"Честер", буковки (веселого нет)

- А я люблю свою мамку – важно сказал Семка, раздавая пацанам сигареты из только что купленной пачки «Честерфилда», - она у меня одна как никак.

Пацаны вежливо кивали, беря себе по «Честеру» и отводили глаза в сторону. Они знали, что деньги на сигареты Семка взял из тех денег, что мама ему оставила для того, чтобы он лекарства ей купил. Впрочем, особо они над этим не задумывались. Не тот возраст, чтобы сильно задумываться над этими вещами.

Лето, каникулы, стройка… А тут еще и сигаретами угощают. Как-то все равно откуда деньги взялись. Хотя спроси у них прямо – так никто бы с Семкой в разведку не пошел бы.

Ребята сторонились его. Никто из них не был у него дома, да и никто и не стремился после таких-то рассказов о больной маме и сигарет, покупаемых за деньги на лекарства.

- Хоть и ругалась она на меня… Жуть… - протянул Семка, мастерски, не закашлявшись затянувшись сигаретой. – Я кошку Марьи Степановны с окна выбросил. Так что скажу пацаны – они действительно на четыре лапы приземляются. Я ее специально за лапы держал, когда бросал. Пятый этаж – а хоть бы что – перевернулась!

- Да… Я тоже слышал. А еще говорят у них 9 жизней – поддержал разговор один из ребят – Мне папка рассказывал.

- А у тебя что, папка зоолог что ли? – спросил Семка с непонятной издевкой.

Вот за это Семку тоже не особо жаловали. Вечно он поддергивал пацанов и шутил над их родителями.

- Не зоолог – спокойно ответил мальчик – Но в животных разбирается. Мы на прошлой неделе в зоопарк ходили, ну, тот, что неделю в 3-м микрорайоне стоял. Он мне столько всего рассказал. Про волка и про орлов, и про рысь! Сказал, что на следующей неделе, как дадут ему отпуск, в Киев поедем, там зоопарк больше.

- А мы на речку поедем на следующей неделе, на турбазу – вступил в беседу еще один. – Все вместе. Мамка, папа, я. Жаль только, Зойку возьмем, плакса она. Зато Мишка Верхолетов тоже там будет – его родители тоже собираются. Хорошо будет, опять будем в муравьиные войны с ним играть! И Пашка Кривой будет.

Ребята замолчали. Курили, стараясь делать вид, что это доставляет им удовольствие.

- Ладно, пацики – Семка встал и аккуратно забычковал сигарету – Пошел я. Мне еще хлеба надо купить. Пойду, а то опять мамка ругаться будет.

Они попрощались, по взрослому пожав друг другу руки и Семка побрел к остановке.

- Странный он. – протянул один из мальчиков. – Вот полгода как к нам в район переехал, а все равно странный.

И они опять замолчали.

Летнее солнце уже покинуло самое удобное свое положение и медленно, потихонечку отцепляя один лучик от неба за другим, сползало к горизонту.

Семка вышел на конечной и решил уже завернуть на базарчик, в надежде что-нибудь утянуть оттуда, как тут же был больно схвачен за ухо.

- Семенов! Где ты опять шлялся, скотин!? А ну марш обратно быстро. Татьяна Михайловна ругается сильно, сказала на ужин все без сладкого останутся, если Семенов сегодня не вернется.

Анечка, их детдомовский повар, пожилая узбечка, отпустила его ухо и подтолкнула в спину:

- Быстро иди. Нечего тут шляться.

Солнце коснулось линии горизонта и брызнуло по небу оттенками красного. Пришел вечер. Время, когда все возвращаются домой.

© Ammok