Сталкеры Полесья, 7 фото

В результате чернобыльской катастрофы первоначально в Беларуси в 1986 году было эвакуировано 24,7 тыс. человек с площади 1,7 тыс. кв. км. Тогда же земли на этой территории были выведены из хозяйственного пользования, а в 1988 году — создан Полесский государственный радиационно-экологический заповедник (ПГРЭЗ).
Тогда его площадь составляла 1,313 тыс. кв. км. После присоединения к нему в 1993 году части прилегающей отселенной территории площадь заповедника увеличилась до 2,154 тыс. кв.км.
В Беларуси так называемая чернобыльская зона состоит из двух частей. Вначале — зона отселения. Здесь ведется ограниченная деятельность человека — как правило, это посадка леса с целью предотвратить перенос радионуклидов с пылью. Ближе к ЧАЭС — зона отчуждения, где всякая деятельность человека не ведется в виду высокого уровня радиации.
В радиусе 5-15 км от станции уровень рационного загрязнения выше, чем вблизи нее, поскольку территория, прилегающая к АЭС, была дезактивирована — здесь срезался и увозился на захоронение верхний слой грунта.
В популярных компьютерных играх и фантастических романах в этой зоне обитают различные мутанты, с которыми воюют некие «сталкеры».
А в реальности на белорусской территории, вблизи границы с Украиной, в деревне (естественно, отселенной) Масаны в 1994 году была создана научная станция для наблюдения за окружающей обстановкой.

Живописное место Масаны выбрано не случайно — здесь, помимо высокого уровня радиации, на небольшой площади присутствуют все особенности ландшафта белорусского Полесья.
С территории деревенской усадьбы, состоящей из нескольких домов, был снят 40-сантиметровый слой грунта, насыщенного радионуклидами, а на его место насыпан чистый. В пустующем доме поселились ученые.
Высокий уровень радиационного загрязнения диктует особенности быта — по территории станции и за ее пределами, к местам, часто посещаемым работниками, а это в первую очередь метеоплощадка, проложены деревянные настилы.

Редких гостей первыми здесь встречают громким лаем две дворняги. Старшая дворняга, в которой чувствуется примесь таксы, живет в Масанах четвертый год.
При входе в «Дом проживания вахтового персонала» — так официально называется эта обитель, на крыльце вместо полового коврика располагается «омыватель» подошв обуви.

Сталкер (научный сотрудник Андрей Раздорских, в прошлом ихтиолог военно-морского флота) показывает станцию.
Если в «дочернобыльскую» эпоху местные деревни использовали электроэнергию с ЧАЭС, то для энергоснабжения научной станции используются солнечные батареи и дизель-генератор. Из-за этого основное оборудование и освещение на станции рассчитано на 12 вольт. Хотя имеется и преобразователь на 220.
Для водоснабжения используется специально пробуренная скважина. Кроме того, питьевую воду сюда привозят.
В окрестностях за послечернобыльский период обильно расплодилась дичь. Так, за один день в окрестностях я видел двух лосей, стадо из 5 оленей и стадо из 19 кабанов. Причем, последние вышли из леса на территории Украины и спокойно паслись на белорусском поле.
Но употреблять в пищу эту дичь, выросшую на радиоактивных кормах, будет только сумасшедший. То же касается растений и, особенно, грибов. Впрочем, ввиду удаленности от дорог и населенных пунктов, грибники и охотники здесь не появляются.
Пограничники на этом участке границы — тоже редкое явление. Чтобы добраться сюда потенциальному нарушителю, ему придется проделать 50-километровый путь по белорусской охраняемой зоне, чтобы затем попасть в охраняемую 30-ти километровую зону Украины.
На научной станции Масаны обычно проживают двое ученых, вахта которых длится 12-14 дней в месяц.

Как и все остальные работники станции, ученые Масанов ни разу не видели здесь зверей-мутантов типа двухголовых телят. Задаю Андрею нескромный вопросо о влиянии радиации на организм в плане отношений с прекрасным полом. Андрей признается, что до работы в Масанах в его семье был один ребенок, а с 2002 года родилось еще четверо.
Его коллега по работе проблем также не ощущает, приглашая в следующий раз приезжать сюда с девушками-журналистками.
Заняты ученые, в основном, метеонаблюдениями. Местная метеоплощадка наиболее приближена к ЧАЭС, до которой отсюда около 12 километров.
В доме — рабочая и жилые комнаты, кухня, санузел, аккумуляторная (в аккумуляторах накапливается энергия от солнечных батарей).
В рабочей комнате — ноутбук, системы связи, какие-то приборы и обязательное «орудие труда» ученых Чернобыльской зоны — профессиональный радиомер излучения.
В кресле спит новый «постоянный сотрудник» станции кот Борис. На станции он проживает не более года, и за это время Борис успешно истребил всех мышей, поедавших съестные припасы. За пределами дома Борис старается передвигаться по настилам.

Связь осуществляется по рации. Уверенная сотовая связь здесь возможна только в сетях украинских операторов. Хорошо, кстати, принимаются и украинские телеканалы. Чтобы воспользоваться услугами белорусских мобильных операторов, приходиться подниматься минимум на 20-метровую высоту наблюдательной вышки. Оттуда возможет и доступ в интернет.
Забавно видеть, как ученый с ноутбуком карабкается на вышку, чтобы посидеть в Сети.

С вышки открывается красивейшая панорама Полесья. На юго-востоке возвышаются трубы и корпуса Чернобыльской АЭС. Немного правее — шестнадцатиэтажки Припяти. Видны и пятиэтажные дома.
Стоя на наблюдательной вышке, осматривая огромною опустевшую территорию Полесья, не перестаешь удивляться, сколько беды натворил виднеющийся на горизонте энергоблок АЭС. Пройдет не одно столетие, прежде чем эти земли станут пригодными для постоянного проживания людей.

Василий СЕМАШКО, фото автора

Луна-парк навсегда мёртвого города Припять.

На этом колесе обозрения в бывшем г. Припяти в ветренную ночь, по слухам, катаются души умерших пожарников - чернобыльцев.
Природа потихоньку стирает память о цивилизации, и через 50-60 лет этот город поглотит лес.