Турпоход для настоящих мужчин

Фоторассказ блогера Андриана Колотилина

Лишь недавно учились мы в классе десятом
И часы проверяли по школьным звонкам
теперь привыкайте, ребята, к десантным,
А теперь привыкайте, ребята, к десантным,
Продуваемым всеми ветрами войскам.

Трое моих близких друзей служили в частях специального назначения. У меня не сложилось со здоровьем (-6 близорукость, астма, сердце и прочая от родителей и самим приобретенная ерунда) и меня, конечно, не взяли.
Но работа фотокорреспондента иногда помогает. Завтра летишь на учения спецназа - говорит редактор фотоагентства GeoPhoto Вадим. Надо сделать пару сотен репортажных карточек и 15-20 выставочных шедевров.

35 фото

Вот тут в рассказе и наступает самая большая проблема. В глазах большинства думающих людей СпН - это команда безжалостных Рембо, готовых "работать" без всякой жалости в глазах. Некие машины для убийства. Но это совсем не так. И мне, глубоко штатскому человеку негоже рассуждать о специфике службы. Поэтому будут только фотографии и небольшие подписи к снимкам. Поэтому прошу прощения, что опускаю детали - кто участвовал, к каким министерствам и подразделениям кто принадлежит, хотя это конечно очень важно. Нам, гражданским, наверное необходимо понять - могут ли защитить нас те, кого мы считаем элитой армии и внутренних войск.

Впереди 5 дней сплошной движухи. Полоса препятствий, горная подготовка, освобождение заложников, десантирование и марш-бросок на 30 километров, ночное форсирование реки, устройство дневного лагеря, разведвыход и поиск базы боевиков, кросс 5 км с полной выкладкой за 12 минут, стрельбы, спарринги. После самых сложных этапов психологическое тестирование, решение задач на трезвую логику. И все это для 28 взводов спецназа со всей России.

На большой лесной поляне команды ожидают прибытия бортов.

05

Ми восьмые начинают свою карусель, не глуша двигателей принимают на борт разведгруппы. Ветер такой сильный, что мой кофр с аппаратурой унесло на несколько десятков метров. Оптика и аккумуляторы разлетелись по полевому аэродрому.

В секунды отряд занимает свои места. Корреспондент пойдет первым - жестами говорит командир группы. Я поднимаю камеру для снимка и тут же жесткое "табу" - снимать только после заброса. Вспоминаю трагедию 89 борта в Ханкале и опускаю фотоаппарат.

Выброска... Опять, не глуша винтов за несколько секунд отряд занимает круговую оборону. Теперь главное - вовремя вскочить в вертушку. Поднимаемся, а разведчики уже растворились в лесном массиве. Впереди у них тридцатикилометровый ночной марш, выходы на связь в контрольных точках и форсирование водной преграды. Заходить в населенные пункты, передвигаться по дорогам и тропам, быть обнаруженным местным населением строго запрещено.
Что брать с собой, кроме основного штатного снаряжения и вооружения решает командир группы. Некоторые оставляют весь запас провианта и облегчают себе жизнь. Другие несут с собой тяжелую резиновую лодку для переправы. Самые отчаянные вообще нашли тайный мостик, которого нет на карте и перешли реку не замочив ног.

Третий час я мерзну у переправы. Найдут ли, пойдут ли здесь или применят какой нибудь хитрый ход. Минусовая температура, вокруг сплошная темень и туман от реки. Звезды и стучащие зубы. Вдруг огоньки от налобных фонариков на другом берегу и голые воины с приглушенным матом перебираются на другой берег. Командир говорит - главное не стоять, двигаться... Пара минут и они исчезают во тьме... На берегу остаются мокрые трусы и носки, чего по идее быть не должно.

несколько часов сна достаточно для отдыха. И снова контрольная точка, куда должны выйти группы.

11

командир группы получает приказ но с чем-то несогласен и пытается разобраться в тонкостях задачи. Полковники непреклонны.

группа уходит выполнять задачу.

Когда смотришь на американского солдата в кинохронике, невольно видишь огромное количество непонятного технического хлама на нем. Возможно нечто подобное есть и у нас. Я даже краем глаза видел странные приборы со сложной абривиатурой в названии, которые могут обнаружить за много километров боевика, автомашину, запеленговать рацию. Но основным средством наблюдения остается полевой бинокль, для ориентирования - компас из школьных уроков топографии за 4 класс, а фонарики обычные китайские за 100 рублей с рынка. Что-то мне подсказывает, что ребята покупают их себе сами, также как и перчатки для автомехаников. Изредка в разговорах упоминаются GPSки. Не мне судить, что лучше и надежнее в реальных условиях.

Лиственный лес. Под пологом темно, сыро. Самое место для устройства дневки (или иначе забазирование). За 1 час надо установить навес, оборудовать две пулеметные точки, отрыть окопчики, организовать пункт обогрева, отхожее место, окружить лагерь растяжками и прочими специальными средствами.

С костром проще всего. Но чувствуется, что в реальной жизни такого туризма не происходит. Топор тупой совершенно, не желает рубить дерево. Саперная лопатка тоже не очень хорошо заменяет топор.
Если вижу в лесу поваленное дерево с листьями, повернутыми к солнцу изнаночной стороной, то обязательно к нему подойду. Посмотрю - что же такое здесь спрятано.

Сырой полусгнивший осиновый валежник идет на укрепление пулеметного гнезда.

Я явно вижу, что мешаюсь. Вот сорвал растяжку к учебной гранате. Два телевизионщика с военного канала желают взять у командира интервью... А бойцам надо копать.

Итог всего этого безобразия в нашем лице закономерен. Пришли два крутых проверяющих и началось.
Неправильно защищены пулеметные точки. Слишком мелкий окоп, неудобен для стрельбы. Гнилушки не сдержат пуль но будут мешать. Не сработали спецсредства. Далее следует несколько вводных о наличии раненых. Куда-то запропостился санитарный пакет. Санитар бежит к раненому в полный рост...
Ваша группа уничтожена, задача не выполнена, Ваши люди погибли - чеканит слова старший по званию командиру разведчиков. Мне почему-то становится стыдно.

Задача разведки в теории только найти лагерь противника. Не преследовать, не уничтожать, но передать координаты и скрытно уйти. Но оппоненты не дремлют. Вот в паре километров слышна бешеная автоматная пальба. Другая группа нарвалась на засаду.

информация об этом уходит в эфир.

22

23

Раннее утро. Лагерь спит. Но служба идет.

Команды, вернувшиеся с поиска базы боевиков почти сразу же попадают на пятикилометровый кросс в полном вооружении.