Уважай коллектив-не порть корпоратив, © Frumich

- Ну? – Барин строго посмотрел на Тишку. – Что делать будем?
Тишка вздохнул тяжко, шмыгнул носом и предложил:
- Розог мне всыплем. Чего еще-то? Современные реалии диктуют. Никуда не деться.
- Розог – оно всенепременно. – кивнул Барин. – Мне ж главное, чтоб ты понимал. Я тебе чего говорил?
- Дерево чтоб было... – заскучал Тишка. – Так оно же и есть. Вон на пригорке.
- Я елку просил, святителя душу мать! – крикнул Барин. – А тут чего?
- Осина. Вы ж, вашблагородие, сказали дерево, которое украсить можно. – затараторил Тишка. - Я и подумал – конюх Васька, например, очень украсит ту осину. А то ведь он гад такой – чуть что не по нем, пинает всяко. И про вас говорил..
- Цыц! – цыкнул Барин. – Праздник такой. Елку надо украшать.
- А елка, вашблагородь, Ваську не выдержит. – возразил Тишка.
- Праздник, дурья башка! Праздник! – втолковывал Барин. – Весело чтоб было. Елку чтоб украсить. Игрушки можно повесить.
- Бирюльками обвешать? – не понимал Тишка. – Чего ж красивого-то? Стефанида Петровна, к примеру, красивая. Но вешать ее жалко. Да и не за что. Старается девка.
- Морду разобью, дурак! – крикнул Барин. – Меня слушай. Елку доставь откуда хочешь. Или сосну.
- Спи, батюшко..- елейно подхватил Тишка. – Умаялся с нами, дураками, чего б не соснуть-то?
- Не надо сосну. Елку доставь! – скомандовал Барин. – Все чтоб оделись смешно.
- То есть, сейчас мы, вашсиятельство, недостаточно смешно одеты? - Тишка оглядел прохудившиеся на коленях штаны и залатанную рубаху.
- Да ты дашь сказать, ирод?! Всем одеться смешно. Зинку-кухарку в деда обрядить. Бороду ей наклеить и усы.
- У ней и так растет. – хихикнул Тишка. – Чего там клеить-то?
- Цыц! Окладистую такую. Из пакли. И кафтан ей. Будет Дедом Морозом.
- Смешно. – согласился Тишка.
- Ваську бабой обрядите. Будет Снегурочкой. – продолжил Барин.
- Так ему, морде, так! – одобрил Тишка. – Пусть знает как старших пинать чуть что.
- Баба, которая дед и мужик, который баба – эт смешно. – представил себе Барин. Мужички пусть тоже в балерин оденутся и пляшут. Это тоже смешно. Опять же бычий пузырь надуть, промеж танцующих его поместить и пусть пляшут. У кого последним лопнет – плетей. Опять же табуретов – на один меньше чем людей. Пущай хороводы водят. Я как в ладоши хлопну – пусть садятся. Кому не хватило..
- Плетей? – догадался Тишка.
- Их. – кивнул Барин. – Снегурочку...
- Дважды плетей! – радостно выкрикнул Тишка.
- Нет. Споить в хлам. Так смешнее будет. – покачал головой Барин. – Мужик, обряженный бабой, пьяный дугу – это ж ух как смешно!
- Так это.. Вашблагородь, а вашблагородь? – забеспокоился Тишка.
- Чего?
- А может пущай все мужики снегурочками будут, а? То-то ты обхохочешься весь! – хитро предложил Тишка.
- Все бы вам пить, сволочи! – обиделся Барин. – В любой праздник. Говорят же – праздник такой. А им все нет. Абы только морды сперва нажрать, потом их друг другу набить и все дела.
- Чойта? – оскорбился Тишка. – Пляшем еще. И девок щупаем. Не лыком вязаны.
- Вот-вот! Пляшут, ржут, пьют – ни тебе конкурсов, ни тебе духа командного! Пьянка, да скотство. Вот я вам сейчас! Вот я всем! Собирай народ. Всех собирай! Всем розог! Всем по филейным!
- Слушаю-с. – поклонился Тишка. – Вот те и праздник. Здравствуй, жопа, Новый Год.
Через полчаса крепостные молча топтались у крыльца, мрачно поглядывая на чан с розгами. Барин вышел, оглядел крепостных, выбрал розгу и сказал:
- Что невеселы, народ? Случилось чего?
- Веселы, ваше благородие. – ответил из толпы Тишка. – Стесняемся просто.
- Значит так, крепостные. – торжественно заявил Барин. – На дворе у нас праздник. И в праздник никак без подарка нельзя. И посему, от меня вам подарок...
Он выдержал паузу и улыбнулся широко:
- Розог не будет!
- Ураааааа! – закричали крепостные. – Слава!
- С Новым Годом, подневольные! – сиял Барин. – А теперь начнем праздновать! Всем веселиться и смеяться! Хороводы водить! Водку пить!
- А конкурсы? – спросил Тишка.- А Снегурочка, Дед Мороз и бычий пузырь?
- Да ну их. – отмахнулся Барин. – Глупо это... Водки ж хотим. Чего придуриваться-то?
- Осспади, счастье какое... – перекрестился Тишка. – До чего ж ты, вашблагородь, чуткий и понимающий руководитель. На такого и спину гнуть в радость.

© Frumich