Почему в Душанбе и в Махачкале не танцуют Яблочко?

Знаменитый «новогодний ролик» с Красной площади вызвал у меня множество вопросов. По официальной версии, все эти люди нездешнего вида, приехали в Россию со страшной силой работать. Глядя на гастарбайтеров, слоняющихся по Москве даже в постные дни, мне в это верится с трудом. Сужу по себе: когда я выезжаю работать за пределы своего ареала обитания, я тружусь без выходных и часто, даже без сна. Поэтому, если выпадает свободная минутка, я лежу плашмя в гостиничном номере и подаю лишь слабые признаки жизни. Азиатская молодежь с Красной площади либо плохо трудилась, либо мало устала. Органам власти отвечающим за миграционную политику следует обратить на это внимание.

Второй момент, который неприятно кольнул в сердце. После лезгинок на всех возможных и горизонтальных площадях РФ, хотелось бы увидеть аналогичные, ответные танцы с национальным колоритом в Махачкале, Душанбе или Ташкенте. По мнению либеральной общественности, это невозможно, ибо «мы утратили все свои корни и традиции». Простите, исполнить народный русский произвольный или концептуальный танец под «Светофор зеленый» Валерия Леонтьева, способен любой россиянин средних лет. Но, аналогичных танцевальных марафонов почему-то не случается. Я вам открою страшную тайну – в Душанбе, Ташкенте или Махачкале нет русских. Там нет даже россиян. Исключая Махачкалу, в бывших азиатских республиках планомерно и тщательно уничтожаются любые следы нашего общего исторического пути – от «вечных огней» и памятников, до названий улиц и городов. Есть прекрасный и справедливый повод более не пускать этих танцоров в сакральный центр нашей страны – они не уберегли общую память, и уж точно не будут беречь память русскую, совершенно чужую. А ассимилироваться и танцевать «барыню» или «яблочко», эти люди что-то не спешат. Они надеются, что ассимилироваться придется нам. У этих надежд есть под собой почва, во всех смыслах.
©Дмитрий СТЕШИН