Ебля с реликтовым гоминоидом в условиях средней ши

Ебля с реликтовым гоминоидом в условиях средней широты


Когда Гриня увидел йети, он первым делом обосрался. Вторым делом он обосрался еще раз, а третьим – хотел съебаться, но потратил время на первые два. Кулачище, большой и мохнатый, как яйцо мамонта, прилетел ему в лоб и погасил свет.
Очнулся Гриша в пещере. Где-то капала вода. Или чья-то кровь. А скупой огонь небольшого костерка выхватывал из темноты исполинскую фигуру. Пахло от нее хуже, чем от сыра камамбер. Жопа скунса и подмышка бомжа тоже не выдерживали конкуренции. Гриня никогда не видел йети, но как-то сразу понял, что это оно и есть.
Григорий посмотрел на часы, но, кроме волос на руке и комариного укуса, нихрена не увидел. Не увидел он также и штанов, трусов, носков, ключей от дома, аварийного презерватива и прочих предметов одежды. В общем, (дамы, отвернитесь), Гриня лежал абсолютно голый! В присутствии постороннего человека (снежного)!! Возможно, голодного (на ласки)!!! Не исключено, с ялдой шестьдесят на двадцать (длина окружности)!!!! (Подкиньте мне восклицательных знаков – мои кончаются).
К счастью, когда огонь разгорелся, выяснилось, что перед ним самочка. Еще выяснилось, что она его хочет. А также, что у снежных баб принято самцов соблазнять путем удара в челюсть. Гриня, конечно, всяких ебал. По пьяни можно и брата родного попросить козу подержать. Но тут его сомнение взяло. Не в курсах Гриня был йетиных обычаев. Может они самца после акта сжирают, тогда что?
В общем, Гриня взял самоотвод, попытавшись уползти вглубь пещеры. Чудище осталось недовольно и чуток дернуло его за член. Грине показалось, что от этого чутка хуй остался в руке у существа, причем с болтающимся на конце мозгом.
- Телочка, полметра щелочка! – выругался Григорий. – Не видишь, у меня голова болит?!
Йети снова намекнула на секс, чуть не сломав Грине всё.
- Да ты охуела, тварь лесная? – возопил он. - Ногой тебя ебать, что ли? В ботинке питидисятого размера?
А та только гыгыкает, да милого дружка к себе за хуй подтаскивает, чаровница, блять, мохнорылая.
Ударил тут Грине адреналин в голову. А может моча. «Ну, погоди, сука! – думает. – Щас как бздану в костер, как спалю твое гнездовье к херам собачьим! Не зарадуешься тогда!»
Григорий собрал все свои силы в одно место, да как дал залп из главного орудия! Костер полыхнул – любо-дорого! Но, блять, в строго выверенные расчеты вкралась ошибка. Очищающий огонь, вместо того, чтоб нанести урон гоминоиду, ошпарил яйца человеку, и этот человек с нечеловеческой силой ебанул сквозь все преграды к реке.
Все преграды в лице самки йети ебанули за ним.
Вырвавшись на оперативный простор парочка своим экстравагантным видом вызвала фурор среди местного населения.
При виде их стая бобров, сломав лбами свою же плотину, унеслась прочь. Рыбы выскочили на сушу и, бешено работая плавниками, учесали в чащу. Стоящая на берегу цапля, забыв, что умеет летать, бегом ломанулась в камыш. Но Грине было не до красот природы. Он коршуном взлетел на одинокую сосну и затаился.
Из йети коршун не получился. Она добралась ровно до середины ствола и рухнула, разрушив муравейник и надежды муравьев на спокойную жизнь.
Каприз фортуны не сломил гоминоидова упорства. Снежная человечина обнажила свои клыки и принялась грызть невкусную древесину. Дело продвигалось так споро, что отставший от стаи бобер, проходящий мимо, сдох от зависти. Гриня, дрожа всей сосной, с ужасом наблюдал за приближеньем пиздеца. Вот ствол сгрызен наполовину, вот на три четверти… Послышался треск… Гриня почувствовал, что падает, зажмурился и…
… проснулся в своей спальне! Лунный свет пробивался сквозь неплотно задернутые шторы. Ходики мерно отсчитывали секунды. Комната дышала миром и покоем. Гриня повернулся на другой бок и обнял мирно сопящую жену. Рука его укололась о щетину на родном теле. «Ах ты, етя моя, етя! – с нежностью подумал Гриня. – Опять тебя брить пора!»
Он поворочался еще немного и затих.


© Дмитрий ганДонской
Это сообщение отредактировал DgD - 14 апр 2009 в 19:19