Нашли

Темнота. Как же трудно смириться с тем, что это навсегда. Темнота и безвестность. Именно так и сообщили моим - пропал без вести. А так хочется подняться, стряхнуть с себя землю и крикнуть – здесь я, здесь! Не пропал я!

Не пропал я. Меня всего лишь убили.

Куракин я, Сергей Данилович, 1914 года. Призвался в июле 41-го, в Златоусте, что в Челябинской области. Все как у всех в то время - пересылочные пункты, эшелоны, там немного поучились, тут немного повоевали и вот я в Крыму. Начало мая 1942-го года. Весна. Все должно цвести и благоухать, пчелки должны вжикать туда-сюда. Но это не про Крым тех дней.

Смрад, гарь, воняет гниющими человеческими останками из сгоревших танков. А вместо пчел вжикают пули и верещат осколки снарядов. И так уже несколько месяцев. Мы сбились со счета, сколько раз мы наступали, и сколько раз отползали назад. Гитлеровцы пытались нас отсюда выбить, но винтовка Мосина и мать Гитлера - распутная женщина не давали им этого сделать. Вон сколько вас тут лежит. Просто так нас уже не взять. Мы не те беспомощные котята, которых вы встретили вначале, перейдя границу Советского Союза. Теперь мы злые. Очень. Отсутствие патронов мы легко компенсируем штыками, саперными лопатками, зубами. Мы вгрызлись в эту высоту под Кой-Асаном.

Эй, гансы, мать вашу. Вы хотите нас напугать 250-ти килограммовыми бомбами, сбрасываемыми лаптежниками на наши позиции? Глупые тевтонские рыцари. Думали, что если тут не Чудское озеро, то все можно? Ничего подобного. В воронке от такой бомбы с удобством разместится полотделения и быстро оборудует огневую точку. А 500-ка в одно мгновение выроет яму под блиндаж. Правда, в этих степях перекрытие не из чего делать, так и просто яма тоже неплохо. Ну а те сирены, которые вы смонтировали под крыльями своих самолетов, что бы воем пугать нас. Это же просто смешно. Да мы через одного тут уже глухие, не слышим ни вой, ни взрывы. Только вот животом чувствуется уханье, да так, что недавний прием пищи может незапланированно попросится назад.

Вот и сейчас животом чувствуется приближение очередной волны пикировщиков. Гудят, твари.

Что гансы, не можете вы без авиации нас отсюда выбить? Силы слабые? Летучих убийц позвали? Пехота-то ваша того, обделалась. И так дышать нечем, а еще и они тут явно не озонируют.

А вот и первые бомбы заухали и сразу в воронки от бомб переползли те, кто уцелел. Не возьмешь, фашистская гадина, мы тебе головенку еще оттяпаем. Вот только этот налет прекратится, сразу и начнем. Правда, потери большие. Один раз ухнет, с десяток наших убьет. Кому повезет, сразу насмерть, а кому и помучиться придется, но все равно умрет, ближайший то госпиталь на Кубани. Вон политрук, ползком- ползком, от воронки к воронке, орет – всем держаться, не отступать. Оно и понятно. Его гимнастерка в крови, но это не его кровь, он собирал документы у тех, кто уже представился. Теперь самое главное, что бы его бомбой не накрыло, иначе все убитые сегодня станут «без вести пропали».

А это обидно. И страшно.

Ухнуло рядом. Надо переползти туда, бомба ведь два раза в одну воронку не падает. Да и поудобнее там будет, нежели в том окопчике, что я успел себе вырыть. Тесноват он. Даже не знаю, похвалиться, или нет, но по-пластунски у меня сейчас получается быстрее, чем пешком. Хотя нет. Не стоит этим хвалиться.

А в этой воронке я уже не первый, трое наших уже тут, хотя в этом коктейле грязи и дыма и не разберешь, кто есть кто. Но Вострикова я сразу узнал, самый старший из нас. А Амирахова и Стойчева только по акцентам, настолько все были перемазаны, один из Азербайджана, другой – запорожский казак. Захочешь, не перепутаешь. Лежим, в землю вжались, осматриваемся. Пока налет, немцы сюда не полезут, быть убитым своими никому не нравиться, но ухо надо держать востро, мало ли.

Сверху завыло. Точно, юнкерс на нас пошел. Как же он нас в этом дыму увидел? Ревет, аж все выворачивает внутри. И что-то круглое от него отделилось. Обычно продолговатое, видно, а это круглое. Все ближе и ближе. Не по себе как то. Все как в замедленном кино. Вошла она в землю в аккурат в край воронки. Комья земли стали подниматься, чья-то рука в сторону отлетает. Иголки? Откуда они тут взялись? Впились в тело. Горячо стало. Словно печь открыл.

73 года темноты. Трудно это объяснить. Просто темнота и тишина. А недавно послышался стук сверху. Кто-то усердно долбил слежавшуюся глину. И голоса. Может показалось? Но нет. – «Вынимай, вынимай его, осторожнее…» И свет. Как я отвык от света. Хотел крикнуть –«Не один я тут, рядом, рядом посмотрите.» Напрасно волновался. В те дни 137 бойцов подняли на той высотке.

По номеру на ордене меня опознали, сначала думали, что раз призвался в Златоусте, значит и родом оттуда, но на прошлой неделе выяснилось, что из под Сызрани я, из деревни Старая Рачейка. Нас пятеро братьев воевать пошли. Трое пропали без вести. Хотя нет. Теперь уже только двое. Меня нашли и похоронили в братской могиле на городском кладбище Феодосии. И правнук уже оповещен. Жду его.

Куракин Сергей Данилович, 1914 г. р. Куйбышевская обл., Сызранский р-н, с. Ст. Рачейка. Призван в июле 1941 г. Златоустовским ГВК Челябинской области. Красноармеец, плотник. Пропал без вести в боях на Керченском полуострове в 1942 г. Обнаружен при проведении поисковых мероприятий в рамках военно-поисковой экспедиции "Ак-Монай 2015" 29.10.2015 г. Идентифицирован по ордену "Красная Звезда" №6024. Похоронен 29.12.2015 г. в братской могиле, городское кладбище г. Феодосия, Крым, Россия.

Амирахов Сурхай Мамедович, 1916 г. р. Призван в 1940 г. Нухинским ГВК Азербайджана. Красноармеец, строевой. Пропал без вести в боях за Крым в 1942 г. Обнаружен при проведении поисковых мероприятий в рамках военно-поисковой экспедиции "Ак-Монай 2015" 23.10.2015 - 1.11.2015 г. Идентифицирован по ЛОЗ (личный опознавательный знак). Похоронен 29.12.2015 г. в братской могиле, городское кладбище г. Феодосия, Крым, Россия.

Востриков Александр Васильевич, 1908 г. р. Красноармеец, строевой. Пропал без вести в боях за Крым в 1942 г. Обнаружен при проведении поисковых мероприятий в рамках военно-поисковой экспедиции "Ак-Монай 2015" 23.10.2015 - 1.11.2015 г. Идентифицирован по ЛОЗ (личный опознавательный знак). Похоронен 29.12.2015 г. в братской могиле, городское кладбище г. Феодосия, Крым, Россия.

Стойчев Степан Иванович, 1917 г. р. Красноармеец, строевой. Запорожская обл., Мелитопольский р-н, с. Черсинки. Призван Путильский РВК, Украинская ССР, Черновицкая обл., Путильский р-н. Пропал без вести в боях за Крым в 1942 г. Обнаружен при проведении поисковых мероприятий в рамках военно-поисковой экспедиции "Ак-Монай 2015" 23.10.2015 - 1.11.2015 г. Идентифицирован по ЛОЗ (личный опознавательный знак). Похоронен 29.12.2015 г. в братской могиле, городское кладбище г. Феодосия, Крым, Россия.

Подписанные личные вещи:
Ушаков М. С – фляга
Срзловский – перочинный нож
Богойко – ложка

Спасибо поисковикам из отряда «АЗИМУТ», ОПО "Береговая Оборона" в Севастополе. Нашли меня и многих из наших. Если бы не они, сколько бы я еще в безвестии пробыл. Спасибо.