Неизбежность (raketchik)

Неизбежность

Про наказания писал, вспомнил Кольку, соседа.
Я про него рассказывал уже, вот тут

Если меня в детстве не наказывали, то Кольке батя вваливал за двоих. По любому поводу и без лишних нравственных терзаний. Просто он так представлял свою отцовскую функцию. Что б ребёнок был обут, одет, вволю накормлен, и вволю выпорот. Не самый плохой вариант, кстати. Тем более что за Колькой не ржавело, поводов он давал - рука лупить устанет. То сарай подожжет, то в картофелехранилище на тракторе въедет, то козу в лесу привяжет, потому что лень на выпас водить. Я не рассказывал? У Кольки была обязанность - водить козу на выпас. С утра отвести, колышек если надо вбить, козу привязать. Потом забрать, привести. И вот у них там вышел какой-то конфликт, боднула его что ли она? Он её отвёл в лес, и там к дереву привязал. Пришел домой, сопли до пупа - нашу машу волки съели. А колокольчик-то снять не доумился. Вечером приходят грибники, говорят - там коза в лесу стоит, привязанная, звенит. Не ваша?
Так то коза, а то трактор. Дядя Валя, тракторист. В обед приехал, трактор на околице поставил, побежал перекусить. Тут Колька. Хопа, трактор! В кабину залез, давай там крутить. Ну и накрутил. Трактор на уклоне стоял, взял да поехал. Колька испугался, а куда ты денешься? Трактор едет. А уклон упирается окурат в ворота картофелехранилища. Туда он и приехал. Четко в створ, только ворота хлопнули. Насквозь проехал, в стенку упёрся, и встал. Колька вылез, ворота затворил кой-как, и ходу.
Трактор неделю всем колхозом искали. Нашли случайно. А кто в июне догадается в пустое картофелехранилище заглянуть?

Так что вваливать Кольке было конечно за что. Впрочем он на отца и не обижался, относился к этому как к уколам. Процедура неприятная, но необходимая, куда денешься? Сымай штаны, заголяй жопу, вот и весь сказ. Сколько дядька Валя ремней об него истрепал, никто не знает.
А тот раз он в школе чего-то набедокурил. И набедокурил видимо не по маленькой, а серьёзно. Родителей его в школу вызывали регулярно, но они не ходили. Позиция дядьки Вали по поводу образования была незыблемой как скала. Ваше дело учить? Вот и учите. Моё дело растить, я ращу. Если он в рваных ботинках в школу придёт, тогда да. А если он читает плохо, я тут при чем? Чего мне-то жаловаться? Я же вас не вызываю, если он картошку плохо окучил. Как-то сам обхожусь. Такая короче позиция, железобетонная. И за учебу Кольке попадало меньше всего. Если только колькина классная, Нина Степановна, отца где-то случайно встретит, в магазине там, или на улице, и давай ему мозги полоскать. Тот от неё отмахнётс как от назойливой мухи, но дома Кольке ввалит конечно, для профилактики.

Ну вот. Так что за проделки в школе Колька не больно переживал. Но в этот раз всё вышло по другому. Со школы пришел, поел, только собрался из дому мотануть, смотрит в окно, а по улице, по направлению к их дому, классная идёт. Нина Степановна. Колька сразу понял, что не с пирожками. Не принято у учителей домой к школьникам ходить, только уж если совсем край. Тут значит край. И Колькина жопа зазудела. Тем более что оба, и отец и мать, были дома. Мать возилась на кухне, дядька Валя ковырялся с ружьём, он был заядлый охотник.
Что делать? Жопа для головы является исключительно прекрасным стимулом. И Кольке приходит в голову гениальная идея. Зацените.
Он выскакивает из избы, хватает на крыльце замок, выбегает на улицу, запирает дверь снаружи, ключ в карман, а сам через сарай, через двор, назад в хату. И как ни в чем ни бывало давай отцу по ушам ездить, отвлекать. Дядька Валя в окно классную-то конечно видел. Видел, как она подошла, заглянула в калитку, постояла секунду, и пошла дальше. Ну, пошла и пошла. Думала да передумала. На то собственно и был Колькин расчёт. И он оправдался! Пронесло. Обрадованный Колюня уже собрался было побежать проделать трюк с замком в обратную сторону, тут его мать с кухни окликнула, позвала за чем-то.

В это время по улице мимо дома ехали цыгане на телеге. Цыганский табор частенько стоял в лесу за деревней. Цыган в деревне не любили, но терпели. Воровством они не промышляли, хотя стянуть что-то по тихой вполне могли. А так занимались своим обычным ремеслом. Ходили по дворам, что-то купить, что-то продать, гадали и попрошайничали. И вот едут они по улице. Тут остановятся, туда заглянут. Хоп, калитка открыта. Заглянули, а дом-то на замке! Ну надо же! В деревне ведь как? Если ушли ненадолго, дом не запирают. Накладку накинут, и всё. А если замок, значит скоро не жди. Тут замок, а калитка настежь. Ну как удержишься? Вошли тихонько, смотрят - бельё висит сушится. Хорошее бельё. Надо снять.
И вот снимают они тихонько бельё с верёвок, складывают в наволочку, а дядька Валя сидит на них в окно смотрит. Он даже в ступор впал от такой наглости. Средь бела дня! Ну, он недолго конечно в ступоре был. Вскочил, и на улицу. "Да вы, мать вашу, совсем что ли обалдели?" Хоп, а дверь-то не поддаётся. Припёрли - подумал дядька Валя.- совсем уже с ума посходили. Пару шагов отошел, и дверь вынес. Ох, он здоров бык был, дядька Валя.
Ну, конечно пока он с дверью возился, цыгане тоже поняли, что дом не пустой. Удивились изрядно такой засаде, добро побросали, и ходу. Дядька Валя хватает дрын, и за ними. Догнал уже у околицы. Не догнал бы конечно, да им стадо поперёк попалось. Догнал, и давай охаживать. Когда те поняли, что их бьют, и бьют с энтузиазмом, бросили телегу, и врассыпную. Когда все разбежались, дядька Валя оставил дрын, лошадь распряг, телегу перевернул, и остался весьма доволен делом рук своих. Идет обратно, а ему навстречу кто? Конечно! Нина Степановна.
- Здравствуйте, Валентин Фёдорович! А я вас целый день ищу! А что это у вас дом на замке?
- На каком замке??

И вот когда Колька в окно увидал, как отец возвращается в сопровождении классной, он понял что план его удался, но вмешались подлые обстоятельства. И сейчас ему прилетит. И прилетит вдвойне. Прилетит и за школьные проделки, и за игры с замком, и за сломанную дверь. Уши и жопа заранее горели адским пламенем, но деваться было всё равно некуда.
Однако всё получилось совсем не так, как он ожидал.
Отец вошел в прекрасном расположении духа. Обычно мрачный и молчаливый, он прямо светился от счастья. Увидев Кольку, сказал добродушно.
- Не боись, пороть не буду!
И потирая руки, добавил громко.
- Представляешь, мать? Сколько я на этих цыганей ссмотрел, всё повода не было. А тут так хорошо прям получилось, в масть!

На следующий день он Кольку конечно всё равно выпорол. Но уже совершенно по другому поводу.
© автор