Коробочка для табака, 44 пикч + тект(много)

Папенька поставил на стол табакерку. "Поди-ка сюда, Миша, посмотри-ка", -сказал он. Миша был послушный мальчик; тотчас оставил игрушки и подошел к папеньке. Да уж и было чего посмотреть! Какая прекрасная табакерка!пестренькая, из черепахи. А что на крышке-то! Ворота, башенки, домик, другой,третий, четвертый, - и счесть нельзя, и все мал мала меньше, и все золотые; а деревья-то также золотые, а листики на них серебряные; а за деревьями встает солнышко, и от него розовые лучи расходятся по всему небу.© Одоевский "Городок в табакерке"

А началось всё в XVI веке, когда французский посол Жан Нико выслал королеве Франции Катерине Медичи, которая страдала от мигрени, популярный в Португалии нюхательный табачок. Считалось, что табак, если его нюхать, лечит мигрень. И помогло! При сыне Екатерины Франциске II нюханье табака становится модой, а при Людовике XIV частью придворного этикета. Естественно, что это увлечение не обошло и Россию. Роскошные вельможи екатерининского двора угощали друг друга нюхательным табачком, а табакерки стали разновидностью ювелирных изделий. Изготавливали музыкальные табакерки, которые играли популярные мелодии при открывании. Табакерки проникли в быт самых разных слоев населения. Даже стойкий оловянный солдатик в сказке Андерсена любуется на прекрасную танцовщицу, прислонившись к табакерке на столе.

XVIII век стал поистине веком табакерок. Прусский король Фридрих Великий в 1740 году получил в наследство 600 таких маленьких коробочек, а спустя 46 лет оставил после себя уже около полутора тысячи. Принц Конти имел 800 табакерок. Цифры впечатляют: такой коллекцией сегодня могут похвастаться только крупные музеи! А все дело в том, что каждая перемена платья требовала от модника смены табакерки. Для их изготовления использовались различные материалы: золото и драгоценные камни, алюминий (в ту пору ценившийся выше золота) и сталь, черепаховый панцирь и акулья кожа (галюша), фарфор и береста.

При российском дворе принято было пользоваться табакерками из драгоценных материалов, и лишь в царствование Елизаветы Петровны (1741-1761) существенную конкуренцию составили табакерки фарфоровые. Знаменательно, что первым отечественным фарфоровым изделием, созданным на Императорском фарфоровом заводе в 1752 году, стала именно табакерка. Это были знаменитые «Мопсы». С ними связана очень интересная история!

Самыми многочисленными покупателями фарфора с конца 1730-х годов были масоны. Когда в 1738 году Папа Римский запретил католикам вступать в братство "вольных каменщиков", масоны стали объединяться в тайные ложи. Но для того чтобы узнавать "своих", им понадобился секретный знак. Миниатюрная табакерка идеально подошла для такой роли. Она помещалась в кармане, и ее можно было в любой момент вынуть, не вызывая подозрений у посторонних. А паролем стало мейсенские фигурки с мопсом.

Табакерка прочно вошла в быт людей разных сословий. И как следствие, она становится непременным аксессуаром костюма, входит составной частью в гарнитуры украшений. И не только костюма. Емкости для табака встраивали в подлокотники кресел и даже в рукояти тростей.

Неудивительно, что такая преданность владельцу и близость к нему делали табакерку пособницей в самых деликатных предприятиях. Особое место занимали вошедшие в моду табакерки в виде запечатанного почтового пакета. Они служили конвертом для письма и футляром для щедрого подарка. В 1791 году, уже на закате века табакерки, в «Переписке моды» говорилось: «...Мы служим потаенною кибиточкою, в которой волокита пересылает свои письма, любовные бредни, романтические воображения, ибо табакерки многих женщин и девушек учинились ныне не чем иным, как кибиточками любовной почты».

Для любителей табаков разного сорта были придуманы многочастные табакерки, каждое отделение в которых закрывалось особой крышкой. Такие коробочки применялись для тайной почты. Чтобы можно было одно отделение открыть для знакомой дамы, а другое – для ее супруга, табакерки делались двусторонними. Эта же конструкция как нельзя лучше подходила для скряги, предпочитавшего угощать друга табачком поплоше.

Пакетовые табакерки по форме и отделке были похожи на сложенное письмо – пакет (ведь конвертов в то время не было). Такие табакерки делались из фарфора и эмали, белый цвет которых напоминал обычную бумагу. На верхней стороне крышки плоской коробочки черным надписывался адрес: иногда конкретный, иногда условный, например «Прекрасной брюнетке в Петербурге». Красным и синим, подражая почтовым службам, наносились отметки, как на настоящих письмах. Имитировалась и печать, скрепляющая листок. Посланием в таком пакете могли быть стихи или миниатюрный портрет.

Сложились и определённые правила этикета, связанные с табакерками. При встрече считалось актом вежливости предложить собеседнику раскрытую табакерку. Высшим проявлением щедрости, наиболее красноречивым дружеским жестом - был обмен табакерками. Так, Лоренс Стерн, один из основоположников сентиментальной литературы, в самом начале своего «Сентиментального путешествия по Франции и Италии» (1768), поместил особую главу «Табакерка». Взаимное угощение табаком нищего французского монаха и путешествующего английского джентльмена было и знаком их примирения, и символом гармонизации душевного состояния. Причем, разницу в социальном положении героев автор подчеркнул именно с помощью табакерок: роговой и черепаховой.

Кстати, табакерки, украшенные эмалями и бриллиантами, с императорским вензелем, были даже видом государственной награды. Дважды получал такой дар Державин, именно как поэт, а не как сановник, за оды «Фелица» и «На взятие Измаила». Еще одна знаменитость той эпохи Василий Капнист получил табакерку с вензелем императрицы, осыпанную бриллиантами, за оду против рабства. А при путешествии Екатерины на юг России Александр Суворов получил табакерку с червонцами стоимостью 7000 рублей.

Будучи украшенной портретом царствующего монарха, табакерка ценилась выше ордена, ибо «заслуга» ставилась выше «отличия». «Ниже по рангу» стояли табакерки с вензелем самодержца.

Впрочем, табакерка, преподнесённая в качестве подарка, имела иное смысловое значение, а именно, удалиться с глаз долой. Маркиза де Помпадур однажды не захотела принять надоевшего любовника и вдогонку ему послала слугу с табакеркой. На ней был изображен Амур, пораженный стрелой (символ умершей любви), и надпись: «Достаточно». Павел I подарил табакерку в качестве свадебного подарка еще не достигшему пика славы Петру Багратиону. Сплетники утверждали, что несветскому военному, таким образом, делался намек на необходимость покинуть двор, оставив красавицу-жену...

Определенный подтекст имела табакерка, подаренная Николаем I голландскому посланнику барону Геккерену. После трагической дуэли его приемного сына Дантеса с Александром Пушкиным барон не был принят императором. Государь отослал ему без комментариев драгоценную табакерку. Придворные объяснили озадаченному иностранцу смысл подарка: дипломат стал в России персоной нон грата, и видеть его впредь не желают.

В декоре табакерок нередко заключена тема игры, особенно часто встречается мотив любовного заигрывания. Даже банальные цветочки для посвященных были волнующим посланием: роза – признанием красоты, незабудка – обещанием верности, тюльпан – брачным предложением или же бахвальством. Да и жанровые сцены, где дамы и кавалеры музицируют, прогуливаются, беседуют, нередко имели дополнительный смысл. Например, рыбная ловля на удочку традиционно обозначала любовную игру, флирт.

По-разному отражалась в декоре табакерок тема дороги или жизненного пути: табакерки-кареты, табакерки-лодки, табакерки-сундуки (это мог быть баул, который прикреплялся снаружи к экипажу, а мог быть и подголовок – сундук для самых ценных пожитков, который на ночь клали под подушку). Лодка на озере, парус в море, венок на ветке дерева, обелиск на холме – все эти символические образы не требовали разгадки и были понятны современнику благодаря влиянию классицистического искусства.

Комичные сцены, изображаемые на крышках табакерок, переходили порой в политический памфлет, нарушали рамки благопристойности. И обсуждались со всей серьезностью на самом высоком государственном уровне. В именном указе государыни императрицы Елизаветы Петровны, зачитанном Сенату генерал-прокурором князем Трубецким, повелевалось «запретить к продаже и перепродаже пашквильные» табакерки. В дело были вовлечены коммерц-коллегия и канцелярия столичного полицмейстера. Но вопреки воле императрицы две табакерки с политической сатирой – «Сидит Европа под балдахином, печальная, а перед нею кардинал с весами, наступивший на лист «Баланс Европы» и «Сидит кардинал с тростью, на столе перед ним карта «Я разделяю империи» – сенаторами не были признаны «пашквильными».

В последнее десятилетие галантного века становится модным точно изображать уголки природы, дорогие чувствительным сердцам их владельцев. Граф А. С. Строганов в 1790-х годах поместил под стекло табакерки, сделанной еще в 1755–1756 годах во Франции парижским мастером Жаном Дюкролле, шесть миниатюр с видами своей загородной дачи и парка.

Об экзотических китайских павильонах в Царском Селе напоминает заказанная Екатериной II золотая табакерка с бриллиантами стоимостью 2750 рублей (ювелир Готфрид Гебель, 1779). А в 1790-е годы Екатерина II вводит в моду пожалование табакерками, украшенными видами тех парковых сооружений, которые связаны с награжденными лицами. Братья Франсуа-Клод и Пьер-Этьен Термен, владевшие небольшой галантерейной фабрикой в Петербурге, дважды (1795 и 1796) исполнили подобный заказ императрицы. На счете от 12 июля статс-секретарь приписал: «Одна табакерка оставлена у Ея Величества с монументом Графа Орлова Чесменского, другая такая же пожалована графу Орлову Чесменскому, третья подарена Ген. майору графу Николаю Зубову с колоннадою Царскосельскою».

По случаю «Морских побед, одержанных в Архипелаге» в 1770 году графу А.Г. Орлову-Чесменскому была послана табакерка стоимостью 250 рублей, сопровождаемая собственноручным письмом самодержицы от 19 июля 1795 года, начертанным в Царском Селе: «Граф Алексей Григорьевич. В знак же Моего к вам благоволения, посылаю вам табакерку. Вся цена ея состоит в изображении того памятника, который славу вашу и знаменитыя отечеству заслуги ваши свидетельствует». Далее государыня приписала: «Я бы в табакерку насыпала табаку, растущего в Моем саду, иного ныне не нюхаю, но опасаюсь, что дорогою засохнет».

Орлов был безмерно счастлив, что в 25-й юбилей славной морской виктории его заслуги не были забыты, и тотчас сочинил благодарственный ответ. Получив его, императрица не замедлила с ответом: «Граф Алексей Григорьевич. Письмо ваше, от 30 июля, сей час до рук Моих доставлено. Из оного вижу, что табакерка, Мною к вам посланная, вас обрадовала; того мне и хотелось. Екатерина. Желаемого табаку, выращенного в Моем саду, банку посылаю».

К сожалению, о табакерке графа, прозванного современниками Le Balafre, то есть «Меченым», из-за полученного Орловым в юности шрама на щеке, больше ничего не известно.

Но зато экспозицию Оружейной палаты украшает подарок Екатерины II своему фавориту графу Николаю Александровичу Зубову. На крышке большой восьмиугольной табакерки, с синей эмалью, написан вид Камероновой галереи, являвшейся любимым уголком летней резиденции императрицы.

Она сама продумала, как украсить галерею бронзовыми бюстами знаменитых древних философов, поэтов, политических и военных деятелей и превратить её в своеобразный храм славы, которая стала излюбленным местом не только прогулок самодержицы, но и всевозможных придворных праздников.

Табак настолько вошел в быт общества, что описание какого-то заурядного события у классиков литературы очень часто сопровождается упоминанием трубки или табакерки. Н.В. Гоголь, описывая дом помещика средней руки, пишет: «трубки: деревянные, глиняные, пенковые, обкуренные и необкуренные, обтянутые замшею и необтянутые, затем – чубук недавно выигранный, кисет, вышитый какою-то графинею».