В камере

Дверь распахнулась и меня втолкнули в зарешеченное помещение. Я не успел даже оглядеться, как свет погас, погрузив всё пространство моей новой тюрьмы в темноту. На ощупь куда-то примостился, сел и закрыл глаза. Буду ждать утро и оно принесёт ответ… Утро вечера мудренее.

Утро…

Зажёгся свет и теперь я смог, наконец-то, разглядеть свою камеру. Не так уж и плохо. Меня везли сюда в гораздо худших условиях, в тесной клетке, где я даже выпрямиться не мог – голова упиралась в потолок. Перевозили, почти как опасного преступника. Разве что, только, не сковали цепями или не связали. А так – один в один. Один. Савсэм адын.

Сейчас я один. Возможно, что это – одиночка, а может, просто, ещё никого ко мне не «вселили». Подождём – посмотрим. А пока – осмотрюсь. Единственное из предметов, что мне разрешено иметь – зеркало. Старое, грязное зеркало, заляпанное неизвестно чем.
«Ну и рожа у тебя, Шарапов». Но ничего – сойдёт для сельской местности. Третий сорт – не брак.

Обед. В камеру закинули жрачку. Да-а. Негусто. Но и не пусто. И на том спасибо…

В соседние камеры селят новеньких. В той, что ближе ко мне - какой-то пижон. В цветной одежде. Точно педик!

- Эй, желторотик! Тебя за что? – крикнул мне сосед.

- Пашол вон, гомик разукрашенный!

- Как ты меня назвал? А ну, повтори!

- Пшёл вон, гомик!

- Нет, вы слышали, - запетушился он, призывая в свидетели своего унижения невидимых соседей. – Слышали? Это кто ещё из нас педик?
Он подскочил к решётке и попытался достать меня, но безрезультатно.

- Ты, птичка! За свой базар нужно отвечать!

По решётке трещоткой прошлась палка надзирателя и сосед отскочил в другую сторону.

- Петух, - в ярости процедил он. – Пе-тух крашенный!

Я лишь улыбнулся и посмотрел в зеркало. Почему сразу «петух»? Вполне симпатичный, даже очень симпатичный волнистый попугай…

© Писдобол