Рассказ. "Анна. Месть." (18+).

Позвольте, так сказать, представить вам трэшевую поебень писанину, навеянную мне промозглой осенней погодой. Проба пера, так сказать. Строго 18+! Все имена и события вымышлены. Или нагло спизжены у нравственного ориентира сами знаете кого!

Анна. Месть.

- Решено, умру сегодня! И день подходящий. - сказала вслух сама себе совершенно обнаженная Анна, тряхнув копной струящихся, иссиня-черных волос. День и правда был невесел, мрачные тучки принесли морось, что так заунывно скребла по крыше предбанника, в который и выскочила наша прекрасная героиня, остудиться от банного жара. Присев на лавку, Анна принялась оглаживать себя по телу, сгоняя выделившуюся влагу, при этом, с немалым удовлетворением ощущала, что кожа ее все так же бархатиста, а округлости правильны и упруги. И лишь душа ее, истерзанная поруганной честью, представлялась ей некой половой тряпкой, выброшенной в отхожую яму за ненадобностью.
-Умру, и все тут! Будет потом локти кусать! - нежная ладонь прикоснулась к гладкой, по последней моде, коже между розоватых от пара бедер. Но желания ласкать саму себя не было, больно уж мрачные мысли посещали прехорошенькую головку молодой девицы. Однако, проникнув одним пальчиком во влажную и упругую промежность, Анна стала водить его взад-вперед. Воспоминания о сладких минутах истомы всколыхнули ее разум. Внезапно, краем уха, юная озорница услыхала тихий шорох, за дверью кладовой с банными принадлежностями.
- Сенька, опять подглядывать вздумал? - нисколько не испугавшись, крикнула Анна. - Вот уж расскажу папеньке, будет тебе, на орехи!
Сенькой звали молодого парнишку, что ухаживал за скотиной в богатом имении отца Анны. Был он небольшого роста, светловолосый и кареглазый и, как говорят в народе, "не от мира сего". Очень любил он резьбу по дереву, кости, мастерил ножи на продажу. Добродушный малый, вечно с улыбкой, всем он всегда старался угодить. За что часто и влетало ему, конечно. А уж, коль застукали бы его за подглядыванием за голой барышней, быть ему битым батогами.
И тут, шальная мысль пришла в голову Аннушке. Широко раздвинув ножки, она уселась прям напротив двери, за которой скрывался негодяй, и стала чувственно ласкать свою мокрую и горячую от возбуждения розочку. Она теребила набухший полновесной ягодой клитор и хитро щурилась, глядя на дверь, за которой кто-то страстно и тяжело дышал, уже нисколько не стесняясь. Услыхав стон за дверью, Аннушка опрометью бросилась к ней и, отворив ее, узрела нарушителя ее покоя. Он стоял на коленях с наспех накинутой холщовой рубахой, на которой расплывались мокрые пятна внизу живота.
- А ну, признавайся, чего тут делаешь? - обнаженная девица грозно, подобно прекрасной греческой богине, нависла над обмершим от страха слугой.
- Эээ, батюшка Ваш, послали, за травкой для чаю... - запинаясь, пролепетал Сенька, не в силах отвести глаз от разгоряченных прелестей Анны. Руки его дрожали, но не от страха, а, скорее от мощного оргазма, который он только что испытал.
- Подглядывал за мной, да еще и член свой дергал? - ледяным тоном спросила плутовка, нарочито напустив на себя гневный вид. И Сенька понял, что батогов ему не миновать...
- Не погубите, госпожа, Богом прошу, ноги Ваши стану мыть, да ту воду пить... Бес попутал, грех мой, мне и в Аду гореть, не погубите, красавица моя, Богиня!!! - скулил Сенька, пытаясь надеть штаны.
- Не погублю, если делать будешь, что скажу тебе. - черноволосая бестия прехитро улыбалась белыми, как жемчуг зубами.
- Все исполню, что прикажете, Богиня! - Сенька подскочил и как собака завертелся вокруг свой госпожи, пытаясь поцеловать ее ноги. Аннушка звонко засмеялась.
- Сейчас в баню пойдем, будешь со мной играть, но сначала вымою тебя, а то провонял своим двором, как конь. - Аннушка потащила Сеньку за отворот рубахи в парную.Там, скинув с него обветшалую дерюгу, и усадив на лавку, принялась остервенело тереть его паклей с мылом. Сенька млел от прикосновений своей Богини.
- Матушка Царица Небесная, благодать-то какая, теперь и умирать не страшно - блеял Сенька, закатив глаза. Отойдя на шаг назад, Анна откинула свесившиеся волосы назад, и прищурившись, поглядела на плод своих деяний. Отмытый и посвежевший Сенька стыдливо прикрывал рукой срамное место.
- А ты ничего так, симпатичный. - влажным голосом промолвила девица, заставляя встать паренька на дрожащие ноги. Сама она опустилась на колени, так, что на уровне ее глаз оказался набрякший член слуги. С горящими глазами, озорница схватила намыленными пальчиками Сенькино естество, и принялась ласкать его:
- Небось дворовые девки так не делают,а? - Аннушка дергала вздыбленный, весь в мыле член. Сенька замычал и одарил свою госпожу тугой струей, прямо в лицо. Стыдливо отстранившись, он с изумлением увидел, как молодая чертовка с удовольствием размазывает белесую горячую жидкость по своим округлым, бархатистым грудям. В глазах молодой девицы плясали огоньки. Останавливаться она не собиралась.
Окатив себя и служку горячей водицей, Анна уложила его на лавку и решительно обхватила увядший член слуги ртом, очень скоро он воспрянул и задвигался между пухлых губок Аннушки вновь. Взобравшись на лавку и сев сверху, девушка направила член себе в пышущее жаром лоно, и медленно начала двигаться, закрыв глаза и мурлыча, словно кошка. Влага обильно сочилась из ее промежности, волна наслаждения пришла очень быстро, а очередной выстрел спермы она приняла себе в рот, жадно проглотив.
Когда страсть окончательно угасла, они сидели друг напротив друга в предбаннике, и в глазах Аннушки больше не прыгали чертики, она вновь была грустна и очень серьезна.
- Ты должен сделать для меня еще кое-что, очень важное. Но не сейчас, а когда придет время. - Анна посмотрела на обессилевшего Сеньку, который испуганными глазами смотрел на свою госпожу, осторожно прихлебывая чай...

Два года спустя. Осень. Станция "Бологое", Тверской области. Время: около 21 часа.
До отбытия поезда Санкт-Петербург - Москва оставалось около пяти минут. Паровоз уже стоял под парами. В роскошном купе №8 вальяжно раскинулся на сидении щеголеватого вида офицер, некто В. Периодически он подкручивал свои идеально ухоженные усики, и с интересом выглядывал в коридор вагона, дабы заранее лицезреть своего попутчика. А, чем черт не шутит, может повезет, и попутчицу. Весьма самодовольный и самоуверенный тип был, этот В. Романы и адюльтеры были в его жизни обыденным делом, много сердец он разбил, много судеб поломал. Но не стыдился этого, и совесть свою не беспокоил по пустякам, так сказать. Вошедший молодой человек, закутанный в темный плащ, появился словно из ниоткуда. Молча он занял свое место напротив господина В., и откинул капюшон. Улыбнулся. Поезд тронулся.
- Премерзкая погода, для начала осени, не правда ли? - В. был охоч поболтать. Особенно, когда дело касалось сплетен.
- Совершенно согласен с вами, осень весьма рано посетила нас в этом году. - незнакомец пристально и очень серьезно смотрел своими карими глазами на офицера, отчего тому сделалось не по себе.
- Гвардии офицер В., с кем имею честь? - решил продолжить знакомство В.
- Арсений Лаптев, мастер. - он продолжал буравить взглядом собеседника.
- Интересно, весьма интересно. Бологое... Знаете, было тут у меня знакомство приятное, в Бологом. Особа очень, весьма даже в соку, если понимаете, о чем я. Так вот у нее был служка, Сенька звали... Чем то на вас похож, только ушибленный маленько, юродивый. А барышня потом эта, сказывали, на рельсы легла, мнительная очень оказалась. А куда вы путь держите любезный, позвольте полюбопытствовать?..
- Я-то? - улыбнулся мастер. - Да все мы по одному пути идем, только кое-кому пораньше его завершать приходится, а кто-то вообще топчет его почем зря, другим жить лишь мешает.
- О! Да вы еще и философ! Люблю, люблю. Особливо, знаете ли, когда вот барышню выжму как лимон, да интерес к ней утрачу, вот тянет потом ей о смысле жизни поведать, о силе мужской и женском предназначении - ублажать естество мужское. - В. закинул ногу на ногу, закурил, и с превосходством посмотрел на своего собеседника, дескать, а ты чем похвастаешь?
- Философ он жизнь изнутри видит, мудрость в нем великая, а не органом срамным ее меряет, да и дев невинных обманом не бесчестит. Позвольте прервать вас. Подарок для вас имеется... - Мастер стремительно встал перед офицером, распахнув полы плаща. Черная сталь висевших под ним ножей тускло сверкнула в желтом свете вагонного светильника...

Спустя 4 часа. Станция "Вышний Волочек", Тверской области.
Из еле освещенного тамбура вагона спрыгнул человек в черном плаще, и быстро зашагал в темноту, удаляясь в сторону леса. На его лице, скрытом капюшоном, играла улыбка. Моросил мелкий, но частый дождь.
Проводник, разносивший чай, не стал беспокоить пассажира купе №8 предложением испить горячего чаю. Ибо пассажир тот спал, или дремал, правда в странной позе, навалившись вперед, и свесив голову прямо на грудь. И лишь через несколько часов, весь растревоженный сонный вагон шептал "Убийство, убийство!". А в купе №8 задержанного поезда, усталый полицейский что-то писал в свой блокнот, сидя напротив трупа господина В., с воткнутым под подбородок ножом ручной работы, с черным лезвием и ручкой белой кости, на которой искусными вензелями извивалось имя "Анна".
Конец.