ООО "Проявка мыслей", буковки.

Почему-то, утро в городе всегда бывает только таким – серым, душным и никчемным. Да, в городе тоже, как и вне его, видно солнце. Ну, или хотя бы его отблеск. Да в городе тоже по утрам воздух бывает прохладным и свежим. Ну, или хотя бы есть такая иллюзия. Но все равно, разместив себя наконец-то в транспорте, среди остальных бедолаг, спешащих на работу, ты все это теряешь и утро становится таким, каким было вчера, позавчера, и вообще – суетливым и блеклым.
Митя сидел в самом начале желтенького «Богданчика», спиной к водителю, на двигателе. За проезд уже все передали, и потому больше никто не тормошил и не вынуждал поворачиваться и класть водителю мелочь. Потому Митя снова и снова мысленно возвращался ко вчерашней ссоре с Машей. Она была неправа. Кардинально не права. Своим решением она его обидела и теперь они не разговаривали. Уже целый день. Нет, Митя допускал, что она могла подумать, что те старые диски, половина из которых уже не читаются, ему не нужны и что они и вправду зря занимают место, но взять и выбросить…
Мысль о том, что Маша не права и мысль о собственной обиде круто смешались в его голове.
- А какая-то она у Вас, молодой человек, бледненькая и непроявленная.
Митя повернулся. Рядом, слегка потеснив его, присел немолодой уже человек, в светлом льняном костюме.
- Вы о чем? – слегка неприязненно спросил Митя. Он не любил, когда незнакомые люди обращались к нему на улице, или в транспорте. Почти всегда это оказывались или проповедники или рекламные агенты, что по сути было одним и тем же.
- Я о мысли Вашей. Она бледная и плоская. Практически черно-белая и не проявленная. Не цветная.
У Мити довольно-таки выразительно поднялись брови. «Сумасшедший?» - мелькнула у него мысль-догадка.
- О. А вот эта уже лучше. Больше цвета. – улыбнулся незнакомец. – Вот, возьмите мою визитку, Вам станет понятнее.
Незнакомец протянул Мите визитку.
«Валентин. ООО «Проявка мыслей». Звонить всегда.»
И все. Больше на визитке ничего не было. Даже телефона, по которому предлагалось звонить всегда.
Митя повернул визитку, на обратной стороне ничего не было.
- Вы знаете, понятнее не стало. – он протянул визитку загадочному Валентину.
- Нет-нет. Это Вам – отрицающе покачал головой незнакомец. – Ну, а чтобы понятнее… Вон, видите, возле передней двери, сидит пожилая женщина?
- Та, которая только что закончила говорить по телефону?
- Она самая. Прислушайтесь.
Митя недоуменно посмотрел на собеседника.
- К чему? Она молчит уже.
- Воот. К ней и прислушайтесь. Знаете, ведь это как раз бывает и важнее услышать человека, когда он молчит.
Митя пожал плечами и уже собирался ответить ему что-то не очень приятное и на том завершить их беседу, как вдруг…
«Вот гад же какой!. Ведь знает, что с базара еду, что специально рано встала, чтобы заскочить на базар перед работой. И хоть бы что. Не может встретить. Ведь всю жизнь так с ним – думает только о себе, а я крутись вокруг него».
Валентин смотрел выжидающе на Митю.
- Видите? Это мысль. Такая же бледная и черно-белая, как Ваша. Мой клиент. – он улыбнулся и на долю секунды прикрыл глаза. – Посмотрите теперь.
Митя снова повернулся к сидящей в отдалении женщине.
«Опять спину у него прихватило… Ох, старость. А как в молодости меня на руках таскал, а? Когда я упала во дворе и сознание потеряла, ведь до самой больницы со мной на руках добежал. И навещал каждый день, по 10 километров туда-сюда бегал. А сейчас, вот прихватило. Бедненький мой. Ведь, и хочет встретить, а не может. Ну, ничего, сейчас приеду, массаж сделаю ему, полегчает же».
Женщина сидела, смотрела в окно, а на ее морщинистом лице пряталась улыбка.
- Ну, или вот, смотрите, девушка сидит и хмурится – Валентин слегка кивнул головой в сторону.
Митя посмотрел в сторону, куда кивнул таинственный Валентин и попробовал… прислушаться.
«Ведь не поступлю. На третий вопрос неправильно ответила. И за диктант балы невысокие. Как возвращаться домой? Что маме скажу? Хоть иди и топись… Или в бляди идти и домой уже не ехать»
- Тут, как Вы видите, мысль не бледная, но все равно – нехорошего цвета. Черная какая-то и грязная.
Незнакомец снова прикрыл глаза. Митя уже с нескрываемым любопытством смотрел на девушку и ожидал, когда внутри него снова вспыхнет картинка-изображение чужой мысли.
«А в общем-то, ну и что? Анна Тихоновна в общаге сказала, что если не поступлю, то можно будет договориться остаться за небольшую денежку в комнате. Пойду на рынок работать, чтоб за комнату платить и буду готовиться этот год. А через год снова попробую – я же уже знаю.ч то это такое и с чем его едят. Да и мама поможет. Пусть немного, но поможет. Она же у меня славная. Мамочка… Как же здорово, что ты у меня есть!»
Девушка сидела выпрямившись и тоже слегка улыбалась. В глазах у нее не было грязных туч и облаков, в них ласково и тепло отражалось летнее солнце.
Митя поряс головой.
- А как Вы это делаете? – спросил он у Валентина.
- Секрет фирмы – усмехнулся тот. – Давай я тебе в следующий раз расскажу. Позвонишь, встретимся, и я тебе расскажу. А то ты сейчас свою остановку проедешь.
Митя посмотрел в окно. И вправду, они подъехали к нужной ему остановке, двери уже открылись, пассажиры уже выходили.
Он выскочил в последний момент, извинившись перед людьми, которые уже начали заходить внутрь.
Выйдя на остановку, Митя повернулся к маршрутке и вдруг замер.
«Ну, а сдались мне эти диски? Ведь сам собирался тысячу лет назад выбросить. Ну, чего я на нее взъелся, а? Как я на нее могу за такие пустяки обижаться, ведь я же люблю ее!»
Он молчал, потрясенно наблюдая за яркими цветами, которыми переливалась его мысль.
«Богданчик» отъехал от остановки. В маршрутке сидели люди, с мыслями, от которых на душе у них было легко,а в глазах светилась улыбка. И среди них сидел пожилой человек, в светлом льняном костюме. И улыбался, глядя в окно, на замершего на остановке Митю…

© Ammok