Реквием по пизде

Я был в восхищении от её дырки, так бывает. И в этом не больше скотства, чем в редком посещении родителей, и многим меньше, чем при визитах к старикам, если понимать о чём я. Такой подход прост, хотя примитивным я бы его не назвал. Это как нельзя кстати при ритмах мегаполиса. Встретились, стукнулись, разбежались. Как бы там не пыхтели эстеты, дырка — эпицентр вожделений, и, похуй, хороший человек или плохой! А то придумали хуйню: «Главное, чтобы человек был хороший». В ебле этот лозунг лишний.

Помимо кормушки у неё имелся ещё один неоспоримый бонус – она умела пить. Умела, любила, и мы не отказывали себе в праве добавить ультрамарина насущному…

Я тогда лихо управлялся с метлой. Честное слово, мне нравилось это исполненное философии занятие. Вставал в пять утра, ел доширак, густо сдабривая его майонезом… Если в моём распоряжении имелся «план», то прелесть мира с утра была по-особому остра. Чего я ненавидел, так это сбивать сосульки, наверно потому, что я фаталист и просто они мне нравятся.

Я мёл свой Бродвей Докукина, часто останавливаясь перекурить, или проводить взглядом роскошный тыл. При взгляде на жопу, я получаю не меньше позитива, чем от горящего костра и точно больше, чем при созерцании Москвы реки. Готов даже сложить жопе гимн, но начал уже с дырки, поэтому отложим это благородное занятие, до другого раза…

Она работала в кафе, его облупленные ступеньки я обметал и посыпал солью за дополнительную мзду. Часто удавалось сговориться с хозяином и сорвать Джек Пот в виде тарелки щей или ржавого бифштекса… Трудно вспомнить первые слова, взгляды и всю такую муру. Но зато помню, как первый раз загнал ей. У Димы в ванной, стоя. Мы переполошили весь дом. Потом его пахан до утра смолил Пегас в кухне и то и дело шмыгал мимо нас, лежащих на полу в зале.

С узкой щёткой жестких волос её щель не то что была узка, но как-то по-особому эластична, что ли. Она буквально жевала ею мой счастливый болт, вот что было незабываемо. Я бы соврал, если бы сказал, что забыл её мутный, влажный взгляд и полуоткрытый рот. И, что вкупе с чавкающими звуками это не имело значения – имело. Примерно такое же, как план после укола, или когда героин с винтом. «Но всё-таки пизда была её фабулой, грот мачтой!»

Миграционная служба, прощёлкав ебалом все мыслимые и немыслимые запреты, вырвала из моих рук метлу. Видимо приехавшим людям настоебали дыни и вода из арыков, они так же, как я просекли кайф метлы. Но они сука оказались многим умнее меня и готовы были владеть метлой практически бесплатно. Однажды в ЖКУ я был послан с почётом нахуй. Мне вчинили в вину что-то по поводу бычков. Нагло обвинили в некомпетентности и разномыслии. В этих догматах по-другому и не обвинишь, поэтому ушёл безропотно. Люди, которым обрыдли дыни, с серьёзными лицами наблюдали мою анафему…

Я взял небольшую паузу, близился новый год. Она по требованию привозила вина, пизды и мандаринов. Стыли за окном сосульки, часто разворачивая её лицом к городу, я забывал о проблемах. Мы почти не разговаривали. И совсем перестали разговаривать, когда я снова нашёл работу.

Служба доставки. Многим фирмам не нужны никакие части тела, кроме ног. Ноги у меня росли, поэтому наверно меня туда взяли. Что по мне — должность Быстрый Олень — пришлась кстати. Маршрутизация не требует особого мозгоёбства, относительно свободы — свобода была. Работодателям похуй какое средство транспорта я выберу, главное чтобы вернулся с бумагой, подтверждающей получение товара в целостности и в срок. Чего не хватало, так это времени. Вот тут то и пригодилась скоропалительная задвижка...

Мы походили на хоккеистов, грохнулись и побежали дальше. Она не требовала никаких слов, красивых жестов, подарков и прочей хуйни. Она прекрасно всё понимала. Когда не было хозяина кафе, мы пользовались подсобкой. Ебал её на ящиках, на мешках, долбились просто стоя, как часовые. Потом я нашёл подъезд с пожарным загоном. Подымался на лифте на пятнадцатый этаж, спускался на один пролёт вниз. Она обычно ждала меня с сигаретой, красивый был вид из окна…

Как-то, в конце февраля я довольно смачно наебнулся вместе с коробкой. Там что-то хрустнуло, арбитр показал красную карточку. Может виной были первые признаки весны, может я расстроился из-за перелома лодыжки, не знаю. Не звонил ей, не просил встречи, не отвечал на её сообщения…

К тому моменту, как мы увиделись, она вышла замуж. У меня была идея пригласить её к знакомому стоматологу-протезисту, чтобы он вылепил мне барельеф её пизды. Я не так чтоб очень извращенец, просто на память. На долгую, вечную память. И повесить его на стене. Во всяком случае, пизда импозантней рожи премьера!



© Зипун