Школьная любовь., Коротко и грустно.

- Колька, там Ерофеев опять Ирку обидел!
Восьмиклассник Коля пулей вылетел из кабинета русского языка и побежал по коридору к лестнице. Ерофеев стоял со своими друзьями в конце коридора, у дверей к лестничному пролету, и весело смеялся, что-то рассказывал, жестикулировал руками, в одной из которых сжимал голубую ленту, пятью минутами ранее бывшую красивым бантом в волосах Иры Дорофеевой.
Подбежав, Колька выхватил ленту и толкнул Ерофеева в плечо.
- Ты гад! Что ты к ней все время лезешь, она же девчонка! Лезь лучше ко мне или ты только с теми, кто слабее можешь?
В тот день, из школы, Колька явился домой с синяком под глазом…

…За гаражами, где старшеклассники курили, скрываясь от учителей, шла драка. Два десятиклассника молча, сосредоточенно, со знанием дела покрывали друг друга ударами. Вот еще удар – и один из парней летит наземь, зажимает рукой разбитый нос, а вторую вскидывает в знак остановки драки. Победитель сплевывает кровью и, глядя противнику в глаза, произносит:
- И чтобы больше не смел Иру лапать. В следующий раз убью. Понял?!..

…Рука с бокалом шампанского замерла в воздухе, сидящие за столом люди смотрят на Николая, свидетеля жениха. Он обводит присутствующих взглядом, чуть печальным для такого радостного события, останавливается на невесте.
- Дорогие Ира и Олег, я хочу выпить за вас! Пусть ваша совместная жизнь будет преисполнена счастья, любви и радости! За вас! Горько!..

…Наконец-то привал. После уничтожения последней группы боевиков их взвод уже неделю ходит по этим горам.
Солдаты организовано устраиваются на отдых, пусть и не долгий.
Коля достает из внутреннего кармана письмо, что получил еще две недели назад. В который раз он перечитывает его. Олег пишет, что у них с Ирой родились двойняшки, прекрасные девчонки. Назвали Екатериной и Вероникой…

…Автомобиль несется по ночной дороге, в два раза превышая разрешенную скорость. Быстрее, еще быстрее, главное – успеть!
Вот и аэропорт, бросить машину, бежать, бежать!
Где эта чертова посадочная зона?! Ну где же?!
Не успел… Не успел попрощаться… Они улетели. Она улетела… Олег выполнил свою мечту и перевез семью заграницу…

- Коль, ну зачем, мы бы и сами справились…
- Олеж, это же ее мама. А я помочь могу, пусть и деньгами. Сделают операцию, все будет хорошо, найдем сиделку…
- Нет, Ира сама хочет ухаживать за мамой, дети с моими родителями поживут, а мы с женой здесь, пока это будет необходимо… Спасибо тебе, Коль… Я, как только, так сразу все верну!
- Отставить, я не в долг даю, так что забудь и если не хочешь меня обидеть – не вспоминай об этом никогда…

…Их было четверо. Молодые, наглые, пьяные от вседозволенности и пива.
Она возвращалась домой из аптеки – покупала лекарства для матери. А у них играла кровь, им хотелось развлечений… И у одного из них был нож…

…Николай напряг все свои связи, платил всем, кому можно, чтобы была лучшая больница, лучшие врачи и лекарства. Он звонил, ездил и разговаривал, метался то туда, то сюда, выписывал врачей из-за границы, из-за океана, но все тщетно – Ира не выходила из комы…

…Под сенью желтеющих осенних деревьев, на небольшой лавочке сидел мужчина. На вид ему было лет 35, с редеющими волосами, подернутыми сединой, в приличном костюме, начищенных туфлях, он сидел с опущенной головой и, не мигая, смотрел под ноги. В руках он держал старую, выцветшую голубую ленточку и небольшой букет цветов. В окружающей тишине иногда были слышны только сдавленные короткие всхлипы, как будто бы у человека насморк, а платка нет.
Вот мужчина поднял голову, обвел влажным от скупых слез взглядом свежую могилу, покрытую цветами и венками. Взгляд остановился на фотографии улыбающейся девушки. Он помнил ее такой, молодой и улыбчивой. Фотография была сделана в ее студенческие годы. Он помнил ее разной. С самого первого раза, когда увидел ее. Еще в 8 классе. В первый же день в новой школе, войдя в свой новый класс, он увидел ее. И мгновенно влюбился. И пронес он эту любовь через всю свою жизнь, хотя взаимности так никогда и не случилось.
Не помогли ни связи, ни деньги. Она умерла, а тех гадов так и не посадили, папаша судья одного из них оказался с более сильной рукой. Как же так… Получается, что можно совершить преступление и остаться безнаказанным?
Николай поднялся, положил свой нехитрый букетик на могилу и подмигнул фотографии. Сунув руку под пиджак, он достал пистолет Макарова, отщелкнул магазин, проверив патроны, загнал его обратно и передернул затвор.
Он знал по именам всех четверых уродов. Он знал, где они живут. А еще Колька знал, что за то, что они сделали – жить они перестанут.

Конец.