Начиная с нуля

Захар открыл глаза, когда проезжающая машина обрызгала его водой из лужи. На дворе, судя по редким сугробам и грязи, стоял какой-то весенний месяц. Оглядевшись по сторонам, Захар понял, что не узнает местность, не помнит, как оказался на земле, какой сейчас год, а что самое страшное — он не помнит, кто он. То, что его зовут именно Захар, он смекнул по наколке, которую нашел на одном из своих пальцев.

Проведя нехитрый осмотр пустых карманов своей грязной, рваной, дурно пахнущей и безвкусно подобранной одежды и потрогав себя за бороду, Захар сделал очевидный вывод: он бомж.

«Наверное, напился какой-то сивухи, и память отшибло», — решил он, вставая с земли.

Несмотря на то что он был бомжом, Захар совсем не помнил, как нужно себя вести, где жить, что делать и о чём заботиться в первую очередь.

Когда холодный ветерок забрался ему под куртку, задачи начали выстраиваться сами по себе. «Надо найти кров», — смекнул Захар и снова посмотрел по сторонам.

Вдалеке, за магистралью, на солнце блестели разноцветные крыши дачных домиков. Туда-то он и решил направиться.

Дачный кооператив оказался довольно большим и пустынным. Редкие машины стояли там и тут. Люди приезжали проверить ущерб, нанесенный их теплицам и заборам за зиму, убраться в домиках, прикинуть бюджет на будущий сезон.

Захар обошел все дачи, пока не нашел самую заброшенную и унылую на вид. Там-то он и решил начать свой новый жизненный путь.

Домик давно дышал на ладан: прохудившаяся крыша, выбитое окно, мусор по углам и, что самое интересное, настоящая кирпичная печка, вернее, половина печки.

«Пойдёт для начала», — подумал Захар, продолжая осматривать новые владения.

На кухне в шкафах удалось найти какие-то древние консервы с бобами, огромный коробок спичек, соль, десяток пакетиков с сухими супами быстрого приготовления и макаронные рожки, которые лепили, наверное, еще до отмены крепостного права.

В ветхой, покосившейся сараюшке на участке Захар обнаружил орудия труда, которыми когда-то, в недалекой древности, пользовались хозяева этого имения.

Подкрепившись и найдя в прихожей одежду почище, Захар принялся за уборку.

— Ну и поросята тут жили, — причитал новоиспеченный землевладелец, расставляя вещи по полкам и выметая грязь на улицу.

На чердаке он обнаружил какой-то старый журнал по садоводству и материалы для ремонта крыши, которые были сложены сюда с большими надеждами, но проиграли битву с большой ленью.

Первым делом Захар решил залатать все дыры, через которые уходило драгоценное тепло. «Ну точно бомж», — сделал он вывод, когда сорвал первую мозоль на своих нежных руках, давно забывших, что такое труд.

Пару дней у него ушло на ремонт крыши, еще день он потратил на ремонт дверных петель и поиск куска поликарбоната, которым заменил разбитое стекло. Затем он собрал все бездонные ведра, старые чайники, кроватные дужки и ржавые коньки и отнес всё это в ближайший пункт приема металлолома. Выручив немного денег, он обеспечил себя нехитрым пропитанием на месяц.

Прогуливаясь между дачными участками, Захар всегда искал под ногами полезные материалы: доски и саморезы, которые строители теряли в траве при возведении заборов, кирпичи, которыми он постепенно восстанавливал печку, куски кровли. Он никогда не залезал на чужие участки, ведь соседи, обнаружив пропажу, в первую очередь подумают на него, а Захар собирался задержаться в своём новом жилище надолго.

Снег растаял, из города потянулись садоводы и любители шашлыка, заиграло хриплое радио, запахло конским навозом.

Захар старался не попадаться на глаза людям, но, заметив, что никому до него нет никакого дела и даже несколько раз поздоровавшись с соседями, он решил, что его не прогонят, и начал налаживать контакты.

— Добрый день. Я новый хозяин, — салютовал он как-то горбу за косым забором, который мелькал там теперь ежедневно.

Владелицей горба оказалась женщина. Когда она разогнулась, хруст послышался аж в соседней области.

— Чего? — грубо ответила соседка.

— Да… Это… — деловито нахмурил брови Захар, изображая реального хозяина участка. — Скажите, а вам помощь какая-нибудь требуется? У меня с деньгами сейчас туговато — всё отдал за участок. Я бы за семена и мешок навоза мог бы что-то у вас по хозяйству сделать.

— Вы? По хозяйству? Помочь мне?! — вытаращила глаза женщина. По спине Захара пробежал холодок, он почувствовал, что его раскусили. — Если выпрямите забор между нашими участками и спилите ветки боярышника, о чём я уже десять лет не могу допроситься, я вам севок и кое-что по мелочи с удовольствием дам.

— Легко! — просиял Захар.

Нет, это оказалось совсем не легко, но за оказанную помощь Захару не только дали рассаду и семена, а еще и накормили. Жизнь налаживалась. Каждый новый день бомж ходил по участкам, предлагая свои услуги в обмен на рассаду, семена, еду, стройматериалы, а иногда и деньги. После помощи соседям он занимался своим собственным участком.

Выстояв в битве при черноплодке и отстояв землю, разгромив в пух и прах армию одуванчиков, Захар разбил первые грядки и привил крыжовник на смородину. Старый журнал по садоводству и советы местных знатоков помогли правильно наладить производство будущих овощных культур. Наконец из печной трубы показался первый дымок, уличный туалет познал чудесную силу эмали, по проводам пошел ток, а худой шланг прокашлялся и забил фонтанами по всему участку. Дача преображалась на глазах, как и сам Захар. Он загорел, оброс мускулами, приобрел свойственную всем огородникам сутулость, которой ужасно гордился.

Начиналась подготовка к следующей зиме. У Захара были большие планы: запастись дровами, утеплиться по максимуму, договориться с председателем о круглогодичной подаче электричества, пока однажды к его забору из горбыля не подъехала незнакомая машина.

— Здрасти, а вы кто? — испуганно поинтересовался Захар, не торопясь пускать в дом молодую пару.

— Мы по объявлению, договаривались участок посмотреть сегодня. Это же семнадцатый дом? — спросила девушка.

«Вот тебе и планы, — грустно подумал он. — Как обычно, стоит привести в порядок какую-то заброшку, как из ниоткуда появляются хозяева и начинают предъявлять свои права».

— Нет, это не он, — соврал Захар, понимая, что эта ложь мало чем поможет.

— Да? Странно, по координатам, которые дала хозяйка, должен быть он, — сказала девушка, окидывая взглядом участок. — Правда, выглядит намного лучше, чем она его описывала.

— Еще бы, — еле слышно пробурчал Захар.

Через десять минут к забору подъехала ещё одна машина, и из нее вышла какая-то женщина в траурном настроении и в таком же наряде: темное платье, темные волосы, темные круги под глазами. Не зная, как себя вести, Захар на всякий случай затаился в кустах.

Поздоровавшись с молодыми людьми, женщина взглянула на домик и ненадолго впала в ступор. Она внимательно изучила взглядом новенький забор, плодоносящие грядки, отремонтированные крышу, дверь, окна, покрашенный туалет и другие инновации на участке и никак не могла найти слов, пока из своего укрытия не вылетел Захар.

Ни на что не надеясь, он собирался сначала накричать на женщину за то, что та сама виновата и не следила за участком, а потом умолять ее не продавать и позволить ему здесь жить. Он обязательно выкупит у нее эту дачу, как только встанет на ноги. Но не успел произнести ни слова. Женщина его опередила:

— Так вот где ты, гад, пропадаешь! Я четыре месяца его ищу, с ума схожу, а он, видите ли, на дачу переехал!

— Не понял, — отшатнулся Захар от агрессивной хозяйки и на всякий случай схватился за пластиковую лейку.

— Значит, когда я десять лет просила хоть что-то тут сделать, так он палец о палец не ударил, а тут вдруг решил в дачники податься!

— Кто вы?! — испуганно закричал Захар, видя, как женщина надвигается на него.

— Я тебе сейчас скажу кто! — зарядила она ему подзатыльник. — Довел меня почти до седых волос! Я уже дачу решила продать, чтобы деньги на твои поиски выделить.

Подзатыльник запустил все заглохшие процессы в мозгу Захара. Память начала возвращаться фрагментарно.

В странной и нервной хозяйке дачи Захар узнал родную жену. В доброй сутулой соседке — злобную ведьму, с которой он постоянно гавкался из-за забора и боярышника, которые ему были абсолютно безразличны, как и вся эта дачная романтика, доставшаяся ему по наследству. Постепенно Захар начал вспоминать тот день, когда он потерял память.

В то утро он сам решил выставить ненавистный участок на продажу, о чем решил не сообщать жене. Он добрался на дачу, весь измазавшись в грязи по дороге, сделал фотографии, выложил объявление в интернет, затем переоделся в чистую дачную одежду и направился домой. По пути на него напала стая собак, которую Захар сам же и спровоцировал, назвав их вожака блохастым псом и дернув его за хвост. Пока Захар спасался бегством, из рваных карманов вылетели и телефон, и кошелек. Поскользнувшись, он ударился головой о бордюр и отключился. Собаки немного подрали одежду, помочились на обидчика и ушли по своим, более важным, делам.

Этими воспоминаниями Захар поделился с женой, за что получил поцелуй в щеку и извинения.

— А я уже так свыкся с мыслью, что я бомж… Даже как-то немного грустно теперь, — улыбнулся Захар, глядя на плоды своей работы.

— Вы извините, нам просто ехать нужно, — вмешался молодой человек. — Мы готовы купить участок за ту сумму, что была озвучена.

— Извините, но мы снимаем объявление, — сказал Захар, чем сильно огорчил покупателей. Через минуту их машина скрылась за поворотом.

— Я вообще думаю, нам надо сюда переехать. С работы-то всё равно уже поперли, небось, за прогулы, а тут так хорошо, — предложил он жене.

— А может, ты лучше снова память потеряешь и перевезешь нас на юг? — пошутила супруга.

— Давай лучше так съездим. Я тут немного заработал на чужих огородах. На скромный отдых хватит, главное — успеть до сбора кабачков.

Александр Райн