18

Девочка сидела на скамейке, и рыдала. Она выла об бессилья, ей было плохо, слезы капали на кафельный пол с таким оглушительным звоном, что я просто не смог пройти мимо. Аккуратно приблизившись к скамейке, я присел рядом, и погладил девочку по спине. Нежно-нежно, ласково – наверно, только мать смогла бы сделать это лучше меня.
Девочка резко дернулась в сторону, и испуганно взглянула на меня. Её красные от слез глаза изучали мое лицо, а я смотрел на нее, и видел красивую девушку, которая лишь на первый взгляд показалась девочкой, юной и хрупкой.
Девушке было около двадцати пяти лет, она была хороша собой, но, видно, ей несладко пришлось в жизни – халат висел на ней как на вешалке, тонкие руки и запавшие глаза выдавали ее большие проблемы.
Судя по всему, она разглядела в моих глазах тревогу за нее, потому что придвинулась обратно ко мне.

- Кто Вы? – спросила она у меня.
- Я? Я просто человек, который шел, и увидел, как ты плачешь, и я…. Я просто не смог пройти мимо.
- А зачем Вам это нужно?
- Не знаю. Может быть, я Бэтмен?
- Человек летучая мышь? - наконец-то улыбнулась она, и правой рукой утерла слезы, а на левой руке у нее были странные часы без циферблата, довольно массивные. Я решил, что это какая-то особенная модель, которую я раньше просто не встречал.
- Да-да-да!!!
- Нет, Вы не похожи на него, Вы похожи на Железного Дровосека. У него было такое же доброе и нежное сердце.
- Тогда Вам нельзя плакать, ведь иначе я совсем заржавею, а масло найти нынче не так просто, - улыбался я в ответ.
- Я не буду больше, честное слово! – и столько искренности было в этих словах, что я не удержался. Я взял ее ручку в свои большие руки, погладил её, и поцеловал так нежно, как только сумел.
- Ой! – воскликнула она, - Спасибо, Железный Дровосек!
- Тогда я буду называть Вас Элли! – я продолжил игру.
- Но друзья не обращаются друг к другу на Вы, - хитро подмигнула она.
- Хорошо, милая Элли! Мы давно не виделись, ты же знаешь, я был в замке злой Бастинды, и победил ее. Поэтому я не знаю, как у тебя дела. Расскажешь?
- Молодец! Но я не расскажу тебе ничего. Зачем тебе знать?
- Потому что мне на самом деле интересно, и я хочу помочь тебе.
- Милый Дровосек! К сожалению, мне уже никто ничем не сможет помочь.
Я внимательнее взглянул на нее.
- Что же случилось?
- То, что всегда происходит с нами, но тебе на самом деле не нужно об этом знать, потому что тогда ты будешь плакать, и твои суставы заржавеют. А масла у нас нет, помнишь?
- Скажи тогда, что я могу сделать, чтобы тебе стало легче?
- Я и не знаю…. Купи мне яблочный сок. И шоколадку, пожалуйста! И, наверно, мороженое.
- Конечно, милая моя Элли! Я сейчас, ты слышишь? Подожди минут пять, ладно? Никуда не уходи!
- Я верю, что ты найдешь меня, Железный Дровосек, даже если я уйду. Ведь мы уже связаны нашей дружбой, правда?

Подмигнув ей в ответ, я быстрым шагом направился за гостинцами. Ходил я довольно долго – прошло почти пятнадцать минут, вместо обещанных пяти. Я купил и шоколад, и мороженое, и сок, но не это было главное – я нес ей огромного зайца, и прекрасный букет цветов. Ведь Элли не должна плакать.

Она заметила меня сразу, как только я зашел в коридор. Вскочив со своей скамейки, она побежала ко мне навстречу с криком:
- Железный Дровосек вернулся, он вернулся, слышите? И я ничего не боюсь, я буду жить, буду жить всегда, потому что….. – внезапно ее крик оборвался, она запнулась, и в бессилии прислонилась к стене. Часы на нее руке пронзительно запищали.
Пакет с вкусностями выпал у меня из рук. Прошло всего пять секунд.

На этот писк из какого-то кабинета выбежал человек в белом халате, и, увидев ее, закричал мне:
- Скорее сюда, помогите мне, быстрее, бегом-бегом!!!!
Я сорвался с места, прижимая к себе зайца, и размахивая букетом. Человек был уже около нее.
- Помогите мне, поднимите её, и несите скорее за мной!
Она сидела на полу, прислонившись к стене. С трудом подняв голову, она посмотрела на меня:
- Дровосек, ты… Спасибо… Это мне? Спасибо… Спасибо…

Я аккуратно поднял ее на руки, как самое дорогое, самое ценное для меня, и быстрым шагом пошел за врачом. Она прижала зайца к своей груди. Прошло еще восемь секунд.
Мы зашли в комнату с ярким, ослепительным светом. Меня окружили какие-то люди, и забрали мою Элли у меня из рук. Кто-то начал выталкивать меня из этой комнаты, а я ничего не понимал.

- Дровосек, мой милый дровосек…. – услышал я шепот. Она звала меня.
Я оттолкнул человека, который гнал меня к выходу, и бросился к ней. Она ничего не сказала, она лишь подарила мне взгляд, один лишь взгляд. Большей нежности, любви, поддержки и надежды я не чувствовал никогда. Её глаза закрылись, и она лишь чуть сильнее прижала к себе зайца.

Через две минуты из палаты интенсивной терапии вышел доктор, и присел на ту самую скамейку рядом со мной.
Молча он достал сигареты, и предложил мне одну. Я отрицательно помотал головой.
- Она умерла, - его слова громом прозвучали в безжизненном коридоре.
Я был неподвижен.
- Понимаешь, у нее была опухоль, огромная опухоль головного мозга. Мы уже ничего не смогли сделать. Я не знаю, кто ты, и откуда взялся, но…. – он не знал, что сказать.

Я поднял букет цветов, который так и не успел отдать ей. Он потускнел, побледнел, и даже лепестки сжались и потемнели. Всего лишь восемнадцать минут счастья, огромного счастья, которое…. Которое дороже всего на свете.

Букет высох, но не осыпался. Он стоит на самом видно месте у меня в квартире, и каждый вечер я засыпаю, глядя на него. Я счастлив. Я знаю, что во сне ко мне придет моя Элли.

© Dsident
Это сообщение отредактировал Штурм - 14 окт 2010 в 08:47