Росстат заявил об ускорении промышленности втрое на фоне обвала нефти и рубля

В то время как страны Запада одна за другой скатывались в рецессию, а Китай переживал беспрецедентный в новейшей истории коллапс экономической активности, Росстату удалось зафиксировать резкое ускорение производственного сектора российской экономики.

Как сообщило ведомство во вторник, по итогам февраля темпы роста промышленного производства в РФ ускорились втрое. За месяц объемы выпуска выросли на 3,3% против 1,1% в январе.

Позитивную динамику продемонстрировали как сырьевые, так и обрабатывающие производства, констатирует Росстат в релизе.

Добыча нефти выросла на 3,2%, несмотря на сделку ОПЕК+ и провал спроса в Китае, куда уходит почти 40% российского экспорта «черного золота». Добыча газа увеличилась на 0,1%, металлических руд - на 3%, производство СПГ - на 7,5%.

Рост в сырьевых отраслях (на 2,3%), впрочем, померк в сравнении с результатом обрабатывающего сектора, который увеличил выпуск на 5% и едва не побил полугодовой рекорд.

Провал в автопроме (на 12%), согласно Росстату, компенсировали производители лекарств (+17,4%), сыров (+17,7%), пестицидов и агрохимических продуктов (+40,7%), а также полиграфических красок, пластмасс и электрооборудования, показавшие двузначные темпы роста. Продолжился бум в производстве компьютеров и электроники - плюс 39,2%.

Хотя в феврале ключевые экономики мира оказались на грани рецессии, индексы деловой активности (PMI) упали ниже 50 пунктов в США, Европе и Японии, а Китай - ключевой потребитель российской нефти - остановил почти половину промышленных мощностей, данные Росстата оказались неожиданно «неплохими», констатирует главный экономист РФПИ Дмитрий Полевой.

Отчасти это календарный эффект високосного года, рассуждает он, с другой стороны, число рабочих дней в феврале-2020 было на один меньше, чем год назад. С очисткой от сезонности промышленный рост составил 1,4% и лишь на 0,1 п.п. превысил показатель января, говорит Полевой.

В условиях слабого конечного спроса промышленность держится на госзаказах: за январь-февраль правительство на 25% нарастило расходы федерального бюджета, напоминает главный экономист ING по России и СНГ Дмитрий Долгин.

Впрочем, деньги достались не всем. Февральский опрос ВШЭ о состоянии делового климата, в котором принимали участие более 5 тысяч собственников и топ-менеджеров предприятий, показал, что лишь 20% из них нарастили выпуск.

У подавляющего большинства - 68% - объемы производства не изменились, у каждой седьмой компании (15%) - сократились.

Загрузка мощностей в обрабатывающей промышленности при этом заметно упала. Ее февральский уровень - 61,9% - худший с января 2016 года, когда экономика находилась на самом «дне» рецессии, указывает директор Центра конъюнктурных исследований ВШЭ Георгий Остапкович.

Загрузка мощностей является крайне консервативным и одновременно опережающим индикатором: его падение на 1 процентный пункт - это тревожный симптом, указывающий на негативные процессы, говорит Остапкович: «Видимо, главным фактором снижения загрузки являются ожидания руководителей предприятий по снижению спроса на свою продукцию. И это при том, что на момент опроса еще не было известно о снижении мировых нефтяных цен, а коронавирус еще не начал своих акцентированных атак на Россию».

Статистика за март уже в полной мере отразит переход в новую, кризисную реальность: рост промышленности замедлится до нуля, прогнозирует Долгин. Как и в случае предыдущий «нефтяной катастрофы» 2014 года, пострадает в первую очередь несырьевой сектор экономики, считает Полевой: добыча нефти в физическом объеме может даже вырасти из-за развала сделки ОПЕК+.

Остаться островом стабильности в глобальном шторме у России не получится: экономика глубоко встроена в глобальные цепочки добавленной стоимости, экспортируя сырье (80% от экспорта) и импортируя машины оборудование (46,2% импорта), указывает Остапкович.

via