ныне находящийся в бегах Александр] Булаков, а также масса других людей, в том числе в погонах. Указал он и на бывшего прокурорского сотрудника, через которого проходили „коммерческие“ клиенты — богатые фигуранты уголовных дел. Одним из таких клиентов был Михаил Клок, в свое время получивший контроль над коммерческим предприятием „База на Комсомольской“. В „Двойке“ Клок этого актива лишился», — рассказывает собеседник.

Он не уточняет количество трупов, но предполагает, что под бывшим сотрудником прокуратуры может подразумеваться Александр Горбунов. Якобы именно он не рассчитался с освободившимся Сычом за оказанные «услуги» по «обработке» клиентов и получил «ответку».

Попавшая в руки чекистов фактура быстро пошла в ход. В результате следственно-оперативных действий в апреле был задержан, допрошен и позже арестован замначальника ИК №2 Белоусов, а из помещений колонии было вывезено две «Газели» улик, в том числе терабайты отснятого в колонии материала. На заботливо архивированных кадрах был виден весь процесс «работы» со следственно-арестованными или уже осужденными.

О скрытой видеозаписи мало кто догадывался, но впоследствии «ролики» дел фигурантам продавали по 250 тысяч рублей.

В частности, такую запись предлагали выкупить пострадавшему по вымогательству активом «Базы на Комсомольской» Дмитрию Чупракову.

Автор жалобы в ФСБ жестоко поплатился за свою откровенность с чекистами. «Спустя несколько месяцев после того, как Сыч написал заявление, примерно в конце марта 2015 года, его задерживают, обвиняют в изнасиловании, и вскоре он получает 8 лет. Все бы ничего, но якобы пострадавшая от него женщина обзаводится после этого автомобилем. Совпадение? Не думаю», — делится воспоминанием собеседник.

Говорят, с подачи Сыча силовики имеют сведения о трех десятках более-менее заметных инцидентов с вымогательством. Что касается Штерна, то это единственный случай с убийством, который попал в суд, хотя крайне подозрительных смертей в ИК № 2 до 2014 года было достаточно.

«Из „Двойки“ вывозили „синих“ (избитых, в синяках — ред.) зэков, у некоторых были вырваны ногти, но в заключении тюремщиков часто говорилось, что люди наносили увечья сами себе. Интересно, что какие-то дела, вероятно, расследуются, но они, насколько я знаю, дробятся. Из общей массы материалы выделяются в отдельные производства, возникают новые и новые дела. Так, например, можно „спрятать“ криминальный труп или свалить убийство на зэков-исполнителей», — рассказывает источник.

В ГУФСИН по Свердловской области готовы комментировать только дело Штерна, но отмечают, что система избавляется от запятнавших себя сотрудников. По мнению руководителя пресс-службы тюремного главка Александра Левченко, в ИК №2 уже сменилось руководство, а Белоусов будет отвечать по закону.

В свердловском управлении ФСБ заверили, что расследование по всем попавшим в поле зрения фигурантам идет и будет доведено до конца.

источник