30 лет в бочках и вагонах: в каких условиях живут нефтяники времен СССР

Город Нягань находится в Ханты-Мансийском автономном округе. Здесь живут нынешние и бывшие геологи, нефтяники и строители, которые еще в СССР приехали добывать нефть. В качестве временного жилья советское правительство предоставило приезжим и их семьям вагончики и бочки.

Прошло тридцать лет. Сейчас из вагонов и бочек в Нягани составлены целые кварталы, внешним видом напоминающие больше трущобы, чем жилые районы. По разным данным, в этих самобытных кварталах живут от полутора до десяти тысяч человек. Это люди с различными историями, с разными судьбами, но одинаковой проблемой: в таких условиях жить невозможно!

3 фото и текст отсюда

Людмила Мохно приехала в Нягань с мужем из Украины в 1984 году. За те 33 года, что она проживает в самостоятельно обустроенном жилище, у нее родилось двое детей, а теперь появились и внуки. Проточной водой женщина ни разу не пользовалась: к водопроводу район так и не подключили. Ее сын постоянно ездит на родник с ведром и привозит воду.

Дочь Людмилы, Ольга, живет в таком же вагончике. Девушка получила два высших образования, но ей приходится работать кладовщиком в крупной нефтяной компании. Она рассказывает, что в помещении пол гуляет под ногами, здесь люди неоднократно проваливались — видны следы и трещины.

Соседка Людмилы живет в железной бочке по соседству. Помещение очень маленькое и тесное.

— Я сама — инвалид 3-й группы, тяжело здесь жить! Воды здесь нет и никогда не было, — рассказывает она.

Также в вагончиках и бочках не было и нет канализации.

Еще одна из жительниц вагон-городка, Виктория Полонко, обеспокоена условиями, в которых живут маленькие дети:

— Все дети кашляют! Постоянно с соплями, постоянно с кашлем, постоянно они на больничном! Это разве условия для детей?! Это вообще опасно! И для жизни, и для здоровья детей.

В семье Ирины Будурин помимо вагончика есть пристройки к нему. Одна из таких пристроек отведена под пакеты с вещами, поскольку их некуда выкладывать. Места в помещении все равно мало: даже двое с трудом помещаются в проходе.

Как рассказывает Ирина, холод не основная проблема житья в таком помещении:

— Везде, под кроватью, везде ходят крысы! Мы на пол ничего не можем поставить. По утрам приходится перемывать посуду, потому что они ночью лазят везде!

Климат в Нягани суровый: зимой холода доходят до минус 50, а про дожди и говорить нечего. Почти в каждом вагончике стоят тазы и кастрюли, в которые с потолка льется вода, когда идут ливни. Жители вынуждены каждый раз выносить воду на улицу, но это не помогает: потолки гниют, появляется плесень. Ремонта хватает на три-четыре года.

Только в июне 2017 года обитатели вагон-городка воспряли духом: во время «Прямой линии» президент России Владимир Путин ответил на вопрос жительницы, когда их расселят, и пообещал решить эту проблему.

Формально власти Нягани действительно начали переселять людей из вагончиков в квартиры и выдают им сертификаты с гарантией оплаты нового жилья. Но семьи с маленькими детьми возмущены: в сертификатах почему-то не оказалось детей, родившихся после 2012 года. Другим семьям выдают такие суммы, что их хватит только на скромную однокомнатную квартиру.

— Мы обрадовались, что наконец-то все переедем в нормальные условия, что у каждого будет свой уголок. Но получается, что моя племянница и мой ребенок не попадают в эту программу, — жалуется Ольга Мохно.

— Как дочь, сын, я и внучка будем жить в однокомнатной квартире, которую мне предлагают? Как нам там жить? Народ не знает, что делать, — говорит Татьяна Рязакова.

Она живет по вагончикам с семи лет, как переехала из Киргизии с родителями, а недавно стала бабушкой. На всю большую семью власти выделяют им около 2 миллионов рублей.

Семья Виктории и Павла Полонко оказалась в еще более щекотливой ситуации: из программы расселения исключили их ребенка, а на них самих предоставили чуть более миллиона рублей. Виктория неоднократно обращалась в местную администрацию с жалобами и просьбами предоставить надлежащее жилье, но вопрос так и не сдвинулся с места.

— Нам сказали, что предоставить вам жилье — это не является обязанностью местного самоуправления, — говорит женщина.

Самое печальное то, что жилье не могут получить даже люди с ограниченными возможностями, люди, кто в прошлом буквально строил город. Так, муж Валентины Галикеевой три года назад перенес операцию и после этого стал инвалидом. Он не может встать, а всю работу по дому делает Валентина.

— Инвалид лежачий, — возмущается женщина. — Туалета у него нет, есть ведро. Ванны тоже нет. Кредит нам не дадут. Где мы должны находиться с хозяином? За какие деньги я должна купить эту однокомнатную квартиру? В жизни бы не подумала, что в России буду в таких условиях жить.

— Как я могу верить, как я могу быть патриотом своего государства, если оно ущемляет нас во всех наших правах? Я не хочу быть патриотом этого государства. Нас ставят на колени. У меня такое впечатление, что нас государство ставит на колени для того, чтобы мы не видели, что они творят там, наверху, — добавляет Татьяна Рязакова.