11
19 марта исполняется 120 лет со дня казни лейтенанта Шмидта. Некоторым его имя знакомо только по школьным урокам. Как говорил в фильме «Доживём до понедельника» персонаж Вячеслава Тихонова, учитель истории Мельников: «Что же это был за человек – лейтенант Шмидт Пётр Петрович? Русский интеллигент, умница, храбрый офицер, профессиональный моряк, артистическая натура…» А вот некоторые историки отмечают, что это был просто умалишённый, психически нездоровый человек. Но чаще мы его вспоминаем как «многодетного отца» из книги Ильфа и Петрова «Золотой телёнок».Женился на проституткеВспомним отрывок из этой книги, когда Остап Бендер врывается в кабинет председателя исполкома города Арбатова:
«– Неужели не узнаёте? А между тем многие находят, что я поразительно похож на своего отца… Я сын лейтенанта Шмидта.
Председатель смутился и приподнялся. Он живо вспомнил знаменитый облик революционного лейтенанта с бледным усатым лицом и в чёрной пелерине с бронзовыми львиными за¬стёжками…»
Действительно, судя по сохранившимся фотографиям и портретам Петра Петровича Шмидта, можно представить некоего сурового офицера.
– На самом деле он был человеком душевным, сентиментальным и ранимым, – рассказывала внучатая племянница Шмидта Анна Сергеевна Избаш. – Например, с детства играл на скрипке. Правда, в тридцать шесть лет научился играть на виолончели и скрипке «изменил». А ещё очень любил рисовать. У нас дома сохранилась одна его картина – красивый пейзаж. Посмотрите, разве это мог написать бездушный человек? А ещё, как вспоминали его современники, любил петь русские и цыганские романсы.
Наш род известен в России с конца XVII столетия, когда по приглашению Петра I из Франкфурта-на-Майне был приглашён корабельный мастер Шмидт. Он остался в России, женился на русской, и дети его были уже русскими подданными.
Родился Пётр Петрович Шмидт 5 февраля (по старому стилю) 1867 года в Одессе. Его отец, полный тёзка, был контр-адмиралом, героем обороны Севастополя в Крымскую войну и начальником Бердянского порта. Дядя, Владимир Петрович Шмидт, дослужился до чина полного адмирала и был членом Адмиралтейств-совета. Мать Екатерина Яковлевна (урождённая фон Вагнер) происходила из обрусевшего немецкого дворянского рода и в юности, вопреки воле родителей, ушла сестрой милосердия в осаждённый Севастополь.
В десять лет маленький Пётр лишился матери – она умерла от рака лёгких, оставив мужу сына и ещё двух старших дочек.
«Потеря мамы наложила неизгладимый след на всё его дальнейшее существование. Могу сказать с уверенностью, что он на всю жизнь остался одиноким», – писал в своих мемуарах сын Петра Шмидта, Евгений.
Казалось, флотская карьера Петра была предопределена с детства. В Петербургском морском училище он получил звание мичмана. Но служба Шмидта с самого начала складывалась неровно. Сослуживцы отмечали его вспыльчивость, нервный склад характера и неординарность мышления.
Самым скандальным эпизодом его личной жизни, едва не поставившим крест на карьере, стала женитьба в 1889 году на Доминикии Гавриловне Павловой – уличной проститутке. Сам Шмидт объяснял этот поступок благородным порывом: «Жаль мне её стало невыносимо, и я решил спасти эту женщину». Этот мезальянс вызвал крайнюю неприязнь в офицерской среде и, как говорят, свёл в могилу его отца, который скоропостижно скончался.
– Доминикия Павлова, хотя и происходила из петербургских мещан, действительно была уличной проституткой, которую однажды нанял Пётр Шмидт, – рассказывала Избаш. – Влюбившись, он задумал перевоспитать Доминикию и предложил выйти замуж. И хотя этим поступком были возмущены все родственники и сослуживцы Шмидта, своего решения он не поменял.
Просто потерял 3 тысячиПётр уволился в запас, ссылаясь на нервное расстройство, и даже лечился в клинике для душевнобольных. Болезнь его выражалась в неожиданных приступах раздражительности, переходящей в ярость, за коей следовала истерика с судорогами и катанием по полу. Говорят, зрелище настолько жуткое, что маленький сын Евгений, присутствовавший однажды при внезапном приступе отца, так испугался, что остался заикой на всю жизнь.
Вскоре после рождения сына Пётр Шмидт потратил все свои деньги, которые получил в наследство от тётушки – та скончалась в Париже. Чтобы заработать, Шмидт пробовал себя в разных амплуа: жил в Париже, учился воздухоплаванию у известного Эжена Годара, пытался зарабатывать показательными полётами, но неудачно.
В 1892 году Шмидт вернулся во флот, служил на Балтике и Тихом океане, но в 1898-м вновь был уволен в запас из-за конфликта с командованием. Надо заметить, что за жизнь Петра Шмидта несколько раз увольняли со службы и потом восстанавливали в других местах. То он своровал из кассы 3 тысячи рублей (объяснил просто – потерял), то в состоянии очередного истерического приступа избил другого офицера.
Наиболее счастливым периодом жизни он считал службу в Российском обществе пароходства и торговли (РОПиТ), где служил капитаном на гражданских пароходах. Там, вдали от военного флота, он мог заниматься любимым делом: обучать матросов навигации, и, надо заметить, на этом поприще пользовался уважением.
Притворись сумасшедшимЕвгений Петрович Шмидт вспоминал, что родители развелись, когда ему было пятнадцать лет. О своём сыне Пётр Петрович писал: «Он мой друг, сын, брат, и мне кажется, что я заменяю ему даже мать. Я горжусь нашими отношениями. Он – моя бесспорная цель и смысл жизни».
Сын во всём поддерживал отца, всюду сопровождал его, и неудивительно, что оказался рядом с ним на печально известном крейсере «Очаков».
Мнение, будто знаменитый лейтенант сочувствовал большевикам, ошибочно. Он просто служил на разных торговых и боевых кораблях и никогда особенно не выступал. Шмидт уважал царя Николая II, верил в него, но критиковал действия правительства и Государственную думу. Например, он был против участия России в войне с Японией.
То, как впервые имя Шмидта получило широкую известность, описал в своей книге «Чёрное море» Константин Паустовский: «Вы спрашиваете, знал ли я Шмидта до его речи на кладбище? Нет, не знал. И мало кто его знал в Севастополе. Он взорвался, как динамит. Было восстание на «Потёмкине», потом восстание на «Пруте», но я не слыхал его имени по этим делам. Потом началась революция, и Николай придумал свой замечательный манифест о свободах… Мы, представьте, поверили в манифест и обрадовались, что наконец дождались Государственной думы. А она нам, откровенно, была нужна, как мёртвому банки. Начались митинги. Сколько было митингов! И на Екатерининской, и на Приморском бульваре, и где хотите. После митинга на Приморском бульваре мы пошли к тюрьме освобождать политических. Я тоже ходил. И адмирал Чухнин нам устроил хорошую мышеловку. Ворота тюрьмы открылись, и вместо освобождённых товарищей, как мы ждали, в нас начали бить залпами. Восемь человек убили, а сколько ранили – я теперь не припомню. Через день убитых хоронили. Никогда ещё Севастополь не видел такой толпы, столько красной, чёрной материи и цветов. На кладбище я первый раз увидел Шмидта. Это был морской офицер, высокий и бледный. Глаза у него горели, как у пророка.
Он встал над могилой и начал говорить. Было тихо, будто люди боялись дышать. Он говорил так, что каждое слово было как пуля в грудь человека. Его прекрасный голос слышал весь Севастополь.
Что он сказал? «Клянёмся этим убитым в том, – сказал он, – что мы никогда не уступим никому ни одной пяди завоёванных нами человеческих прав».
Он поднял руку и громко сказал: «Клянусь!» И мы все, все тысячи людей повторили за ним это слово. Слёзы закипели у нас на сердце. «Клянёмся!» – крикнули мы».
Ещё одно ошибочное мнение, будто бы Шмидт – организатор того самого мятежа на крейсере «Очаков» в ноябре 1905 года. На самом деле к восстанию на этом судне, впрочем, как и на других, лейтенант не имел прямого отношения. Но, поскольку он был весьма уважаем и популярен среди матросов, его попросили приехать на крейсер и поддержать мятежников.
По воспоминаниям сына, Пётр Петрович согласился только потому, что хотел уговорить матросов не совершать ошибку. Дескать, он прекрасно понимал, что крейсер не сможет противостоять огромной правительственной армии и будет уничтожен. Шмидт отправился на судно один, а через два дня вызвал на борт и своего 16-летнего сына, поскольку был уверен в мирном исходе переговоров с властями. Но крейсер был повержен.
Однако лейтенант Шмидт и его сын накануне взятия крейсера успели сбежать на шлюпке. Петра взяли на следующий день. Евгений избежал суда как несовершеннолетний, а остальные мятежники были приговорены к казни. Причём родные лейтенанта уговаривали его согласиться на медицинскую экспертизу, в которой было бы указано, что Шмидт является сумасшедшим. По этому заключению государь мог бы его помиловать. Но лейтенант отказался. Исключение сделали лишь в одном: казнь через повешение изменили на расстрел.
Командовать расстрелом будешь ты– В конце жизни, ещё до ареста, Шмидт снова влюбился, в августе 1905 года случайно встретил в поезде одну девушку – Зинаиду Ризберг, – рассказывала внучатая племянница лейтенанта. – Потом они семь месяцев переписывались. И какие лирические письма писал ей Шмидт! Кстати, по этим письмам Евгений Матвеев в 1969 году снял фильм «Почтовый роман», где роль Шмидта исполнял актёр Александр Парра.
Из письма Шмидта Зинаиде Ризберг: «Сегодня дивное утро, я проснулся очень рано, открыл окно, на меня пахнуло утром, свежестью и радостью, и я подумал о вас. Мне легче с думою о вас, думы отводят грусть, дают энергию к работе. Наша мимолётная обыденная вагонная встреча, наше медленно, но идущее всё глубже сближение в переписке, моя вера в вас – всё это наводит меня часто на мысль о том, пройдём ли мы бесследно для жизни, друг для друга. И если не бесследно, то что принесём друг другу: радость или горе?..»
Ризберг навестила его в тюрьме. Это была вторая и последняя их встреча. Зинаида вспоминала:
«Пётр Петрович ждал меня у окна. Когда я вошла, он подошёл ко мне, протягивая обе руки. Потом заметался по каземату, схватившись рукой за голову… Из груди его вырвался глухой стон, он опустил голову на стол, я положила свои руки на его и стала успокаивать. До сегодняшней встречи мысль о смертной казни была чем-то отвлечённым, вызывалась рассудком, и после свидания, когда я увидела Шмидта, услышала его голос, увидела его живым, реальным человеком, любящим жизнь, полным жизни, этой мысли было трудно вместиться в моём мозгу…»
«В этот день разговор зашёл о казни Шмидта. Дымченко с матросами-очаковцами сидел после суда на плавучей тюрьме «Прут», откуда Шмидта, Частника, Антоненко и Гладкова взяли на расстрел, – пишет в своей книге «Чёрное море» Константин Паустовский. – Как вывели Шмидта, он шёл быстро, будто не по палубе, а по самому воздуху. Лёгкий шаг был у человека, светлое лицо. Мы просили начальство: «Дайте нам пять минут с ним и с матросами попрощаться в их смертный час. Дайте нам посмотреть на них и на него пять минут!» Не разрешили, заразы! Тогда мы все разом начали кричать: «Прощай, Шмидт! Прощай, друг, святой наш товарищ!» Офицеры – драконы, каких свет не видал, – дают приказ: «Замолчите!» – а мы не слухаем, кричим, плачем и рвём на себе форменки. Долго плакали и кричали, пока не кончили его на том острове злой пулей.
Казнь состоялась 6 марта (по новому стилю 19 марта) 1906 года на безлюдном островке Березань. Командовал расстрелом Михаил Ставраки, друг детства Шмидта, сидевший с ним за одной партой. Подойдя к лейтенанту, стоявшему перед строем солдат, он перекрестился и встал на колени. Пётр Петрович сказал: «Вели лучше своим людям целиться прямо в сердце».
– После казни Шмидта его сына Евгения взяла к себе моя бабушка – Анна Петровна Избаш, родная сестра Петра Шмидта, – рассказывала Анна Сергеевна. – А в 1920 году сын лейтенанта Шмидта эмигрировал в Чехословакию, где под псевдонимом Евгений Шмидт-Очаковский издал книжку «Лейтенант Шмидт». В 1930 году переехал во Францию. Умер Евгений в полной нищете и одиночестве в декабре 1951 года в парижском приюте «Маленькие сёстры бедных». После себя он потомства не оставил.
Дети лейтенанта ШмидтаПоскольку настоящий сын лейтенанта в своё время не принял идеи Великой Октябрьской революции и эмигрировал, то его имя стёрли из советских статей и книг. Зато в стране появились «дети лейтенанта Шмидта».
Впервые о подобных самозванцах стало известно в 1920 году. Именно тогда на имя Ленина пришло донесение, что некто называет себя сыном героя лейтенанта Шмидта. После проверки выяснилось, что за наследника героя выдавал себя некий человек по фамилии Избаш – однофамилец мужа сестры Шмидта. Он знал, что настоящий сын Евгений эмигрировал, и решил собрать урожай славы. Однако самозванец вскоре был арестован и отправлен на многие годы в ссылку. Но его идею подхватили другие авантюристы.
– Никакой негативной подоплёки или интриг здесь нет, – комментировала в своё время дочь одного из авторов «Золотого телёнка» Александра Ильинична Ильф. – В те годы по стране действительно бродило много внуков Энгельса, племянников Кропоткина и детей Шмидта. Ильф и Петров, конечно, об этом знали. Поскольку действие романа происходит на Чёрном море, там, где жил и сам Шмидт, авторы решили использовать его имя. Кстати, подобные мошенники ходили по стране ещё долго. Например, у отца я прочитала в записных книжках, как к ним в Союз писателей пришёл оборванный мужичок и, представившись двоюродным братом писателя Шолохова, просил денег.
виа
yaplakal.com