Противоречие., (герои те же, что и в Друге Бога)

Снова тихий плеск бегущей куда-то реки, снова они сидят на обрыве.
Рядышком с одним из них откупоренная бутылка с вином, второй держит в руках термос и кружку.
- Свобода, говоришь… Опять свобода. Знаешь, я даже не хочу уточнять, какую именно свободу ты имеешь в виду – свободу от или свободу для. Она всегда притягательна и прекрасна для человека, всегда он к ней стремится. Причем почти всегда стремится с лозунгами и транспарантами.
- Чтобы увлечь за собой?
- Нет, чтобы цель стремлений его не вызывала никаких сомнений. Ибо почти всегда он делает вид, что к ней стремится, на деле же все не так просто.
- Но… Но к чему еще ему стремится? Что еще может быть целью?
- Лукавишь, ага?
Они улыбнулись друг другу, первый предложил второму вина и, поймав очередной отказ, глотнул сам. Прямо из бутылки.
- К любви человек стремится, к Богу, который есть любовь.
- Да, это так. Но, разве Любовь отменяет свободу?
- Не полностью. Но – да. Ибо в любви своей ты вынужден считаться с другим, с любовью другого. А это может приводить к ущемлению свободы, а она дама капризная, ее раз ущипнешь и она, надув губки, испарится.
- Да, я вспомнил, я тоже читал «Бегство от свободы». Полагаешь, автор прав?
- На все сто. Люди стремятся к свободе так яростно, что готовы ради нее убить. Но, вырвавшись наконец в место, где они полностью свободны, они замечают, что остались одни. И их охватывает ужас. Страх одиночества – сильнейший из страхов, именно он принуждает человека смирится с урезанием его свободы. И Именно потому человек способен любить, то есть выбирать партнера, лишение ради которого свободы, вызывает наименьший внутренний протест.
- Печально как-то.
- А логика мало когда бывает радостна, юмор ищи в парадоксах.
- Мне кажется, что все не так жестко, как ты описываешь. Ведь можно и свободу свою соблюсть, и Любовь уберечь.
- Можно. Но это трудно.
- Так ведь – «Любите с усердием!»
- Ну да.
Первый сделал еще один глоток и аккуратно поставил пустую бутылку за своей
спиной. Похлопал себя по карманам, как будто искал что и, не найдя, просто какое-то время сидел и смотрел в колышущийся лиственный ряд на другом берегу.
- А усердие не всегда принимается как необходимость. Человек, как и любая система, стремится к сохранению равновесного состояния, а что есть более равновесным, нежели полный покой?
- Но… Ты же сам упомянул что есть любовь и есть свобода и обладание ими одновременно – проблематично. Соответственно, стремясь преодолеть это противоречие, человек никогда не будет в лености!
- Хорошо бы, ага. Да только есть способ проще.
- Какой?
- Ложь. Ложь во спасение, как прием защищающий человеческую психику от нагрузок.
- И о чем ложь?
- О втором, ежели наличествует первое и о первом, если наличествует второе. Ложь может быть разной. Обладая свободой, можно лгать о том, что Любви не существует или же врать что Любишь, и Любя, можно врать что Свобода со мной. Причем, во втором случае ложь будет особенно удачной, ежели сначала соврать самому себе.
- Так вот, где рождается способность ко лжи?
- Так точно.Не стоит забывать, что если есть отец лжи, то, значит, есть и мать.
- Слушай, но зачем жизнь человека вообще должна содержать в себе такое противоречие?
- Чтобы была динамика. Чтобы человек был всегда в движении. Он ведь как река, когда воды его неподвижны, становятся они мутны.
- Как великие империи прошлого?
- Как любые империи. Ибо империи есть продукт человеческого сознания. Когда они застывают в своем развитии, то накапливаются внутренние деструктивные течения, ведущие к гибели.
- Это ведь не только законы человеческой жизни?
- О нет. Это законы Вселенной. Все построено на противоречиях и все движется благодаря их преодолению.
- Согласен. Как противоречиво то, что сейчас я пил вино, а ты пил чай.
Первый улыбнулся и, встав, поклонился. Второй проделал тоже самое. Первый опять же с улыбкой, принял поклон и - лучом света скользнул в Небо, в тяжелом грохоте разверзшейся земли уловив прощальное «До встречи» от второго.

© Ammok