Любитель клизм и главный неряха — король Людовик XIV. К чему привело странное увлечение короля?

Посвящается замечательному человеку и верной боевой подруге grably!

6 постов!
©Загадки «Великолепного века» (Тайны Востока)

Сильнейший правитель Европы того времени, король Франции Людовик XIV (1638-1715), невероятно страдал от того, что… любил клизмование. Вернее, он страдал от последствий чрезмерного увлечения этим видом медицинских процедур, так как элементарно, за свою невероятно длинную историю правления – 72 года, пережил тысячи внутренних спринцеваний.

Король был свято уверен, что составы с ароматом бергамота, ангелики и розы не только значительно улучшают самочувствие, но и способствуют прекрасному внешнему виду. Причём самый знатный француз был только одним из огромной череды любителей этих медицинских процедур.

По Европе многие годы шагала настоящая мода на данную «оздоровительную процедуру».

Вот только в отличие от других знатных вельмож и правителей, король Франции зашёл в этом увлечении чересчур далеко и попросту заработал свищ прямой кишки, который доставлял ему невероятные мучения.

И о том, как это произошло, я поведаю вам в сегодняшнем материале.

Отсутствие гигиены

По воспоминаниям современников Людовика XIV, он был страшным грязнулей и совершенно не любил мыться. И если во время пребывания при дворе данный недостаток короля хоть как-то позволял существовать без особых проблем, то во время военной кампании 1685 года, когда приходилось подолгу жить в ужасных условиях и буквально дневать в седле, французский правитель заработал несколько пренеприятных образований, победить которые ослабленный организм правителя так и не смог.

При этом важно указать локализацию «тайных ран» - неподалёку от естественного выхода из человеческого организма.

Чтобы хоть как-то облегчить страдания короля и заживить «незарастающую рану», придворным лекарям пришлось применить свыше 2 тысяч спринцеваний.

Но процедуры проводились так часто и столь непрофессионально, что течение болезни было только усугублено тем, что прямо рядом с «выходом» образовался «вход», который постепенно зарубцевался и «поселился в теле на постоянной основе».

Бесконечные страдания короля

Всё это привело к тому, что уже 1 сентября 1686 года, в тот момент, когда французский двор принимал высокопоставленных лиц из далёкого Таиланда (тогда – Сиам), Людовик XIV буквально не мог сидеть на троне, так как свищ доставлял ему невероятную боль. Страдания короля столь явно отражались на лице, что даже гравюра того времени, фиксирующая событие для истории, очень точно передаёт выражение лица несчастного.

Уже потом посол, вернувшись в родной Таиланд, на расспросы соотечественников ответил, что король Франции «пахнет как дикий зверь». Причина крылась в том, что свищ достигал прямой кишки августейшей особы, отчего он постоянно источал такие «амбре», что у окружающих слезились глаза.

К лету сего года знатный француз уже не выходил из комнаты не только потому, что очень стеснялся своего текущего положения, но и потому, что элементарно не мог ходить. Естественно, всё это катастрофически влияло на настроение правителя.

Попытки вылечить короля

Придворные «официальные» лекари только разводили руками – случай был чересчур запущен и ничего, кроме дополнительных клизм, мазей и свечей они предложить не могли.

Конечно же, сказывалось и то, что бедные эскулапы элементарно боялись ещё больше навредить правителю, после чего проследовать на эшафот.

Тогда главный медик пошёл на своеобразную хитрость – он предложил обратиться за помощью к одному очень известному странствующему хирургу-цирюльнику. Грубо говоря: «Если что, мы ни при чём… и суп с калачом».

Следует сразу пояснить, что ещё со времён Средневековья хирурги-цирюльники (полуврачи-полубрадобреи, а то и просто шарлатаны, зарабатывали себе на жизнь тем, что перемещались по пространству Европы и лечили простолюдинов по мере своих сил.

Так как знаний у таких «специалистов» было маловато, за операциями без наркоза к ним обращались только по очень большой нужде. Именно поэтому, чтобы «инструмент не простаивал», очень опытные предприниматели могли скальпелем и бородку подравнять, и волосы подстричь. А когда болел зуб – выдрать его ко всем «собакам» и получить заслуженную «деньгу».

Легендарный Шарль-Франсуа Феликс

Но встречались на фоне «брадобреев» настоящие творцы своего дела, которые искренне любили медицину и «набивали руку» в дальних странствиях. Благо, что в Версаль прибыл сам Шарль-Франсуа Феликс – настоящий хирург, слава о котором шла задолго до его повозки.

Хирург (и только чуть-чуть цирюльник) подошёл к работе со всей ответственностью. Изучив свищ короля, он сразу же продекларировал, что доселе в медицинской практике таких запущенных случаев не было. Поэтому требуется какое-то время на отработку правильной методики и эксперименты.

Для того чтобы эксперименты и опыты продвигались быстрее, Шарлю-Франсуа начали со всех уголков Франции свозить осуждённых из тюрем, которые страдали аналогичным недугом. Причём история не скрывает того факта, что многие из невольных пациентов не выдержали экспериментов и «отдавали Богу душу».

Несмотря на это, в какой-то момент времени Феликс действительно смог похвастать тем, что большинство его «клиентов» идут на поправку. Поэтому тянуть было нельзя, ибо страдания короля только усугублялись.

Важнейшая операция

На тот момент королю было 48 лет, и возможности естественного заживления тканей уже существенно снизились ввиду возраста. Однако Феликс понял, что секрет успеха состоит в том, чтобы как можно быстрее иссечь свищ и ждать того, чтобы ткань зарубцевалась правильно, нарастив нужные связи.

18 ноября 1686 года Людовик XIV, чьё лицо излучало тревожность и было бледным как мел, впервые в своей истории лёг на операционный стол.

Известно, что самый главный француз сказал весьма верную фразу в этой ситуации: «Господь! Отдаю себя в руки твои»! – после чего лёг на валик вниз животом и раздвинул ноги.

Шарль-Франсуа волновался невероятно. И король, заметив неуверенность нанятого хирурга, вдруг проявил мужество и порекомендовал относиться к нему так, как будто бы перед Феликсом лежал простолюдин. Тогда хирург взялся за работу.

Несмотря на то что Людовик XIV явно был вынужден терпеть сильную боль, он не издавал ни единого звука. Военный министр, который держал правителя за руку, постоянно подбадривал несчастного и комментировал то, что видит перед собой.

Два часа длилось это невероятное мучение-лечение. А когда взопревший Шарль-Франсуа закончил экзекуцию, он с удовольствием поручил перебинтовывать короля повязками другим специалистам, а сам без сил рухнул на стул.

Для надёжности все перевязки были обильно смочены в бургундском вине. Больше никаких мер обеззараживания не предусматривалось.

Вторая операция и счастливый исход

К большому сожалению, после первой операции правитель проявил беспечность и уже на следующий день, чтобы продемонстрировать мужественность и несгибаемость, начал принимать делегации лично.

7 декабря, когда цирюльник решил проверить, как идёт процесс заживления, он ужаснулся, так как процесс зарастания тканей явно шёл «наперекосяк». Последовало второе, более болезненное хирургическое вмешательство. И снова могучий организм знатного француза не подвёл и позволил пережить страдания.

В этот раз Людовик XIV сопротивляться не стал и решил целую неделю провести в кровати, под беспрестанным наблюдением намучавшегося Шарля-Франсуа, который берёг «пятую точку» короля как зеницу ока, ибо очень опасался отправиться в какой-либо аналог «Бастилии» того времени, в случае неуспеха.

И чудо! После многолетних мучений, уже в феврале король, пусть и неторопливой походкой, но уже прогуливался по любимой оранжерее, а в марте как ни в чём не бывало сел на любимого коня.

Неожиданные последствия и мода на свищи

Радость близких родственников и друзей Людовика XIV была столь велика, что его любовница – мадам де Ментенон, заказала сочинение и исполнение особого гимна – «Боже короля храни», который очень понравился английским гостям. Так как англичане тогда особо в музыке «не волокли», они попросту постарались скопировать звучание музыки, а на музыку наложить новые слова, что и стало много позже гимном Великобритании.

К слову, следует сказать, что так как многие придворные не поняли столь странного назначения «памперса» короля, намотанного после первой операции, при дворе началась странная мода бинтовать себе таз – так подданные старались следовать «новым веяниям в дворцовом платье».

Сам же Шарль-Франсуа Феликс за свой медицинский подвиг получил настоящий карт-бланш на опыты, дворянский титул, новую фамилию «де Тасси», огромные земельные наделы и с тех самых пор занял пост первого лекаря королевского двора.

В свою очередь, к нему выстроилась настоящая очередь из дворян и вельмож на проведение аналогичных операций. Причём многие даже не страдали свищом, но попросту, испытав такие же страдания, что и правитель, пытались тем самым завоевать расположение Людовика XIV.

Всё это привело к тому, что свищ стал такой же «благородной» болезнью, как и подагра, а в музеях Франции по-прежнему есть тот самый легендарный медицинский инструмент, который «видел» самые высокопоставленные «выходы» дворян и короля!

ВСЁ!
Желаю Всем хороших проктологов!