Оглядываясь в 90-ые, Случайно увидел в Фейсбуке

Я помню этот день двадцатилетней давности. Помню, как лупили танки с моста под радостный визг измазанных в шоколаде шлюх. Помню, как нащупывал ногами ступени, ведущие к спасительному 17 подъезду, спотыкаясь о трупы и кашляя от гари. Помню, как красиво ложились трассера возле Останкино. Там металась полуживая «четверка» с распахнутым багажником и пробитыми колесами. Ее водитель – его звали Тарас – пытался увезти раненых…
Я сочувствовал «низам», которые больше не могли жить в ужасе и нищете, и ненавидил власть, которая расстреливала свой народ. Но это была ДРУГАЯ страна. Та, о которой мы почему-то стали забывать. Это была страна, где лес меняли на «сникерсы», страна, в которой торгаш-лотошник говорил ветерану «ты», где в небольших городах матери отправляли детей в школу, дав на завтрак подслащеную воду, а в городах покрупнее бандиты стреляли, жгли и взрывали людей, и ошалевшие от легких и безумных денег необизнесмены покупали курорты на ночь (да что там – курорты! Можно было купить все! Не просто все, а – ВСЕ!) Это была страна, в которой никто не соблюдал законов, потому что законов, как таковых, и не было, страна, где мздоимство и коррупция стали клановым бизнесом – от чиновника в окошке до президента, в масштабах, ошеломляющих даже поносимых ими коммунистов, страна, в которой убивали науку, закрывали заводы, растаскивали производство, обворовывая и первое, и второе и третье, где национальная валюта вызывала презрение, а доллар обесценил жизнь. Страна, у которой не было даже названия…
Это была страна, где шла ГРАЖДАНСКАЯ ВОЙНА. Так получилось, что я знаю ее на вкус. Я хорошо помню этот металлический, приторный, блевотный вкус. Я был в окопах Приднестровья, на пограничных постах Ингушетии и Северной Осетии, был в Таджикистане. Я видел с каким иезуитским восторгом брат резал брата, а вчерашние соседи стреляли друг в друга через забор, через реку, через совесть.
Сейчас я растерянно оглядываюсь и спрашиваю: послушайте, разве это только я – Дмитрий Герасимов – бывший солдат, бывший студент, бывший журналист – помню об этом? Разве вы – мои ровесники – забыли?!!!!!! Я хочу схватить за штанину орущего мне в ухо хипстера или вальяжного менеджера из офиса «Охуейшн лимитед» и тихо спросить: «Сынок, тебе какой свободы не хватает? Может быть, у тебя украли деньги, пока ты был с родителями на ГОА? Может, тебя преследуют по национальному признаку? Может, тебе не дают материть власть? Может, ты ждешь ночью «воронка», который уже увез всех твоих соседей? Зачем ты – сначала исподволь, а теперь и явно – угрожаешь моей стране гражданской войной? Ты чьи машины собрался переворачивать? Свой «Ягуар» или отцовский «Порш»? Ты в кого намерен кидать фаеры? В окно школы, где учатся мои дети?.. Ну, хорошо… Ты не помнишь и не знаешь… Но родители твои ДОЛЖНЫ помнить! Или твои родители – как раз те, кто покупал курорты и ездил по городу с волыной под малиновым пиджаком? Не надо, сынок… Знаешь, это ведь не игра. Это совсем не прикольно. Когда пуля натыкается на тело, раздается такой мокрый звук, наподобие шлепка. Потом тело обмякает, теряет очертания и оседает на землю. Я видел. Я слышал. Я знаю. Но вот когда ты, перепачканый в чужих мозгах будешь ползать по скользкому от крови асфальту и блевать от ужаса, что ты наделал – будет поздно… Ступай, учи геометрию, пиши стихи, снимайся в кино, занимайся бизнесом. Ты ведь успешен, красив, не беден. Тебе просто скучно. Или ты болен…