"Беркут" на страже Москвы

Ровно 65 лет назад — 9 августа 1955 года — Совет министров СССР принял постановление о разработке первой зенитной ракетной системы «Беркут» для защиты Москвы от потенциальной угрозы с воздуха. Это детище Холодной войны стало торжеством советской инженерной мысли и обошлось в полмиллиарда рублей. Споры об эффективности Системы-25 «Беркут» не утихают и через 30 лет после снятия комплекса с боевого дежурства.

На фото: Ракета В-300 и РЛС Б-200 в музее авиации на Ходынском поле в Москве

10 фото+текст, Михаил Плец

Взаимоотношения участников антигитлеровской коалиции совершенно безоблачными не были никогда. Но по мере того как разгром Германии становился очевидным, будущие победители всё большее внимание уделяли послевоенному переустройству мира, и конфликт интересов предсказуемо обострялся. Сразу после окончания войны дело дошло до жёстких политических противостояний — в частности, известным Иранскому и Турецкому кризисам, — и разработки первых планов войны между СССР, США и Англией.

5 марта 1946 года знаменитая Фултонская речь Уинстона Черчилля положила начало периоду, впоследствии названному Холодной войной. Перспектива открытого военного противостояния между недавними союзниками становилась всё более отчётливой, а на Корейской войне 1950–1953 годов советские и американские лётчики уже вовсю стреляли друг в друга. Великие державы спешно готовились к новой мировой войне и, разумеется, пытались представить себе, как она будет выглядеть и к чему, собственно говоря, надо готовиться. Разумеется, в первую очередь анализировался опыт той войны, которую только успели закончить.

Фото: Ракеты В-300 на стартовых позициях

Четвёртая сила

Опыт войны, помимо всего прочего, постулировал огромную и постоянно растущую важность противовоздушной обороны. Ещё в середине войны, в июле 1943 года, был образован Совет по радиолокации ГКО СССР, в 1947 году он был преобразован в Комитет по радиолокации, а в 1950-м по инициативе Лаврентия Берии создали Третье главное управление при Совете Министров. Войска ПВО выделили в отдельный, к тому моменту четвёртый вид вооружённых сил, наряду с ВВС, ВМФ и сухопутными войсками.

Одной из первоочерёдных задач ПВО была оборона городов от массированных налётов большого числа бомбардировщиков, примеры которых были ещё свежи в памяти. В вечной борьбе брони и снаряда временно побеждал снаряд: бомбардировщики научились летать на высотах, совершенно недостижимых для зенитной артиллерии, да и для истребительной авиации тех времён тоже. Широкое распространение ракетных средств доставки ядерного оружия было тогда делом хоть и недалёкого, но всё же будущего, но само оружие уже было, поэтому пропуск даже одного самолёта противника к цели был крайне нежелателен. Между тем, высотные английские «Канберры» и американские «Стратоджеты» время от времени вторгались в воздушное пространство СССР, и спокойно возвращались на базы. Необходимо было найти какое-то новое, и при этом надёжное решение. Им стали управляемые зенитные ракеты.

Идея управляемых зенитных ракет не была принципиально новой: проекты такого рода пытались осуществить в разных странах ещё до начала Второй мировой, но до рабочего состояния ни один проект так и не дошёл. Во время войны ближе всего подошли к решению проблем немецкие инженеры, но до постановки ракет ПВО на вооружение дело не дошло и в Германии.

В 1946 году в США началась разработка ракетного комплекса Nike-Ajax, успешно испытанного, и запущенного в производство в 1951 году, а поставленного на вооружение двумя годами позже. Одноканальный, т. е. с возможностью одновременного сопровождения и обстрела всего одной воздушной цели, без взаимосвязи между батареями, организацией он напоминал скорее ствольную артиллерию военных времен. В Советском Союзе подошли к делу гораздо основательнее.

Фото: Американский ракетный комплекс Nike-Ajax

9 августа 1950 года после серии обсуждений с участием Сталина было принято решение о создании системы ракетной ПВО для крупных городов. Сначала — для Москвы, потом аналогичную систему предполагалось построить как минимум ещё для Ленинграда. Разработку системы с условным названием «Беркут» поручили КБ-1, известному в наши дни под именем НПО «Алмаз». Отдельные элементы системы разрабатывались Радиотехническим институтом и ОКБ-301, нынешним НПО им. С. А. Лавочкина. Руководил КБ-1 Константин Михайлович Герасимов. Главными конструкторами были Павел Николаевич Куксенко и Серго Лаврентьевич Берия. Заместителем главного конструктора — Александр Андреевич Расплетин. Курировал работы непосредственно Лаврентий Павлович Берия.

Уже 25 июля 1951 года, меньше чем через год после принятия решения, в рамках начал азаводских испытаний был проведён первый пуск ракеты, «изделия 205». Опытный образец радиолокационной станции Б-200 начал испытываться также летом 1951 года, а осенью 1952 он уже был отправлен на полигон для испытаний с пусками ракет. 26 апреля 1953 года на полигоне Капустин Яр двумя ракетами впервые был сбит бомбардировщик Ту-4, использованный в качестве мишени.

В середине 1953 года Л. П. Берия был арестован, снят со всех постов, освобождён от всех должностей и вскорости расстрелян. Серго Берия, один из главных конструкторов КБ-1, был отстранён от работы, лишён учёных степеней, званий, наград, посажен под домашний арест, затем в заключение до конца 1954 года, и в дальнейшем к проектированию системы отношения не имел. П. Н. Куксенко был снят с должности главного конструктора и назначен учёным секретарём научного совета КБ. Место главного конструктора занял А. А. Расплетин.

Фото: Вертикальная антенна станции «Б-200» – предназначена для обзора воздушного пространства в угломестной плоскости

Рождение Системы-25

Впрочем, на ход работы эти кадровые перестановки повлияли незначительно. Гораздо чувствительнее оказались организационные изменения: полигон Капустин Яр передали Главному артиллерийскому управлению, как и заказ на систему. Артиллеристам ракетные системы были в новинку, и подходили они к новинке с сомнениями и осторожностью. Государственные сдаточные испытания системы, получившей название «Система-25», или сокращённо С-25, начались с июня 1954 года. Представленные на испытания элементы системы в целом соответствовали техническим требованиям, определённым в постановлении от 1950 года, а некоторыми частями заметно их превосходили. Тем не менее, ГАУ не торопилось принимать решение об окончательной приёмке системы. Существуют противоречивые мнения о том, кто именно затормозил постановку системы на боевое дежурство. Военных пугала сложность и новизна; предлагалось ввести систему в эксплуатацию без принятия на вооружение, звучали высказывания о необходимости доработки под непрерывно меняющиеся характеристики вооружений вероятного противника. Наконец, Н. С. Хрущёв однозначно высказался в пользу системы, и седьмого мая 1955 года система С-25 была принята на вооружение.

Фото: Внешний вид ракеты и характеристики комплекса С-25. Журнал «Войска ПВО»

Параллельно с разработкой велось крупномасштабное строительство. Уже в марте 1951 года вышло постановление Совета Министров об организации строительного управления МВД №565 c задачами строительства объектов ПВО вокруг Москвы. В июне того же года начинается выбор площадок под строительство, формируются организационная и управленческая структуры, организуются исправительно-трудовые лагеря для обеспечения строительства рабочей силой. К постройке позиций приступили в декабре 1951 года.

В итоге С-25 представляла из себя несколько колец различного назначения, объединённых в единую систему. На удалении 200–250 километров от столицы были размещены десять позиций РЛС кругового обзора А-100Д «Кама» с дальностью обнаружения до шестисот километров, по две РЛС на позиции. На расстоянии порядка ста километров от Москвы располагалось внешнее кольцо позиций, соединённое кольцевой автомобильной дорогой с покрытием из бетонных плит: тридцать четыре ракетных полка со стартовыми позициями для шестидесяти ракет, первые модели которых имели дальность поражения цели до 22 километров, и радиолокационными станциями наведения Б-200 с дальностью сопровождения цели до 50 километров. Каждый полк контролировал сектор в 60 градусов, сектора обстрела полков перекрывались. Возле позиций полка возводился жилой городок для офицеров и членов их семей.

Фото: Вид на позиции С-25 из космоса. Видны «ёлочка» стартовых позиций, ЦРН и жилой городок

Семь баз заправки и хранения ракет обеспечивали стартовые позиции заправленными ракетами. Перевозка ракет осуществлялась автомобилями ЗИС-151, позднее ЗИЛ-157, и под самый конец частично ЗИЛ-131, оборудованными специальными прицепами. На каждой базе хранилось около тысячи ракет, в том числе 20 полностью заправленных. Срок хранения ракеты в заправленном состоянии изначально не превышал двух с половиной месяцев, позднее полугода. После ряда модернизаций и замены ракет более новыми срок хранения дополнительно увеличился.

Второе, внутреннее кольцо позиций, также соединённых кольцевой дорогой, насчитывало 22 полка и располагалось приблизительно в пятидесяти километрах от Москвы. Последнее кольцо представляло собой ещё четыре позиции РЛС обнаружения «Кама», данные о точной модели противоречивы. Вероятно, это были не А-100Д с круговым обзором, а А-100Б с секторным обзором и дальностью обнаружения до 225 километров. Вся информация РЛС обнаружения передавалась на центральный командный пункт. Вся система позволяла одновременно обстреливать до 1120 самолётов противника, равномерно подлетающих к Москве со всех сторон. Каждый полк одновременно сопровождал и обстреливал до 20 целей, причём по каждой можно было запустить по три ракеты. Для борьбы с крупными соединениями вражеских самолётов предполагалось либо «разбивать» их на подлёте действиями истребителей, заставляя рассредотачиваться в зоны обстрела нескольких полков, либо использовать ракету со специальной, иначе говоря ядерной, боевой частью. Мощность ядерного заряда оценивалась в десять килотонн, первое испытание такой ракеты было проведено в 1957 году. А 7 ноября 1960 года ракеты В-300 впервые были показаны на военном параде в Москве.

Фото: Ракеты В-300 на параде на Красной площади

Затраты на построение системы оказались столь велики, что строительство модифицированной системы для Ленинграда было отменено. Стремительное развитие средств нападения и радиоэлектронной борьбы привело к частичному устареванию С-25 ещё до постановки на боевое дежурство. В процессе службы система претерпела четыре крупных этапа модернизации и несколько более мелких: увеличивались скорость и дальность действия ракет, помехозащищённость, уменьшалась минимальная высота перехвата цели. Но к концу 1970-х годов возможности совершенствования системы оказались исчерпаны, и в 1982 году С-25 сняли с боевого дежурства.

Фото: Тягач ЗИС-151 с ракетой В-300

Эффективность С-25 всегда была достаточно спорной. Противники системы указывают в первую очередь на её стационарность, а следовательно, уязвимость для нападения. Стоимость постройки и эксплуатации тоже оставляла желать лучшего. В среднем один объект во второй половине 50-х годов обходился в 12 миллионов рублей в год, общая же стоимость переваливала за полмиллиарда.

Фото: Справка о стоимости системы С-25 в 1956–1957 годах

Технические проблемы были пропорциональны сложности системы. Приходилось балансировать между количеством заправленных ракет и невысоким сроком хранения ракеты в заправленном состоянии, по истечении которого ракету приходилось списывать.

Гордостью разработчиков являлась электронная, а не электромеханическая аппаратура счётно-решающих устройств, реализованная на радиолампах. Помимо очевидных плюсов и прогрессивности, на момент изготовления в этом были и минусы. Только в аппаратуре центрального радиолокатора наведения радиоламп насчитывалось порядка тринадцати тысяч. Помимо чудовищного количества электроэнергии, потребляемого накалом, и не менее чудовищного тепловыделения, требовавшего мощных вентиляционных систем, лампы имеют вполне ограниченный срок службы, обычно исчисляющийся тысячами часов. Дальше катоды теряют эмиссию, и лампа выходит из строя. В общем, станция считалась боеготовой, если могла обеспечить хотя бы восемнадцать каналов из двадцати заявленных.

Фото: Командный пункт огневого комплекса

Большие проблемы были с логистикой. Три залпа полка, шестьдесят пусков, могли быть произведены в течении пары минут. Перезарядка теоретически была возможна за два часа — практически же такая срочная перезарядка требовала шестидесяти грузовиков, принимающих по ракете на прицеп на базе хранения, везущих их на расстояние до нескольких десятков километров по весьма неширокой бетонной дороге, как-то разъезжаясь с возвращающимися порожними машинами — и так восемь раз. Поскольку одна база хранения обеспечивала восемь полков.

В защиту системы можно сказать, что по крайней мере она была, и функции во всяком случае устрашения выполняла исправно: после постановки С-25 на боевое дежурство разведывательные полёты в пределах её досягаемости мгновенно прекратились. Кроме того, и это часто недооценивают, Советский Союз получил уникальный опыт разработки, создания и эксплуатации сложной, гетерогенной, территориально распределённой системы вооружений, работающей в режиме реального времени. Подобного опыта к тому времени, пожалуй, нельзя было получить нигде в мире.

К настоящему времени часть площадок С-25 заняты более современными комплексами С-300, часть дачными участками, но большая часть просто заброшены и разрушены.

Ракеты В-300 разных моделей переделываются и используются в качестве мишеней на учениях ПВО.

История Системы-25 закончилась.

Спасибо, у меня всё...

Ещё четыре фото легендарной ракеты СССР

...

...

...