По финансовым результатам «народное достояние» — Газпром — впервые стало убыточным по итогам газового бизнеса.

Газпром отчитался по финансовым результатам (по РСБУ) за 2023 год. Как и ожидалось, успехами газовый гигант России похвастаться не может.

Формально концерн продолжает оставаться прибыльным — чистая прибыль составила 695,6 миллиардов рублей. При ближайшем рассмотрении выясняется, что все эти деньги — дивиденды от участия в других компаниях.

По своей основной деятельности — добыче и продаже газа — Газпром потерял 291 миллиард рублей. «НИ» поговорили директором по исследованиям и развитию Института энергетики и финансов Алексеем Белогорьевым. Год назад в нашем интервью эксперт предсказал такое развитие событий. Что ждет Газпром в будущем?

— Вы предвидели такое развитие событий, что компания, державшая в кулаке целый континент, не выдержит испытаний санкциями. Так ли это?

— Я говорил про финансовую сторону. В мировом масштабе чистая прибыль Газпрома была, как правило, на одном из первых мест. Компания, которая купалась в деньгах и долгие годы получала сверхприбыли от экспорта газа, в силу потери основного рынка Европы, где сверхприбыль зарабатывалась, становится компанией среднеприбыльной.

По масштабу бизнеса, Газпром остаётся очень крупным игроком, доминирующим на российском и даже на евразийском рынке. Но с точки зрения прибыльности, финансовых результатов, компания перешла в совершенно другую реальность.

Действительно, сейчас часть бизнеса убыточна, по крайней мере, компания сама об этом говорит. То, что связано с поставками на внутренний рынок, финансовые результаты будут весьма скромными в ближайшие годы, учитывая очень высокую налоговую нагрузку, которую на Газпром адресно наложило правительство. Это ещё больше усложняет финансовое положение гиганта.

— Изменит ли ситуацию «Сила Сибири-2»?

— С точки зрения прибыльности — нет.

С точки зрения затрат — заметно ухудшит, потому что это очень большие капиталовложения в создание транспортной инфраструктуры на территории самой России плюс ещё на территории Монголии при очень длительном сроке отдачи.
Многое будет зависеть от условий взаимного финансирования, если проект вообще будет реализован, под какие проценты Газпром сможет взять кредиты. Это очень большая инвестиционная нагрузка на компанию. Она была большой даже при сверхприбылях, о которых мы говорили, даже в те сытные годы проект был избыточно крупным. В текущих условиях он ляжет тяжёлой ношей на бюджет Газпрома. Тем более, что, скорее всего, условия взаимного финансирования для компании ухудшатся.

Поэтому этот проект точно не улучшит финансовое положение Газпрома.

— В мире растет потребление сжиженного газа. Почему бы Газпрому не заняться более плотно СПГ?

— Он хочет. У него есть завод «Сахалин 2», где он сейчас получил ещё и долю Shell. У него была контрольная доля в проекте, а сейчас правительство передало Газпрому долю Shell. Есть ещё среднетоннажный завод «Портовый» СПГ в Ленинградской области. Там производство 1,5 млн тонн СПГ. Это завод, который был открыт осенью 2022 года. Есть несколько малотоннажных заводов для российского рынка.

Газпром довольно активно развивает сеть малотоннажного производства, но если говорить про экспорт, то единственный строящийся завод — «Балтийский СПГ», он же «Усть-Луга СПГ», но сроки его строительства очень неопределённые из-за технологических санкций.

Газпром, как и НОВАТЭК, столкнулся с необходимостью полного импортозамещения в технологии сжижения газа. И когда этот завод вступит в строй — вопрос открытый. Я думаю, что это будет 2028 год. Вряд ли раньше, если не позже. Других проектов у компании нет.

Газпром был бы рад увеличить экспорт СПГ, но для этого надо решить технологическую проблему. А она весьма серьёзная как для него, так и для НОВАТЭКа.

— В правительстве любят представлять газификацию страны как адекватную замену европейскому бизнесу Газпрома. Могут ли российские регионы дать ему столько же денег, как и европейские страны?

— Текущая газификация в принципе не может быть прибыльной. Она даже называется «социальной». Экономически обоснованная газификация, которая могла быть коммерчески прибыльной, давно завершилась. В десятые годы были реализованы последние проекты.

То, что газифицируется сейчас, это, в основном, жилой фонд, причём достаточно с низкой плотностью. Малоэтажная застройка, дачная. В основном, домохозяйства, где очень большие затраты на создание и поддержание газораспределительной инфраструктуры при низкой плотности потребителей.

Выгодна газификация промышленных предприятий, но таких лакомых кусков практически не осталось. Есть на Дальнем Востоке, но там сама газификация очень дорогая, а общая плотность потребителей низкая, поэтому и там она будет убыточной. Вопрос не в возврате инвестиций на саму газификацию, государство ожидает от неё мультипликативного эффекта за счёт того, что газифицированная территория становится более привлекательной и для бизнеса, и для населения. Это долгосрочная задача, которую сложно просчитать.

— Плохо или хорошо идут дела в компании, тем не менее, власти увеличили налоговую нагрузку на Газпром. Это от безысходности или просто просчет, ошибка?

— Правительство нуждается в покрытии дефицита бюджета. Газпром как один из основных получателей сверхприбылей за счёт роста сырьевых цен в 2021–2022 годах рассматривался как один из ключевых доноров. Другое дело, что никто не ожидал при принятии решения о дополнительной налоговой нагрузке, что настолько сильно упадут цены.

Все исходили из более высоких цен на мировых рынках, возможно, из более высоких показателей экспорта в Европу. Полагали, что экспортная выручка будет выше, чем она оказалась. Наверное, здесь произошла недооценка проблем Газпрома, потому что текущая налоговая нагрузка, дополнительные изъятия по налогу на добычу полезных ископаемых ведут к убыточности компании. Она сама об этом говорит. Долго так продолжаться не может. Это вопрос времени.

Чтобы сгладить ситуацию, правительству пришлось пойти на повышение цен для внутренних потребителей, намного выше, чем все предыдущие планы. Повышение цен с 2022 по 2025 годы во многом связано с тем, что правительство пытается обеспечить Газпром финансовыми ресурсами для дополнительных налоговых отчислений в бюджет.

Крайним окажется потребитель. На мой взгляд, это не совсем экономически правильно, но такая ситуация, что другого выхода правительство не видело.

— Мы говорили о необходимости реформ в газовой отрасли. Самому Газпрому с потерей газового рынка Европы разве не требуется реформирование?

— О каком-то делении Газпрома, о выделении видов деятельности речи не идёт. Компания всячески сопротивляется этому. Экономического смысла в этом сейчас тоже никто не видит.

Есть вопрос несбалансированности всей структуры нашей газовой отрасли, которая во многом застряла в 90-х, а то и в 80-х годах, в отличие от нефтяной отрасли. Но сейчас никто не будет решать проблему путём реорганизации Газпрома. Это не имеет большого смысла. Я думаю, что не будет ни разукрупнений, как не будет и слияний-поглощений.

Организационно всё будет более или менее стабильно в ближайшее время. Газпром уже не на спаде. Дно падения добычи и экспорта пройдено в прошлом году. Сейчас идёт процесс медленного восстановления, правда, очень медленного. Компания в целом будет улучшать свои показатели, производственные она уже улучшает.

https://newizv.ru/news/2024-03-29/aleksey-b...realnost-428713