Чуть-чуть Полтавы, зарисовка пост-дорожняя

- Центр, это три сотни, тариф повторите.
- Три сотни, тариф четыре восемь.
- Понял, спасибо.
- Центр, три сотни, закройте меня, на сегодня все.
- Три сотни, закрываю, спасибо за работу.
Пожилой таксист принимает от меня деньги, открывает багажник, достает чемодан.
- Далеко?
- В Полтаву.
- О… - таксист почему-то улыбается. – Волшебный край. Вкусно кормят, только помни, там каждая вторая жинка – ведьма.
Улыбаюсь в ответ, киваю.
***
Да, снова поезд. Снова командировка. Люблю ли я их меньше, чем годы назад? Не знаю. Иногда устаешь от них сильно, но, есть мысль, что без них как-то уже будет не то. Новые места, новые люди, новые впечатления – новая пища для ума. Иногда бывают странные встречи, о которых и не знаешь что думать. Но думать продолжаешь.

Невыспавшийся проводник, влажное белье, сломавшийся кондиционер, храпящая попутчица – начало поездки было настораживающим. Но как-то все обошлось. Как-то смогла Полтава сгладить это все, как-то заставила забыть. С первым же шагом на Альтанке, с первым взглядом вдаль и вниз – до первого пропущенного сердцем удара. Я не смогу описать словами, как там красиво. Схожее чувство потрясения у меня было лишь на мысе Фиолент, возле Севастополя. То состояние, которое никак словами не выразить, но которое потом еще долго помнишь. Состояние, когда улыбается и радуется увиденному само твое сердце.
- Хлопчику, а сфотографуй нас з онуком, будь ласка.
Повернулся. Бабушка протягивает мне старенькую "олимпию". Опрятная бабушка – впечатление помню. А во что одета была – хоть убей, не скажу. Глаза помню – внимательные, причудливо живые - словно бы не только она ими смотрит.
Стала напротив альтанки, так чтобы колонны за спиной были, внука рядом поставила. Внук жмется к ней и одновременно глазами по сторонам кидает. Интересно ему все, видно, не каждый день такое видит.
Сделал несколько кадров, протянул фотоаппарат обратно.
- Спасибо, хлопчику. Мы з Кротенкив приехали, онуку обицяла показать, как красиво оно бывает.
Странное дело, обычно меня безумно раздражает суржик. Я с любовью отношусь к украинскому языку и не люблю, когда его коверкают. А тут вот как-то даже и не замечаю его. Почему-то улыбаюсь только и все.
Попрощался с ними, поехал в офис, дела ведь ждали.

А дальше, что Полтава, что не Полтава – набор действий один и тот же. Работа. Любимая, по душе, но все-таки работа.
***
Устало катил чемодан к зданию вокзала, размышлял на тему, что надо бы в дорогу взять чего-то. Хоть и не хотелось особо ничего после галушек в "Хуторке".
- Ай, беда ждет тебя! Послушай, все скажу.
Взглянул косо, недобро. Так и есть, мало мне их в Одессе, и тут их подавай – цыганское племя. Бежит ко мне, молодая да в своем недобром ремесле ранняя, в глаза смотреть пытается, прощупывает на предмет доступности.
Шагаю уверенно мимо.
Хватает за руку.
Рву руку в сторону. Вообще уже страх потеряли?
- Ай, зачем так грубо ведешь себя? Мы беду видим, тебе помочь хотим!
К той молодой две что постарше присоединились.
Взгляд уж не действует. Думаю, как бы помягче отправить подальше. Женщины все-таки.
- Женщины, уважаемые, как шли куда-то, так и идите себе, своей дорогой.
- Зря так говоришь. Была беда маленькая, будет беда большая. Зачем судьбу злишь, зачем нас обижаешь?
Ничего себе заявления… Останавливаюсь ошарашено, думаю, пришло ли уже время крепкого слова.
И тут…
- Так, дивчата. А нужбо, спидныци попидняли догоры да бигом звидсы, доки сраки красным не загорелись!
Голос негромкий и знакомый. Поворачиваю голову. Точно, бабушка та, что с внуком была.
Цыганки увидели ее и как-то вдруг съежились. Вот словно бы яростно, до хрипоты заливающаяся лаем дворовая болонка увидела, что рядом с ней вдруг оказалась кавказская овчарка, молчаливая, но от того не менее опасная. Тихо, ни слова не сказав и очень-очень быстро, практически бегом ушли в сторону перрона. Это вообще никак на них не было похоже.
Смотрю на бабушку, смотрю в ее глаза, внимательные такие и странно живые.
- Спасибо, бабушка.
- Ай, то такэ. Не бери дурного до головы. Всэ будэ добрэ.
Кивает мне на прощание, берет за руку внука и идет. Понятно, их электричку уже объявили.
А мне до моего поезда еще час.
Улыбаюсь. Почему-то на душе светло и спокойно. Про цыганок и думать забыл.

***
- Где едем?
- Таирова, Королева, …
- Угу. Откуда поезд?
- Поезд с Харькова. А так – с Полтавы.
- И как там?
- Красиво. Вкусно. И каждая вторая жинка – ведьма.

Улыбаемся с таксистом. Едем.

© Ammok
Это сообщение отредактировал Ammok - 1 авг 2013 в 15:39