О любви к фауне, алкоголизме и прочем, алкотрешевый сериал

Продолжение алкотрешевого сериала. Последний - Кот, Колян и весна.

Внезапно и довольно противно домофон закурлыкал журавлём, улетающим в тёплые ебеня. Я вышел из астрала и стал строить версии, кто бы это мог быть.
Визита тёщи совсем не ожидалось, поскольку последняя благополучно пропалывала корнеплод морковь на своих шести сотках. Спаммер, разбрасывающий всякую рекламную херню по почтовым ящикам, тоже исключался. Визит околоточного по заяве еблана, поставившего свой сарай на колёсах напротив подъезда, который перекрыл весь проход и которому я насыпал семена какого-то злака на капот, к вящему удовольствию пернатых был, конечно, маловероятен, но всё-таки…
Поэтому я вместо брутального «какого хуя?» нейтрально вопросил в домофонную трубку: «Внемлю!»
- Бо-о-я-я-я-ре, а мы к вам пришли! – бодро ответила трубка, дыхнув, как мне показалось, свежачком.
Сомнений быть не могло – пришли Колян и Серёга, два моих закадыки, и пришли, судя по всему, в нетрезвом состоянии алкогольного опьянения.
- Самолёт летел, колёса тёрлися,
Мы не ждали вас, а вы припёрлися, - пробормотал я и жмякнул кнопку, чтобы пропустить корефанов.
Через три минуты двери лифта обезнадеживающе распахнулись, и я узрел радостные мордахи друзей. В пакете в руке у Коляна безрадостно булькнул литр.
- И по какому поводу у вас журфикс? – не без интереса спросил я.
- У Серёги внучка родилась! – проинформировал Колян.
- Нууу! И когда?
- Месяц назад!
- И вы всё это время…
- Ну, в общем, да… Короче, надо бы ножки обмыть!
Внутри организма беспокойно зашевелилась печень, а в душе – сомнения и совесть. Память услужливо напомнила, как в прошлый раз Серёга неприцельно отбомбометался в сортире, а Колян пытался склонить соседку к сожительству.
Незаметно перехватив у Коляна пакет со спиртосодержащим продуктом, я решительно заявил:
- Не, мужики! А давайте-ка в парк! Погоды стоят ахуенные, тепло! А там – растительность, шашлык, водоём! И пиво!
На слове «пиво» у закадык сработал рефлекс, как у собаки Падлова.
- А пошли! – махнул рукой Серёга.

В парке матроны неспешно прогуливали своих мелких отпрысков обоего пола, почему-то бросая на нашу троицу покорные коровьи взгляды, а также дефилировали молодые люди с орлиными носами, и в единой униформе – спортивных костюмах с надписью «RUSSIA» и красных мокасинах.
- Эт кто? – озадачился Колян.
- Это индейцы, Коля! Неужели не видно?
Серёга свирепо созерцал представителей нетитульной, так скажем, национальности, которые уже, признаться, изрядно подзаебали столицу. В это время Колян горячо шептал мне на ухо:
- Да достал уже… Месяц не просыхает на радостях! И меня спаивает…
Мы зашли на развлекательную территорию, где стоял ресторанчик. Я кивнул шашлычнику – колоритному армянину с пышными усами, вызывавшими у меня белую зависть, и показал три пальца.. Усовладелец понимающе кивнул.
Через десять минут перед нами стояло по бокалу ледяного пива, янтарно отсвечивающего в лучах солнца, и по порции погребённого под тонко нарезанными кольцами лука отменно прожаренного шашлыка, в окружении стогов травы с ломтями свежайшего лаваша.
- Ну, за ножки! – я поднял бокал.
В бокалах вздрогнули пенные шапки.

- А эт чего за колхоз? – после шестого бокала Серёга обратил внимание на стоящие клетки с живностью. В одной клетке кролики вели свою половую жизнь, в другой сидели голуби, в третьей охуевшая от жары белка скакала туда-сюда, в четвёртой же на верхней жёрдочке с похуистичным видом сидел павлин-мавлин, и прицельно серил, стараясь попасть в копающихся внизу фазанов. В крайней же клетке на куске сухого древесного ствола замер варан.
- Ёпта, и динозавра сюда притащили! – икнул Серёга. Ящер почему-то заинтересовал его больше всего, и он внимательно стал обходить вокруг клетки. Варан сидел неподвижно, и только изредка помаргивал да пробовал на вкус окружающую среду раздвоенным языком. Серёга, сделав пару витков по орбите клетки, нашёл отверстие в сетке и сунул туда палец. Рептилия среагировала на добычу молниеносно, и основательно тяпнула Серого за указующий перст.
- Бля.. – протянул Серега, доставая окровавленный палец. – И чё теперь будет?
Я старательно вспомнил интернетовскую байку, где домашний варан тоже укусил хозяина, и потом бегал за ним, как собачонка, причём жертве казалось, что ящер извиняется, и пелену с его глаз снял только ветеринар, сообщивший, что на зубах рептилий содержится яд, и, укусив, они ждут, когда жертва склеит ласты, чтобы потом с аппетитом пообедать. Собственно, и пересказал это Серёге. Молодой дед насторожился:
- Это ты к чему?
- В общем, пизда тебе, - утешил я друга. – Дедушка старый, ему всё равно…
- Да я хочу жить, ёпта!- завыл Серёга. – «За речкой» не грохнули, и тут какая-то холоднокровная скотина, меня, целого подполковника!
- Пошли в травмпункт! – потянул я его за рукав.

В травмпункте в этот вечер населения было много – сказывались бурные выходные, и соответствующие последствия – асфальтит, когда граждане ставили под сомнение закон всемирного тяготения, или банальный мордобой, когда сомнению подвергался уже тезис: «Ты меня уважаешь?». Исключение составлял молодой человек с отбитой филейной частью, который удачно наебнулся на неё из окна третьего этажа, присев на узкий подоконник покурить, гордо поплёвывая вниз.
- Смертельно укушен! – обращаясь к страдальцам, ткнул я пальцем в окровавленного Серёгу, и довольно бесцеремонно ворвался в кабинет к дежурному эскулапу. Эскулап был молод и безус.
- Раздевайтесь! – буркнул он, не отрываясь от писанины.
- Доктор, - прониконовенно сказал я. – Не мне, к счастью, нужно врачевание, а зверски укушенному другу моему…
- Кто укусил? – доктор поднял на меня глаза.
- Варан!
- Ну-ка, ну-ка! – юный Айболит заинтересовался.
- Доктор, - я добрым и просительным взглядом заглянул ему в очи. – А нельзя сделать так, чтобы он ещё и с Бухарой завязал?
- Я не нарколог, - насупился врач.
- Понял! – на столе у доктора появился тот самый литр.
Доктор вздохнул и убрал тару в шкаф.
- Введите!
Колян открыл дверь и завёл бледного, как всеобщий пиздец, Серёгу.
- Вот больной, доктор!
Врач внимательно осмотрел Серёгин палец.
- Доктор, есть надежда? – пустив слезу в голос, вопросил я.
Врач с сомнением покачал головой.
- Впрочем, есть один антидот…
Серёга воззрился на него, как на Спасителя.
- ..Только при его применении пить нельзя. Три месяца. Согласны?
- Дааааааааа!
- Снимайте штаны, - доктор щёлкнул по кончику ампулы с противостолбнячной сывороткой.

- Красота, бля! – Серёга жадно приложился к опустевшей на две трети «сиське» кваса. – Как же хорошо жить, ёпта!
На листьях раскидистой липы, на скамейке, воркующих и кадрящихся голубях играло солнце.

© Штурм
Это сообщение отредактировал Штурм - 2 июл 2012 в 14:29