Манящий блеск колумбийских изумрудов

Эта фотоистория снята Антоном Ждановым в районе Колумбии, где добывают изумруды.

В Кордильерах, в затерянных деревушках провинции Бояка добывается 60 процентов мировых изумрудов. Музо — самая крупная из трех деревень. Эти месторождения — самые крупные и самые старые в Колумбии. Добыча здесь ведется уже более 400 лет, притягивая, словно магнит, со всей страны тех, кто мечтает чудесным образом разбогатеть.

12 фото © Антон Жданов, текст: Катя Сучинова via drugoi

Местная легенда повествует о трагической любовной истории трех богов. В любом случае, здесь самые роскошные изумруды, самые красивые бабочки и самые опасные змеи. А так как один из богов все еще сердится, в Музо часты молнии без раскатов грома.

Старожил Музо Сейн когда-то был простым рабочим на шахте, а сейчас является членом городского совета. Но он все еще иногда спускается в шахты, чтобы побродить по узким туннелям, испещренными брезентовыми трубами с кислородом , по которым стекает вода с верхних ярусов.

Сегодня люди работают на хозяев компаний или ищут изумруды в одиночку — в реке и заброшенных шахтах. Больше всего камней в шахтах глубиной 60 и более метров. Но там, внизу, среди пыли и отходов породы, настоящий ад и многие предпочитают стать вольными «гуахеро» и искать камни в одиночку. Извечный вопрос — работать на большого босса за еду или искать самому без уверенности в завтрашнем дне.

Одиночкам, свободным гуахеро, труднее всего. Еще десять лет назад переработанную землю тут же сбрасывали в реку, и можно было найти камни разного размера, не замеченные рабочими. Сейчас же каждую тележку с отходами из шахты тщательно перемывают три раза, и камней в отходах уже почти нет. Рабочие иногда объединяются в группы — сегодня он долбит породу, завтра отводит воду, в третий день — убирает отходы. И так из года в год.

Внучка и ее дед — свободные «гуахеро». Мужчина хочет показать нам добытые им камни и лезет за ними в рот — они спрятаны у него за десной. Старшее поколение рабочих все еще помнит изумрудные войны конца 80-х — начала 90-х годов — это было черное время для Музо. Плохой парень убил хорошего парня и началась настоящая война за камни и деньги, с привлечением наркокартелей и криминальных сил со всей страны. Люди старались лишний раз не выходить из дома, боясь стать жертвой шальной пули. После семи вечера на улицах города не оставалось ни одной живой души. Всего жертвами в ходе «изумрудных войн» стало по разным подсчетам не менее 2500 человек. Но уже больше десяти лет в этих местах не стреляют.

Несчастные случаи в шахтах не редки — взрывные работы проводятся с нарушением норм безопасности, да и обвалы случаются часто.

Антонио Торрес каждый день на протяжении 30 лет приходит на реку копать изумруды. «Теперь надо перебрать центнеры земли в реке, чтобы найти хоть что-то». Прошлый камень он нашел месяц назад, а этот продаст за 10 долларов. Многие испытывают что-то вроде ностальгии по временам изумрудной лихорадки: война войной, но тогда камни, большие и маленькие, дорогие и не очень, находили все. Деньги тут же тратили на алкоголь и женщин, думали, что изумруды будут всегда. Многие теперь жалеют, что не накопили денег и не уехали из этих мест. А сейчас — уже поздно.

Эти земли были изрыты вдоль и поперек еще 15 лет назад. И так по кругу, снова и снова. Как писал Габриэль Гарсия Маркес, «искупляя свои грехи, люди заразились манией переливать из пустого в порожнее».

Петушиные бои — типичное занятие в свободное время для многих колумбийцев. Люди собираются на окраине деревни раз в две недели, сумма ставок доходит до 3000 евро.

Государство теперь следит за экспортом драгоценных камней, и те, кто занимается этим бизнесом, не выясняют уже отношения посредством оружия. Рынок уже поделен и камни стали доступнее. Теперь их можно купить в столице страны почти в самом центре города, прямо с рук.

За красивым камнем стоит множество разных судеб, иногда – жизней. Красивые женщины, нося эти камни, никогда не задумаются о том пути, который они прошли. Для них — это всего лишь еще одна драгоценность, а для каждого нового поколения жителей Музо — смысл жизни. Насколько сильна человеческая вера в мечту?