Синички, буковки о людях и городе.

Любому полету нужны силы, но не любому полету нужна цель. Ну, какая может быть цель у этих хлопьев снега, что потеряв силу, одолженую у ветра, опускались на землю, равнодушно-влажно целуя лица прохожих и стекла машин… Никакой. Они просто падают. Тают, становясь основой слякоти. К утру их станет больше и они наконец-то закроют своими телами серую грязь города.
Дмитрий стоял возле машины и смотрел на первый снег в этом году. Давно ли он стал отмечать первые снега? Черт его знает. Но сейчас он стоял и смотрел на него, с наслаждением докуривая первую же за сегодня сигарету. Первый снег… Даст Бог, не последний.
- Дмитрий Алексеевич. – осторожно окликнул его в открытое окошко гелендвагена водитель. – Может, я все-таки подвезу Вас к самой школе? Целый ведь квартал…
- И что? – усмехнулся Дмитрий, - Подумаешь квартал. Я и больше ходил, жил-то я далеко от школы, дальше всех в классе.
Он потушил окурок о край урны, стоявшей возле подъезда.
- Все, Стас, езжай. Я наберу тебя за час до того, как ты мне будешь нужен.
- Хорошо. – кивнул водитель.
***
Он помнил ее. Прошло много лет, прошла, наверное, большая часть жизни, а он все равно помнил ее. Этой дорогой он бегал первоклассником, почти не видным из-за груженого учебниками ранца, этой дорогой он шел пятиклассником, гордо не застегнувшим пальто, чтобы все видели в первый раз надетый им пионерский галстук. Этой дорогой шел он-восьмиклассник, сжимая в слегка потеющих ладонях два билета в кино… Вот, здесь нужно повернуть и пройти по тропке, мимо двух старых каштанов, и тогда, метров через 10 покажется наконец школа.
Он вздрогнул. Не может быть. Неужели? Замедлив шаг, он повернул и подошел к каштанам. Нет, показалось. Тени так легли, ветки так качнуло ветром. Дмитрий был уверен, что на дереве, на той самой ветке висит...
**
- Они маленькие, но с огромным чувством достоинства. Как вы думаете, ребята, почему я так о них сказала. Степанов, сможешь ответить?
Вера Павловна улыбнулась и посмотрела поверх очков на класс.
Они обожали ее. Их первая учительница, научившая их считать и читать, а потом, в старших классах, читавшая у них «лит-ру». Любили они ее за то, что она относилась к ним как взрослым, задавала серьезные и сложные вопросы и всегда готова была помочь, если они вдруг не могли найти ответ.
- Вера Павловна, можно я?
- Ну, попробуй, Дашенька.
- Я думаю, потому что, синички не живут в городе, они живут в лесу и едят то, что найдут там. А в город они прилетают, только когда наступают морозы.
- Правильно, Даша. Они прилетают в город, чтобы не замерзнуть, но живут все-таки в лесу, как свободные птицы.
- Вера Павловна, в лесу они вьют гнезда, а где они живут, когда в город прилетают?
- А где придется. Иногда люди мастерят для них домики. Это, на самом деле, очень просто сделать. Смотрите, сейчас мы будем учиться делать домик для синичек. Все принесли пустые пакеты из-под кефира или молока? Ну, доставайте ножницы…
**
Показалось. На какую-то секунду он так отчетливо увидел качающийся на ветру, привязанный к ветке сине-белый пакет из-под молока, с аккуратно сделанным отверстием. Воспоминания о том, как он его делал и вешал на дерево, были яркими и отчетливыми. Словно это было вчера. Он помнил, как ходил потом, и с радостью смотрел на маленьких, юрких птичек, что деловито порхали на ветках рядом с домиком, залетали и вылетали из него. Было тепло на сердце оттого, что он, такой вот маленький, смог кому-то помочь.
Нет. Просто ветер, просто ветки, просто тень.
Дмитрий достал из кармана настойчиво гудящий мобильник.
- Да.
- Здорова, Димаха! Ты где? Я чутка задержусь, терки тут были не в тему, через полчасика подъеду.
От голоса в трубке неприятно разило алкоголем и самодовольством. Дорогим, качественным алкоголем, но все равно неприятно.
- Хорошо, Михаил.
- Димыч, куда рванем после встречи? У меня тут есть на примете сауна приличная с неприличными девочками.- Миша заржал своей шутке.
- Давай потом решим, я почти на месте уже.
- Ну… Ладно, Димыч, как скажешь. – голос Миши слегка изменился. Не смотря на браваду и показное дружелюбие, Дмитрия он опасался. Особенно после того, как пришлось вытаскивать свою задницу из огня с помощью эсбэшников бывшего одокашника.
- Все, до встречи.
Дмитрий опустил мобильник в карман и пошел к школе. Уже уверенно и быстро, не оглядываясь на случайные тени прошлого.

***
- А Машку помнишь с «Б» класса помнишь? Ну, ту, что в рыжий цвет красилась?
- Ага. Федотов наш по ней все сох.
- Точно! Вышла замуж за военного и уехала с ним в Москву.
- О как. Любовь, поди?
- Ну да. А ты, Димка, как?
Они сдвинули парты, разложили прямо на них нехитрую закуску и, аккуратно разлив по стаканчикам коньяк, сидели и болтали. Их немного осталось. Немного из тех, кто и сейчас приезжал на встречи выпускников.
- Я как? Ну, дела есть, работаю. Женился пару лет назад. Слушай, Парфенова, ну ты же и так знаешь, ты же у меня добавлена в друзья. И фото видела.
- Ну… Да. – Танька Парфенова улыбнулась – А Вера Павловна-то не знает, не видела.
Вера Павловна, совсем не постаревшая, смотрела на них. Перед ней была большая фарфоровая кружка с чаем. Она улыбалась, глядя на них.
Танька где-то нашла эту фотку, скорее всего выпросила у сына Веры Павловны. Нашла, распечатала и вставила в красивую рамку. Сказала, что на встрече выпускников без Веры Павловны будет совсем неправильно. И никто с ней не спорил.
- Ну… - Дима помялся. – Женился и женился. Сын подрастает уже. Ваня.
- А жену как зовут? Ты совсем про нее не рассказываешь, как будто не женился, а бытовую технику купил.
Дима молчал, думая, как объяснить Таньке, что иногда взрослые люди именно так и женятся, напрочь забыв про свои юношеские мечты о любви и прочей чепухе.
Но отвечать ему, к счастью, не пришлось.
За окном класса, выходящим на внутренний дворик школы, раздался визг тормозов и донеслась приглушенная стеклами музыка.
- Степанов приехал. – холодно прокомментировал Ваня, сидевший на подоконнике.
Дима подошел к окну. Действительно, прямо во внутренний дворик вкатился крузер Мишани.
Наконец, музыка утихла, выключились фары, и, широко распахнув водительскую дверцу, на улицу выкатился и сам хозяин.
Подняв голову, он всмотрелся в окна их класса, помахал рукой и засеменил ко входу в школу.
- Ну, нафига этот цирк-то? Перед школой забита стоянка? – в голосе у Таньки была явная злость.
- Ну, конееечно, стоянка. – протянула Лена – а как бы он тогда мог тебе показать свой новый крузер?
- Да сто лет он мне нужен, его «крузер» вместе с ним самим - отмахнулась Таня. – опять сейчас пьяный завалится и будет пошлить и настроение портить.

И тут же, словно подтверждая ее слова, дверь класса распахнулась и внутрь вошел Миша.
- Танюха-ссыкуха, здарова!
Миша, ухмыляясь, подошел к ним и тут же полез целоваться к Парфеновой.
- Отвали. – без особой злости, сухо сказала Таня и слегка толкнула его ладонью.
Мише, нисколько не обескураженный повернулся к остальным.
- Привет, пацаны. Видали тачку себе прикупил новую? – он кивнул в сторону окна. – Надо бы обмыть ее, да и встречу отметить.
Он поставил на стол пакет и начал выгружать из него бутылки и упаковки с едой.
И тут его взгляд упал на фотопортрет, стоящий на столе.
- О… Вера Павловна… Добрый день.
Миша улыбаясь подошел к учительскому столу и Дима почувствовал странное напряжение внутри.
- Вера Павловна, училка по литре… - протянул Миша, глядя на фото.- Ребята, ну ведь совершенно бесполезные же уроки! Ну, чем они мне помогли, когда хачей отжимал с рынка? Чем, в натуре, пригодилась мне эта вся мутотень, когда от «маски-шоу» откупался? Фигня это все, интеллигентская хрень, порожняк, не приносящий бабла.
Миша слегка покачнулся и повернулся к остальным.
- Ну чо, ребзя, бухаем. Димас, так чо потом, к бабам едем, нет?
Дмитрий аккуратно поставил недопитый стаканчик на парту и резко, прямо посмотрел в глаза Мише.
Они смотрели друг на друга секунду-две, потом Миша отвел взгляд.
- Пошел на хуй. Быдло. – тихо, но четко произнес Дима.
Не сказав в ответ ни слова, Миша схватил с парты свой пакет и быстро вышел из класса.
***
Дима стоял и смотрел в окно. Во дворе, возле детских качелек, замерзших на зиму, стоял старый, большой каштан. Ярким белым пятном на нижних ветках его виднелся пакет из-под кефира, с аккуратно вырезанным отверстием. Нельзя спасти всех синичек. Но кто-то же не замерзнет, и это было славно…

© Ammok
Это сообщение отредактировал Vile - 11 дек 2009 в 22:50