Про эволюцию

Мы сидим на маленькой кухне. У нас накурено и за окном темнеет.
- Ещё будешь? – спрашивает Катерина и тянется к ополовиненной бутылке, демонстрируя небритую подмышку, со слипшимися сосульками рыжеватых волос. Её лицо несколько отёчно, большие серые глаза осоловело следят за уровнем огненной воды в захватанном стакане. Катерина наливает не дожидаясь моего одобрения.
Я смотрю на наполняющуюся рюмку, и вспоминаю совершенно другую Катю…

Катя, двадцатилетняя, большеглазая, яркая, любящая жизнь и развлечения. Катин муж – олень. Настоящий олень. Рогатый в смысле. Рога Катя ставила ему постоянно, особо не задумываясь о морально-этической стороне вопроса. Рогатый муж Дима в плохое не верил принципиально и любил жену. Загулы свои Катерина особенно не скрывала, мимикрируя то под заботливую внучку, и мчалась «помогать больной бабушке горчичник ставить», то под любящую дочку, и собиралась на ночь глядя «к маме чайку попить, поговорить и возможно переночевать», то под хорошую подругу, которой надо «поддержать бывшую одноклассницу в её депрессии».
Так и жили.
Всё закончилось непонятно, и неожиданно.
Тёплым майским вечером, Катерина, быстро метнув на стол Димкин ужин, засобиралась по каким-то своим делам.
- Ты куда? – без особого удивления, сквозь прожевываемую яичницу осведомился Дима.
- Ой, подружка позвонила, Оля, ты её не знаешь, говорит что с парнем рассталась, а сама беременная, и родители обратно её с животом не примут.. в общем поддержать надо, страдает бедная… - быстро обрисовывала ситуацию Катя, попутно читая свежепискнувшую смс в телефоне.
- А вернёшься-то во сколько? – продолжал любопытствовать Дима.
- э-э.. ну я думаю, к полуночи вернусь. – Катя задумчиво рассматривала в зеркале правую бровь, на предмет лишних волосков. – не волнуйся, возьму такси. А если что, и заночую прям у Маринки, что деньги-то на такси тратить, правда, милый?
Катерина ласково улыбнулась мужу.
- Какая Марина?! Ты ж говорила Оля… - Дима поставил намыленную тарелку обратно в раковину и повернулся к жене.
- ну конечно Марина! – всплеснула ручками Катя – там же проблемы, парень.. развод, родители в контрах..
Чтоб не продолжать беседу, Катя быстро скрылась за дверью ванной и зажурчала душем.
Дима взял телефон жены, который ещё светился голубоватым экранчиком, лёжа на подзеркальной полочке, открыл последние сообщения, отправил ответ на последний выбранный номер, обозначенный как К25: «мой срочно уезжает к своей сестре, приезжай прямо ко мне, квартира наша!».
Когда Катя в душе зажужжала феном, телефон вновь пискнул. «если ты уверена - еду». Дима, чувствуя неприятный холод в желудке набрал ответ «Уверена. Жду» затем выключил телефон, вынул симку, и снова включил Катькину нокию.
Катерина выскочила из душа, красивая, как всегда, в солнечно-медных кудрях, сияющая глазами, чмокнула мужа в щёку, не глядя схватила телефон, нырнула ногами в туфельки с каблуками и унеслась хлопнув дверью. Дима пошёл на кухню и налил себе водки.
Через двадцать минут в дверь позвонили. Дима открыл дверь приятному парню, который несколько растерянно пытался отгородится от Димкиного взгляда бутылкой вина и букетом ирисов.
- Чё стоишь, проходи, познакомимся – устало махнул в сторону кухни Дима.
Спустя полтора часа, Катерина с заметно испортившимся настроением топала к дому. Телефон у неё не работал, любимого Виталика в условленном месте не оказалось, в довершении Катькиных несчастий пошёл мелкий дождь и её тщательно уложенные волосы собрались в мелкие кудряшки, сделав обладательницу похожей на взмокшего пуделя. Катя была зла. Крутанув ключом дверь квартиры, она не снимая туфель шагнула в комнату, с целью сразу же рухнуть на диван и исполниться жалости к себе… Но разложенный диван был занят. Виталик, которого Катя безуспешно ждала больше получаса, лежал, прикрыв самое интимное катькиным халатом, муж Дима, которого обнимала Виталикова рука, возлежал рядом в не менее голом виде, и в его паховой области копошилась крашеная в «платиновый блонд» голова труженицы интимной сферы обслуживания. Мужики были совершенно пьяны. Катя прислонилась к дверному косяку, медленно сползла на пол и заплакала.
Первый раз она ночевала в собственной квартире в кухне, на раскладушке. Она плакала всю ночь, глядя на запертую дверь комнаты, из которой доносились звуки пьянства и разврата. К утру, трудолюбивая девушка платинового окраса, хихикнув в Катькину сторону, ушла. Потом, не глядя на зарёванную Катю, умылся и ушёл Виталик.
Муж ушёл последним. Умывшись, собрав вещи и плотно позавтракав. Катя попыталась заговорить с ним, и была проигнорирована. Когда Дима стоял с сумкой в прихожей, Катя попыталась закатить скандал и получила первый в жизни фингал под глазом. С тех пор Катя жила одна. Одно время к ней приезжала пожилая мать, просила не пить и помириться с мужем, который первое время привозил ей жратву и деньги, а потом переехал в другой город, и к негодованию бывшей тёщи перестал содержать Катьку, ссылаясь на совершеннолетие и дееспособность последней.

Катерина наполнила свою рюмку, подняла бутылку и на просвет обнаружила ещё немного огненной воды на дне.
- Тебе налить? – икнула Катя.
- Спасибо. Не буду. Мне уже пора. Поздно.
- Все суки. – резюмировала Катя. – что мужики, что бабы.
Дальнейшее общение было бессмысленным. Она вылила то немногое что было в бутылке себе в рот, оснащённый гниловатыми зубами. Отмечаю, что нескольких зубов уже не хватает.
Я выхожу из пропахшего бомжатиной подъезда, вдыхаю свежий ночной воздух и иду домой, стараясь не думать о Катерине, моей бывшей подружке, самой красивой девочке курса, алкоголичке со стажем. В этот вечер ей исполнилось тридцать лет.

До сих пор думаю, что всё произошло потому, что Катя не утруждала себя запоминанием цифр, и никогда не ставила на телефон запрос PIN-кода.


© КГМ (кора головного мозга)