По крымскому сценарию

После долгого упадка Россия неожиданно продемонстрировала всему миру, что вовсе не оставила своих «имперских амбиций» и готова побороться за свои интересы – причем, весьма успешно.

Если в России скептические настроения в духе «Кремль сольет ДНР» имеют место, то большинство зарубежных аналитиков пророчат русским настоящий триумф.

Тот шок, в котором пребывает сейчас Запад, не поддается описанию: они просто не знают, что делать. Попытавшись задавить Россию санкциями, США добилась лишь одного – консолидации «восточного блока». Да еще и непонятно, кто кого в большей степени «изолировал» - Барак Обама на днях с грустью констатировал, что груз антироссийских санкций оказался тяжел для США и ЕС.

Разжигая антирусские настроения на Украине, Запад получил плохо управляемого, голодного зверя в виде «киевской хунты», которая норовит вот-вот соскользнуть в состояние террористического анклава. Допустим, Америка далеко, и ей опасаться нечего в этом смысле, но вот Евросоюз вряд ли рад украинскому «подарку».

Тактика, которую США успешно использовала для завоевания геополитического пространства долгие годы, оказалась в итоге неэффективной и исчерпала себя, сейчас можно сказать, что триумфальному шествию американцев по планете положен конец. Афганистан стал не форпостом США в Центральной Азии, а настоящей ловушкой: потратив миллиарды долларов на афганскую эпопею, американцы так и не смогли полностью подчинить себе крайне хитрую местную элиту, и вот мы видим, как Хамид Карзай признает легитимность крымского референдума.

Тем временем, России удалось вернуть относительную лояльность Грузии, буквально в последний момент увести Сирию из-под натовских бомбардировок. В сфере международной пропаганды России также удалось потеснить проамериканские СМИ, и теперь европейцы смотрят телеканал Russia Today чуть ли не наравне с BBС – по количеству просмотров на Youtube канал RT побил мировой рекорд.

Стратегия США по разжиганию «демократических» революций по всему миру провалилась: упорно называя очевидных бандитов в Сирии и на Украине «мирными оппозиционерами», Госдеп окончательно дискредитировал себя в глазах всех мало-мальски адекватных людей.

«Влияние США находится на самом низком уровне за 40 лет - это свершившийся факт» - с грустью констатирует Чарльз Краутхаммер на страницах The Washington Post. Еще бы – средств на финансирование новых авантюр в американском бюджете нет, та смехотворная помощь, которую с великодушным видом анонсировал сенатор Маккейн (100 млн. долларов) – это даже не смешно. Как и 100 млн. евро, выделенные на данный момент Украине Евросоюзом. Этого не хватит даже для того, чтобы удовлетворить аппетиты самой верхушки киевской «хунты». Геополитические притязания – вещь дорогостоящая, за нее нужно платить, ведь мало просто привести к власти «демократическую оппозицию», ее услуги нужно оплачивать и дальше – а аппетиты правительственных чиновников и силового аппарата удовлетворить далеко не так просто, как потребности уличных маргиналов. Поэтому удержать далекий, абсолютно чужой ментально и исторически регион гораздо труднее, чем захватить.

Что касается России, то кажется, что она нашла свое новое ресурсное состояние, каким сто лет назад была великая мечта о коммунизме. Сейчас эту роль может выполнить подъем национальных чувств и надежды на воссоединение нации.

После крушения СССР русские оказались в положении разделенной нации: по разным оценкам, за рубежом, преимущественно на территории бывших союзных республик осталось от 30 до 60 млн. этнических русских. Эти люди оказались в поистине ужасном положении – брошенные Россией, они оказались один на один с крайне жестоким национализмом «младших братьев». Дискриминация, откровенный геноцид, убийства, лишение гражданских прав - русским пришлось испить сполна из этой горькой чаши.

А в России, тем временем, продолжали рассуждать о том, что «русский – это тот, кто принимает русскую культуру», то есть, что такой нации, как русские вообще не существует. Потому как степень «принятия культуры» оценить еще труднее, чем собственно, этническую принадлежность.

В программе переселения (не репатриации, а именно переселения), кое-как принятой в России, слово «русские» так же застенчиво заменили словом «россиянин». В итоге, квоты переселения стабильно уходят на владеющих русским языком таджиков и узбеков. Так получилось, что есть какие угодно нации – буряты, таджики, чеченцы, одной нет – русских. «Нет плохих наций» - распространенное мнение, однако, если посмотреть под таким углом на ситуацию с русской нацией, то получается, что она, наверное, очень плохая – раз ей фактически отказывают в полноценном существовании.

И в этом смысле факт присоединения Крыма стал переломом, когда власть наконец-то признала существование русской нации не в виде «россиян», которые заканчиваются ровно за пограничными столбами, а в виде живого народа.

Этот национальный подъем не имеет никакого отношения к той зловещей ксенофобии, которую зачастую приходится наблюдать в национальных республиках. Разница в том, что его вектор не направлен против чьих-то интересов: он лишь старается защитить свои позиции. Что характерно, жители Донбасса не ездили в Киев зимой 2014 года, чтобы помешать «правосекам» совершить антирусский переворот. Хотя тогда многие ждали – когда же юго-восток поднимется? Он поднялся, но позже, когда враг уже появился на пороге.

На протяжении долгих лет русские, оставленные Россией на произвол судьбы в бывших союзных республиках, терпели унижения и дискриминацию. Российскую власть волновало что угодно, но только не их судьба. Примеров тому масса, к сожалению.

Однако события последних месяцев дают надежду на то, что Россия наконец-то вспомнит об этих людях – а их миллионы.

Не так давно в Латвии поднялся нешуточная паника: дело в том, что российский президент гарантировал советским ветеранам, оставшимся на территории этой прибалтийской страны ежемесячные выплаты. И хотя обещанные суммы не столь уж и велики, мягко говоря, тем не менее, этот шаг был расценен латвийскими властями как покушение на их право третировать русских «неграждан».

Кроме того, они явно обеспокоились по поводу нового российского закона, принятого в апреле, согласно которому российское гражданство предоставляется в упрощенном порядке всем гражданам и лицам без гражданства, владеющим русским языком и проживающим на территориях, входивших в СССР.

Страх латвийской власти легко объясним: смогут ли они продолжать политику притеснения русских, если те из бесправных «неграждан» превратятся в российских подданных? Правительство заказало секретное исследование, призванное выявить отношение русскоязычных жителей к латвийскому государству, однако информация об этом проекте просочилась в прессу и вызвала ряд вопросов у оппозиции.

А как, действительно, относятся русские, проживающие в ближнем зарубежье к последним событиям в Крыму и в Донбассе?

- Большинство русских жителей Латвии восприняли присоединение Крыма с огромным энтузиазмом. Это показывают даже официальные опросы, хотя люди на них обычно отвечают с опаской. С Юго-Востоком несколько иначе. Потому что это уже не эффектная комбинация, мат в три хода, а реальная война, с реальными смертями и страданиями, говорит латвийский политик и общественный деятель Владимир Линдерман, лидер партии «За родной язык!».

- Конечно, услышав по радио, что Донецкая и Луганская республики вошли в состав России, думаю, 90% русских Латвии сказали бы радостно «Наконец-то!». Радостно, но слишком громко, чтобы сосед-латыш не услышал… Сейчас настроения у многих скорее тревожные. И большой войны люди боятся, и с позицией Москвы нет ясности. С Латвией и двумя другими республиками Прибалтики вариант, аналогичный крымскому, нереален. Все-таки эти страны – члены Евросоюза и НАТО. Только какие-то очень крупные общеевропейские и общемировые потрясения могут привести к переделу границ.

Более реальна «финляндизация» Прибалтики. То есть формирование таких политических режимов, которые бы дорожили отношениями с Россией и отказались бы от русофобии, по сути являющейся сегодня официальной идеологией в этих странах, - подчеркнул Линдерман.

В общем-то, создание широкого круга лояльных государств вокруг России - это и есть наиболее привлекательный вариант.

Очевидно, что Россия наконец-то отыскала наиболее эффективную тактику во внешней политике. Эта тактика мягкой, но настойчивой силы, безукоризненно действует в век политкорректности и дипломатии. Невозмутимость, с которой держится Россия в последние месяцы, выгодно контрастирует с истеричностью НАТО.

«Путин бросил вызов нам, либералам: объяснить, каким образом демократия может обеспечить безопасность, а не только свободу, невозможно с помощью пары лозунгов. Но ответ все же можно найти. Политический лидер, которому удастся сделать это, станет самым важным деятелем грядущей холодной войны - войны между либералами и консерваторами», - пишет Пол Берман в своей статье о новой российской доктрине.

Эта война уже началась - слишком многие устали от лицемерия либеральной доктрины.

Впрочем, бросать в воздух чепчики рано: Новороссия горит и истекает кровью, исход пока не ясен. На Донбассе сошлись в бою вовсе не «ватники» и «укропы», а две цивилизации, два мира, две огромные империи – хотя ни та, ни другая не ввели на Украину своих регулярных армий. Но недаром внимание всего мира приковано к Донбассу: именно там сейчас решается его судьба.