Карамеликон

Билли до последнего не верил. Даже когда Сьюзен притащила и показала всем ту книгу запретных сладостей. Он думал, что это всего лишь очередная шутка. Какая ещё сладкая страна, где можно есть конфеты от пуза? Сьюзен всегда была ненормальной злюкой. И это в очередной раз подтвердилось, когда она нарисовала на полу в домике на дереве пентаграмму. Сьюзен сказала, что это всего лишь красная краска, но Билли заметил ведро, спрятанное за старым креслом, и в нём точно была голова её домашнего котёнка. Бедный пушистик Дарси. Но уж лучше пусть он, чем Билли. Сьюзен могла отчебучить шуточку и похлеще. Её все боялись. Даже Гектор О'Брайен, её парень, с которым она целовалась и которому позволяла заглядывать себе под трусики.

Нарисовав пентаграмму, Сьюзен велела всем заткнуться, открыла книгу и начала читать вслух страшные слова. Они были непонятные, и от них шевелились волосы на голове, но некоторые из них Билли всё же запомнил: «Рот Фронт», «Кара-Кум», «Гематоген», «ГОСТ», «Дунькина радость» и самое жуткое — «Алёнка». Б-р-р-р, аж мороз побежал по коже.

Но он всё равно не поверил. Даже когда она закончила читать и заставила Гектора зайти в центр пентаграммы. Она бросила ему в руки большую сумку, оставшуюся с Хэллоуина. И когда О'Брайен исчез, все заохали и заахали, а потом стали дружно хлопать в ладоши. Билли тоже хлопал в ладоши, но не забывал смотреть по сторонам. Он обратил внимание, что в момент исчезновения хахаля Сьюзен в домике моргнул свет, а значит, не какое это не волшебство, а очередной розыгрыш. Точно такой же, как волшебное печенье, вызывавшее взрывной понос, или неснимаемая волшебная обувь. Как же он тогда плакал, когда пытался снять с себя кроссовки, в которые Гектор и Джексон налили клея.

Сьюзен дождалась, пока все закончат аплодировать, и предложила проследовать за Гектором в сладкую страну. При этом она выразительно подмигнула Билли, и мальчик, конечно, попятился. Ведь он не верил. Слишком часто его обманывали. Да, он был самым толстым в компании и больше всех любил сладкое, но с чего она решила, что он попадётся в её очередную ловушку? Он может и выглядит глупым, но он совсем не дурак. Девочка заметила его нерешительность и презрительно фыркнула, а затем повелительно мотнула головой остальным. Марси, Лиза и Монтана послушно вошли в пентаграмму и тоже пропали, а за ними побежал Джексон с криком: «Кто последний — тот козёл, Билли!» Чёртов подлиза.

Сьюзен улыбнулась Билли и снова кивнула на пентаграмму, но тот замотал головой так, что у него затряслись толстые щёки.

— Ну и кретин, — хихикнула девочка. — А я ведь в тебя так верила. Ну ничего, второго шанса у тебя не будет.

Наблюдая за тем, как она входит в пентаграмму, Билли разрывался между желанием пойти за ней и желанием спуститься по лестнице, чтобы убедиться в том, что его снова разыгрывают. После того как она исчезла, он ещё несколько минут ходил рядом, не решаясь пересечь круг. Он был уверен, что там, под полом, находится скрытый люк. Билли даже звал их. Говорил: «Не смешно, ребят…» А в ответ — тишина. Впрочем, выйти из домика и проверить вокруг он тоже побаивался. Вдруг они сидят рядом в кустах, в засаде. Тем более что снаружи ночь, а в домике светло и безопасно. Билли опасался, что если покинет домик обычным способом, Сьюзен решит, что он испортил ей шутку, и тогда Гектор выбьет ему последние молочные зубы.

И тогда он пошёл на хитрость. Привязал себя верёвкой, чтобы подстраховаться. Он может и толстый, но вовсе не дурак, как тот же проныра Джексон. Если люк откроется, то он просто повиснет в воздухе, и тогда ещё неизвестно, кто над кем посмеётся. Его опасения имели под собой основание — всем известно, какая коварная эта Сьюзен. Там внизу его могло ждать корыто с помоями или ящик, в котором будет сидеть старый скунс. А эти скунсы, они такие вонючие, не приведи Господи. Они пахнут хуже, чем носки Джексона, которые тот носит уже несколько лет.

Он оказался прав: в пентаграмме действительно была дыра. Только он не достал до земли и повис, не долетев всего пары метров. Билли увидел их, своих друзей, бегавших с радостными криками по городу, сделанному из шоколада, бисквита и карамели. Это было необычайно странно и удивительно. Воздух был наполнен запахом свежей выпечки. Билли увидел деревья из тянучек, а на ветвях висели полосатые леденцы — всё выглядело таким вкусным, а в небе плавали облака из настоящей сахарной ваты. Но больше всего его поразило то, что этот город был обитаем. Билли словно бы оказался в деревне Санта-Клауса, только без оленей и эльфов, но всё равно всё вокруг выглядело просто сказочно.

Он отцепился от верёвки и попробовал на вкус траву. Мальчик был готов поклясться, что она сделана из желейных червячков и такая же вкусная. Но он всё не мог в такое поверить. На всякий случай Билли остался возле пути к отступлению и принялся настороженно озираться по сторонам. Местные жители походили на пряничных человечков. Маленькие, размером с ладонь, украшенные разноцветной глазурью. Сначала они вели себя дружелюбно, но, увидев, как дети разрушают их город, стали в ужасе разбегаться и прятаться в домиках из зефира. Билли увидел Сьюзен, оторвавшую ногу живому пряничному человечку с марципановыми глазами. Он увидел проныру Джексона, гоняющегося за розовым поросёнком, сделанным из желе. А Гектор, загнавший последнего пряничного человечка в дом из бисквита, начал пить воду из красивого шоколадного фонтанчика и кричать, что это лимонад.

Билли очень не нравилось то, что происходило с его друзьями. Они будто сошли с ума от обилия сладостей. Марси, Лиза, Монтана — эти совсем обезумели. Они начали ломать деревья из шоколада, разломали на кусочки пряничную корову и повалили здоровенную мельницу, из которой потекла жидкая карамель. А затем проныра Джексон взобрался на самое высокое здание, крыша которого была украшена зажжёнными свечами словно у торта, и принялся кидать их вниз, чтобы все могли поучаствовать в сожжении зефирных домиков. Сьюзен командовала возле целой горы собранных ею сладостей. Судя по всему, возвращаться в это удивительное место они не планировали.

От всего увиденного мальчику стало грустно. Он ещё никогда не видел своих друзей такими жадными и жестокими. Не прошло и часа, а они уже сломали всё, что можно, а что нельзя — попробовали на зубок. Зачем нужно было откусывать головы пряничным детям? Это же тоже дети. Они же плакали. Зачем нужно было жечь их зефирные домики? Всё равно им столько не съесть.

И тогда он стал взбираться по верёвке обратно наверх. Это было очень тяжело, ведь он был толстый и слабый. Он полз очень медленно, потолка не было видно, а верёвка всё не кончалась. Ладони стёрлись в кровь. Билли скрипел зубами и терпел, он поклялся, что больше никогда не будет водиться со Сьюзен. Бывшие друзья радостно кричали внизу, обзывали его жирной пиньятой и обещали, что расправятся с ним, как только вернутся обратно. Он старался не вслушиваться в их крики.

Только у самого потолка он нашёл в себе силы посмотреть вниз. Ему показалось, что крики радости сменились криками ужаса. И это было действительно так. На его бывших друзей напали. Сладкая страна оказалась не такой уж и беззащитной. Он увидел Сьюзен, пытавшуюся нарисовать новую пентаграмму, но повидло, вытекавшее из останков пряничных человечков, не подходило для заклинания. Он увидел, как Гектор трясёт её за грудки, а она плачет, бестолково размахивая руками. Она ошиблась. Быть такого не может. Мерзкая Сьюзен ошиблась впервые в жизни. Эта ошибка ей дорого обойдётся, ведь сверху было хорошо видно, как со всех сторон к детям спешат сахарные рыцари в леденцовых доспехах. Они были размером со взрослого человека, и оружие у них было самое настоящее, из железа. Казалось бы, обычные столовые ножи и вилки, только очень большие. Джексон пытался спрятаться от них на высокой башне, но они повалили её, и поганого дружка Гектора завалило кусками бисквита. Билли увидел, как дети бегут к нему, намереваясь воспользоваться спасительной верёвкой. Он хотел было уже испугаться, но тут рыцари налетели со всех сторон и стали отгонять захватчиков. Причём гнали они их строго в одну сторону.

Билли перевёл взгляд и увидел настоящее чудовище. Оно походило на мясорубку. У него были длинные лапы, достававшие до земли, и страшная оскаленная морда с длинным носом, похожим на ручку. Оно было высоченным, а на его тонких передних лапах были настоящие белые перчатки. Чудовище поймало Марси и закинуло её в широкий раструб на своей металлической спине, а потом длинный нос начал сам собой вращаться, и девочка закричала от боли. Её затягивало вовнутрь, а из задней части чудовища-мясорубки потекла красная жижа. Билли отвернулся и ещё быстрее начал карабкаться вверх. Ему было ясно: второго шанса спастись у него не будет.

Через несколько минут он, потный и обессиленный, лежал на полу домика для игр, захлёбываясь от недостатка воздуха. Сердце бешено колотилось. Нет больше друзей. Никто не будет больше играть. Все остались там, в стране сладостей и пряничных человечков. Мясорубка превратит их в фарш, а ему нужно придумать, что сказать их родителям. А может, ничего не говорить? Пусть ищут.

Билли лежал на животе, ногами к пентаграмме. Он не видел длинную руку в белой перчатке, появившуюся прямо в центре пятиконечной звезды. В одном он был прав: все останутся там, в стране сладостей.

автор Василий Кораблев