«Девочке с Конституцией» обнулили свободу

Помните Ольгу Мисик? Она стала известна летом 2019 года - на московских протестах против недопуска оппозиционных кандидатов на выборы в Мосгордуму читала Конституцию сотрудникам ОМОНа.

Оппозиционерам из движения «Бессрочный протест» Ольге Мисик, Ивану Воробьевскому и Игорю Башаримову вынесен обвинительный приговор за «осквернение» охранной будки у здания Генпрокуратуры и забора Люблинского суда Москвы. Суд признал, что молодые люди причинили ущерб государству, когда облили эти постройки красной краской. Защита настаивала, что краску быстро смыли водой. Активисты, прописанные в трех разных городах, смогут встретиться только через два года.

Ольга Мисик прославилась политическим активизмом летом 2019 года: выпускницу средней школы подмосковного Воскресенска задержали на несогласованной акции в поддержку журналиста Ивана Голунова, а затем — на протестах о недопуске акции в поддержку выборов в Мосгордуму. Она выходила к оцеплению Росгвардии на Тверской улице и читала сотрудникам Конституцию, после чего в СМИ и соцсетях моментально стала лицом российских протестов: ее назвали «девочка с Конституцией». Годом позже она — вместе с двумя другими активистами — стала обвиняемой в уголовном деле «будки федерального значения».

Согласно версии следствия, 8 августа 2020 года Ольга Мисик, Иван Воробьевский и Игорь Башаримов облили красной краской ограду Люблинского суда Москвы.
После этого они повесили туда плакаты с лозунгами «Долой кривосудие», «Ваша кровь на наших руках» и цитатой из Библии: «Обвиняющий праведного — мерзость пред Господом». Через несколько часов та же группа активистов якобы облила краской техническую постройку у входа в здание Генпрокуратуры (в материалах дела следствие называло ее «будкой федерального значения»). Там же они раскидали женские гигиенические прокладки и растянули баннер «Прокуратура запросила сроки… Отсоси потом проси». Обе акции состоялись через два дня после оглашения обвинительных приговоров по «делу "Нового величия"» (организация признана экстремистской). Обвиняемые утверждали, что дело сфабриковано ФСБ, заседания проходили в Люблинском суде.

Уже 9 августа полиция провела обыски у трех активистов «Бессрочки», на следующий день суд избрал им меру пресечения в виде запрета определенных действий. 15 августа оппозиционерам предъявили обвинение в вандализме, совершенном группой лиц (ч. 2 ст. 214 УК РФ), вину они не признали. Следствие и обвинение настаивали, что стена будки была повреждена, а позже отремонтирована. Стоимость ремонта якобы составила 3464 руб. 50 коп.— такая сумма ущерба позволила завести уголовное дело. Защита утверждала, что стену тут же отмыли охранники, поэтому государство не потратило на ремонт ни рубля. Адвокаты утверждали, что даты на документах о ремонтных работах проставлены задним числом, и безуспешно требовали провести строительную экспертизу.

Во вторник, 11 мая, судья Тверского районного суда Мария Бурая признала всех трех обвиняемых виновными.

Ольгу Мисик приговорили к двум годам ограничения свободы, Игоря Башаримова и Ивана Воробьевского — к году и девяти месяцам.
В приговоре (есть в распоряжении “Ъ”) сказано, что молодым людям запрещено покидать города, в которых они прописаны (госпожа Мисик — в Воскресенске, Иван Воробьевский — в Москве, Игорь Башаримов — в Архангельске). Им запрещено выходить из квартиры в ночное время (для Ольги назначено время с 22:00 до 6:00 часов, для Игоря и Ивана — с 23:00 до 5:00 часов) и посещать митинги.

Это сообщение отредактировал Эло - 12 мая 2021 г. в 19:43

«Преступления нет, действия невозможно квалифицировать как вандализм, вся эта ситуация заставляет чувствовать "испанский стыд" (чувство стыда из-за действий других людей.— “Ъ”). Приговор обязательно будет обжалован,— заявил “Ъ” Дмитрий Захватов.— Решение суда неправосудно, а дело сфальсифицировано сотрудниками правоохранительных органов. И судья не может называться судьей, зная об этом».

Одними из первых на приговор активистам отреагировали политики Юлия Галямина и Дмитрий Гудков. Они заявили, что у суда не было «ни доказательств вины, ни доказательств причинения ущерба зданию Генпрокуратуры», а «государство продолжает давить на молодежь, сажать самых активных». «Для студентки Мисик это означает запрет на обучение в МГУ на журфаке»,— отметил господин Гудков. Впрочем, в пресс-службе МГУ заявили, что Ольга Мисик ушла в академический отпуск по собственному желанию: «Конечно же, за ней сохраняется право восстановиться и продолжить обучение на факультете».

Ограничение свободы как санкция для статьи УК о вандализме используется в России достаточно активно уже 11 лет, рассказал “Ъ” юрист «ОВД-Инфо» Дмитрий Пискунов: «В 2010 году суды вынесли подобное решение девять раз. Однако сейчас в России выносится 30–40 таких приговоров в год». По его словам, раньше судьи чаще назначали условный срок по этой статье: «В 2009 году был вынесен 81 такой приговор. Но потом, видимо, судьям что-то сказали — и количество "условок" резко пошло на спад. С 2013 года — два-четыре решения об условном сроке в год».

В делах о вандализме, подчеркнул эксперт, обвинение всегда в индивидуальном порядке ориентируется на наличие умысла «осквернить или оскорбить» то или иное учреждение или объект.
Так, по словам господина Пискунова, «ущерба может не быть совсем», но если органы прокуратуры оскорбились или выявили общественную опасность в действиях подсудимых, то «будет возбуждено уголовное дело».

Отметим, что ограничение свободы подразумевает запрет посещать «массовые и иные мероприятия» и «определенные места, расположенные в пределах территории соответствующего муниципального образования». В случае с политическими активистами Ольгой Мисик, Иваном Воробьевским и Игорем Башаримовым речь идет о запрете посещать митинги, шествия и демонстрации. Дмитрий Пискунов подчеркивает, что практика контроля в таком случае остается, «мягко говоря, непонятной». Чаще всего для этого используются браслеты слежения, но бывает и так, что контроль осуществляется «на доверии», рассказал “Ъ” глава комиссии по развитию пенитенциарной системы СПЧ Андрей Бабушкин. В пресс-службе ФСИН РФ “Ъ” пообещали ответить на запрос о практике контроля осужденных к ограничению свободы «в течение семи дней».

Отметим также, что группа поддержки осужденных по делу о «Новом величии», сами осужденные и их адвокаты пока не делали публичных заявлений о приговоре активистам «Бессрочки».

https://www.kommersant.ru/doc/4803179