Кузя

Когда дочь вышла замуж и переехала к мужу, в квартире стало пусто. Мы с женой привыкли к шуму, смеху, к тому, что всегда есть о ком заботиться. Неделю мы промаялись в тишине и решили, что нужно что-то менять. «Может, заведем какое-нибудь животное?» — предложила жена. «Хоть кого-то будем кормить, дрессировать, выгуливать», — добавила она с грустью. Я согласился. Мне нравилась мысль о том, что животное не будет огрызаться, как дочь, не будет воровать сигареты и шуршать по ночам в холодильнике. «Только кого выбрать?» — задумались мы. Решили определиться на месте.

В воскресенье мы отправились на Птичий рынок. У входа продавались симпатичные морские свинки. Я вопросительно посмотрел на жену. — Не пойдет, — отрезала она. — Наша была сухопутной.

Рыбки молчали, а попугаи с их криками и пухом вызывали у жены аллергию. Мне приглянулась мартышка — своими ужимками она напоминала мою дочь в подростковом возрасте. Но жена сразу заявила: «Или я, или обезьяна. Выбирай». Пришлось уступить. В конце концов, с этой мартышкой мы знакомы всего пять минут, а с женой я живу уже не один десяток лет.

Оставались собаки и кошки. Но собак нужно постоянно выгуливать, а с кошками много хлопот. «А вдруг он начнет приносить мышей?» — спросила жена. «Или, не дай бог, котят наплодит», — добавила она, представляя себя в роли продавщицы котят у метро. «Тогда пусть будет кот», — решили мы.

Нашего кота мы узнали сразу. Он лежал в прозрачном аквариуме в окружении котят. Малыши тыкались мокрыми носиками в его пушистое брюшко, а он, величественный и спокойный, спал, как будто ему было всё равно. На аквариуме висела табличка: «Кузя». Продавец рассказал трогательную историю о его тяжёлом детстве: его чуть не загрызла собака, и бедняге пришлось искать новый дом.

Кузя оказался породистым персом с красивым серым окрасом и пушистым хвостом. Но документов, подтверждающих его благородное происхождение, не было. По словам продавца, его официальное имя было «Кайзер», но он легко откликался на «Кузю». И мы его купили.

Домой мы добрались без приключений. Кузя всю дорогу тихо сопел под сиденьем в машине. Но уже в подъезде жена ехидно спросила: — Ты уверен, что он не кастрированный?

Я напрягся. Не потому, что плохо отношусь к кастрированным котам, просто мне казалось, что это как-то... неестественно. В полумраке подъезда я попытался осмотреть Кузю. Его пушистое брюшко было в свалявшихся комках шерсти, и я, чувствуя себя немного неловко, провел рукой по его промежности. Кот взвыл, но, кажется, все было в порядке.

В тот день, когда мы решили разобраться с холодильником, к нам неожиданно заглянула дочь. Увидев Кузю, она тут же забыла о торте, который принесла, и набросилась на кота. Вместе с женой они засунули его в ванну, отмыли детским шампунем, запеленали и начали сушить феном. Кузя, принявший достойный вид, терпеливо сносил все эти процедуры, пока жена не достала ножницы. «Пора привести его в порядок», — заявила она, начиная выстригать свалявшуюся шерсть. Кот, естественно, был не в восторге и издавал противные звуки. Я, не желая вмешиваться в этот «салон красоты», ушел на кухню с пивом.

Однако идиллия продлилась недолго. В комнате раздался душераздирающий мяукающий вопль, за которым последовали грохот и звон стекла. Я отставил бутылку и пошел на звук. Жена сидела на диване, раскачивалась в такт своим стонам и сжимала окровавленные руки. Рядом валялись ножницы и клочья шерсти. Мы с дочерью замерли, глядя на эту картину. — Что случилось? — спросил я. Жена подняла на нас тоскливый взгляд и простонала: — Я-а-а-й-ц-а-а-а. — Что яйца? — Оторва-а-а-лись. — Откуда? — От кота-а-а-а!

Я, честно говоря, был в шоке. Подозреваю, что такие вещи просто так не отрываются, тем более у котов. Мы долго и безуспешно пытались понять, что произошло. Жена наконец разжала кулаки, и на её окровавленных ладонях лежали два пушистых комочка. Оказалось, что, когда она выстригала колтуны между задними лапами, кот дёрнулся, и ножницы... ну, вы поняли.
Мы с дочерью вооружились шваброй и легли на пол. Под диваном, в самом дальнем и пыльном углу, светились янтарные глаза новоявленного кастрата. Кузя недобро урчал, игнорируя все наши попытки его задобрить, даже сосиски не помогали. Я его понимал — после такого «салона красоты» я бы тоже не хотел ни с кем общаться.

Дочь осторожно подталкивала Кузю шваброй, а я пытался схватить его за лапы. Но кот оказался на редкость сообразительным — он не сдавался, огрызался и оставлял глубокие царапины на деревянной ручке швабры. Наконец он вцепился когтями в швабру и подплыл поближе. Боже, в каком он был виде! Дикие глаза, паутина на усах, хвост в пыли. За полчаса общения с женой он превратился из красавца-перса в бомжеватого кастрата. Даже мне стало его жаль.

Я прижал к себе настороженно притихшего кота и начал чесать его за ухом. Постепенно Кузя успокоился, расслабил лапы и начал мурлыкать. Громко, с полузакрытыми глазами. Похоже, жена что-то напутала — мурлыкать после кастрации? Сомнительно.

Жена, встав на цыпочки, снова начала нести чушь: — Ему плохо? Он хрипит? Я вызову скорую! Кот приоткрыл мутный глаз, увидел ее и напряженно затих. Похоже, он действительно собирался захрипеть. Я разогнал женщин и отнес кота на кухню. Пусть хоть там отдохнет от этого безумия.

Мы с Кузей сидели на кухне, пили пиво и разговаривали, снимая стресс. Я жаловался, как тяжело мужику в доме, где одни женщины, а кот понимающе мурлыкал, словно соглашаясь со мной. В какой-то момент он улегся ко мне на колени брюхом вверх, и его мурлыканье согревало душу. Взаимное доверие располагало к откровенности, и я, деликатно раздвинув кошачьи лапы, решил проверить, не повредила ли жена его репродуктивные функции.

Однако осмотр меня огорчил. Первичные половые признаки самца отсутствовали. Я еще раз глотнул пива, снова раздвинул шерсть, но признаков так и не появилось. Судя по всему, их и не было. У меня на коленях лежала... кошка. Довольно крупная, симпатичная персидская кошка с округлившимся животиком. То, что отрезала жена, очевидно, было клочками свалявшейся шерсти, а кровь — от царапин.

Мы, конечно, не стали бить продавщицу за подлый обман. Общие переживания сблизила нас с кошкой. Теперь ее зовут не Кузя, а Коза. И вчера у нее родилось четыре пушистых котенка. В нашем доме снова дети. Жена, дочь и я — мы все в восторге. Котенок, пока еще безымянный, забрался ко мне на плечо, и его крошечные лапки уютно устроились на моем свитере. Я сидел неподвижно, боясь спугнуть это маленькое чудо.

Жена, улыбаясь, посмотрела на нас и сказала: «А ведь все получилось как надо. Сначала мы думали, что он заменит нам дочь. А теперь у нас целая семья».

Я кивнул. Коза, мурлыча, смотрела на нас с дивана, окруженная своими малышами. Дочь сидела рядом, гладила котят и улыбалась. В доме снова стало тепло, шумно и радостно. И я понял, что животные — это не просто «замена». Они делают нашу жизнь лучше, наполняют ее смыслом и любовью.


Размещено через приложение ЯПлакалъ