Кушать связано - не вкусно, зато красиво!

В библиотеке города Первоуральска, что в Свердловской области, открылась выставка вязаной еды...
4 фото via kommersant.ru

Вяжет Анна Михайловна только еду. Зимой как "исполнила пельмешек аппетитный", так с тех пор не может остановиться. Принесла в библиотеку свое творение, коллеги восхищаться стали: "Давайте выставку устроим". Но одну-две порции пельменей не выставишь же перед людьми, пришлось "накрывать" целый стол. Тут тебе и яичница, и бутерброды, и фрукты, и овощи.

Жители города сразу заинтересовались — хвалили эту экспозицию как ни одну другую до этого. А те, кто увлекается вязанием крючком, тоже стали приносить свои "аппетитные работы". Многим, оказывается, это близко. Даже корреспонденты местной газеты, которые приехали писать о выставке, не сдержались, "забрали морковку и пельмени с собой, выпросили".

только все это — бананы, апельсины, киви — стали продавать везде, без очередей... У меня муж военный, штурман полка, у него орден Красной Звезды за Афганистан, но зарплату ему то задерживали, то вообще не платили. А дома трое своих детей и маленькая племянница. И везде продают апельсины, представляете?..

Почему продуктовая тема стала основной в творчестве Анны Боковец? Сама она на этот вопрос ответить не может. "Просто нравится мне еда,— смеется.— Что ж еще можно вязать, как не это!"

Действительно. Что же еще вязать, как не то, что когда-то было недоступным. То, что хочется выставить на стол как бы навсегда. Вот арбуз. Вот виноград, тот самый, зимний, который дети когда-то просили. Это ведь очень красиво — еда. Великолепно. Лучше, чем цветочки какие-то там бесполезные.

— Мы тогда снимали домик в деревне, возле аэродрома,— вспоминает Анна Михайловна.— Я сторожем работала. Держали свое хозяйство: две коровы, полуторник-бык, свиньи, вся птица, телята, огород. Ничего не продавали, семью бы прокормить. Индюшки у нас неслись круглый год, им же главное, чтоб электричество было, свет. Вот из этих яиц делали яичницу по утрам, ребятишки в школу сытые шли. Молоко свое было. Пельмени лепили всей семьей — и на мороз их. Сыр сами делали. Я хлеб пекла, научилась. Это дешевле выходило, мешок муки купишь — и вперед. Да все так жили тогда. Трудились, и основное питание в семьях имелось. А вот бананы эти всякие, их покупали редко и только для детей, по одной штучке.

Была и основная одежда, Анна Михайловна, жена офицера, в те годы покупала шерсть "грязную, вонючую", мыла ее, вычесывала, пряла пряжу, как пряли бабы веками до нее, и вязала теплые вещи. "Тогда я все время думала: как бы всех одеть, как бы накормить. Переживала: только бы сарай не сгорел, только бы скотину не украли, а то помрем же с голоду... Вот то была жизнь, а сейчас это игры".

Сейчас пельмени в семье Боковец не лепят, хлеб не пекут. Да и своего хозяйства давно нет — живут в многоквартирном доме. "У нас теперь все есть, жизнь сытая. У меня зарплата 5 тысяч, муж — военный пенсионер и еще работает, дети выросли. На все нам хватает, я даже иногда нитки покупаю, ирис, по 20 рублей за клубок".

Но формы для выпечки хлеба Анна Михайловна на всякий случай сохранила. Мало ли что. Россиянка, пережившая вместе со своей страной трудные годы — а это, пожалуй, можно сказать о россиянке любого поколения,— не может не делать культ из еды. Морковь, огурец, яйца, пельмени, арбуз, колбасу, яблоко — все связать — и в красный угол. Чтобы любоваться. Восхищаться. Заклинать: "Будь всегда!"