Притча о том, как художник каждого обидеть может

Однажды знаменитый на всю Японию самурай Рюкия Нэнко, выходя из лапшевни в которой только что сытно пообедал, приостановился в дверях и, загородив могучим телом весь проход принялся утирать рукавом свои жирные от бульона губы. Делал он это так нарочито долго, тщательно промакивая каждую губу и с наслаждением потирая усы и бороду, что по обе стороны от него уже успел столпиться желающий войти или выйти простой люд. Однако хорошо зная вспыльчивый нрав Рюкия, а так же то что в искусстве фехтования на мечах ему не было равных во всей Японии, никто не смел его поторапливать: народ молча стоял и смиренно ожидал покуда богатырь сам не закончит свои дела и не освободит наконец проход.
На ту пору мимо проходил один художник по имени Кудзи-но Пуцзу. Заметив толпу народа у входа в почтенное заведение, Кудзи подумал и решил что, вероятно, в этот день там подают какую-нибудь особенно вкусную лапшу и, быть может, за не особенно большие деньги. К тому же и в кошельке, и в брюхе у небогатого художника как раз имелось достаточно свободного места, и с этой мыслью он подошёл и принялся проталкиваться сквозь застывшую толпу, покуда не уткнулся носом в самого Рюкию, который между тем и не думал уходить и, довольно покрякивая, продолжал свою послеобеденную процедуру.
- Уважаемый, - простодушно молвил тогда Кудзи, - Если вы сами уже покушали (а вы безусловно покушали, это хорошо видно по вашему толстому животу!), то пожалуйста, не мешайте и другим сделать то же самое, освободите проход!
И с этими словами как следует ухватился за рукоять знаменитой Рюкиевой катаны и принялся, орудуя ею словно рычагом, проворачивать грузное самурайское тело в узком проходе, постепенно втискиваясь между ним и краем сёдзи.
- Негодяй! - взревел от ярости богатырь Рюкия, и будучи не в силах сдержать раздражения ухватил незадачливого художника за шиворот и выволок его на улицу. - Мало того, что ты прилюдно меня унизил, посмеялся над моим хара и проявил непочтение к моему социальному статусу, так ты же ещё и посмел коснуться моего меча! МОЕГО! МЕЧА!!! Будда мне свидетель, ты заслуживаешь смерти! Но нет, я не стану убивать тебя прямо здесь: я благородный человек, не то что некоторые, и поэтому я дам тебе время до завтра, чтобы ты мог проститься с близкими, составить завещание и подготовиться к поединку. А завтра на рассвете я приду, и будь уверен, прерву твою никчёмную жизнь этим самым мечом! Засим сайонара, мерзавец!
С этими словами Рюкия развернулся и, бодро чеканя шаг, отправился в свой дом: готовиться к поединку и порубать дежурные 333 рисовые циновки.
У Кудзи же не было ни меча чтобы наточить его перед боем, ни родственников чтобы проститься с ними и составить завещание. Поэтому он просто попил чаю с бутербродами, посмотрел телевизор и лёг спать.

Наутро, чуть свет, перед домом художника собралась большая толпа крестьян, а вскоре пришёл и сам обиженный Рюкия Нэнко. Самурай решительно подошёл к двери, и принялся колотить в неё своим пудовым кулаком:
- Выходи, проклятый Кудзи-но Пуцзу, будь мужиком и умри за своё невежливое невежество!
Дверь скрипнула, и в проёме появился заспанный и всклокоченный со сна Кудзи. Продрав глаза и похлопав ими с минуту на воинственно настроенного самурая, на толпу народа вокруг и на краешек солнца, как раз показавшийся над вершиной Фудзи, он задумчиво почесал нос и молвил:
- Прежде чем умереть, я бы хотел сделать одну вещь...
- Это твоё право, - ничуть не удивился Рюкия, - Но какую?
- Ты - знаменитый на всю Японию самурай, мастер меча и всё такое... После тебя останется твоя вечная слава великого воина, множество учеников, последователей и школ имени тебя, твоё имя впишут в историю. А я - простой художник, и после моей смерти не останется ничего кроме моих картин. Поэтому сейчас я бы хотел нарисовать свою лучшую картину... ну, к примеру, кота! Одного кота, и всё. А потом можешь убивать меня сколько угодно, мне по утрам вообще как-то без разницы...
Произнеся эту речь Кудзи-но Пуцзу развернулся, прошёл на кухню, налил себе чашку кофе, сел за компьютер, запустил фотошоп и принялся рисовать. Рисовал он довольно шустро, вдохновенно, легкими взмахами стилуса над планшетом создавая лучшего в мире пушистого, рыжего, толстого как бидзэнская тыква кота, а могучий Рюкия стоял за спиной художника и с любопытством заглядывал ему через плечо в монитор. И по мере того как рисунок подходил к концу, выражение лица сурового самурая становилось всё мягче, всё добрее, а под конец и вовсе засияло блаженной улыбкой.
- Няааа! Кавайййй!!! - в восторге вскричал Рюкия когда кот был уже почти совсем готов, и слёзы умиления хлынули из его глаз прямо за шиворот позабывшему обо всём на свете художнику, от чего тот резко вздрогнул и случайно выдернул ногой шнур питания из розетки...
- Ах ты-ж #$%^, твою мать!!! - возопил, дрожа от негодования, Кудзи-но Пуцзу, вскочил со стула, развернулся и с силой воткнул зажатый в руке стилус прямо в левый глаз самурая, после чего выхватил у того из-за пояса короткий меч вакидзаси и в мгновение ока нашинковал им героя Рюкию в капусту, а то что осталось допинал ногами. Потом пошёл в дом самурая, жестоко надругался над его женой и тоже убил её, а после и всю остальную семью, включая младенцев и случившихся поблизости учеников - последователей несчастного Рюкии.
***

С тех пор в народе ходят легенды о трагической гибели великого воина и всей его семьи от руки какого-то злого тэнгу, крестьяне из уст в уста пересказывают эту историю, с каждым разом приукрашивая её всё новыми и новыми терзающими душу подробностями.

А самого художника Кудзи так никто и никогда больше не видел.
Говорят, будто бы он взял себе другое имя, ушёл от мира и никогда больше не нарисовал ни одного кота, но скорее всего врут... Я так думаю! )

© xenopus