НЕ ВРЕМЯ ДЛЯ МУЖЧИН, немнога букофф

Четвёртую минуту Артём возился с дверным замком – погнутый ключ выскальзывал из вспотевших трясущихся пальцев и упорно не желал вступать в соитие с хитроумными зубчиками замка. Артём коротко выругался и прислонился к шершавой подъездной стене. Облизав пересохшие губы, он пошарил по карманам пиджака в поисках сигарет. Чёрт, ну где же они? Артём точно помнил, что оставалось больше половины пачки! Пьяно покачнувшись, Артём поднял со ступеньки завалившийся на бок пузатый портфель. О, вот и помятая с угла пачка… А зажигалка, мать её, где?
Горестно обхватив начинающую предпохмельно трещать голову, Артём опустился на ступеньки и, раскачиваясь, словно старый еврей на молитве, мысленно запричитал о сучьих выходках странной своей судьбы… Не, ну надо же было так нажраться в этой окраинной забегаловке! Директор, сука педантичная! «Артём Анатольевич, мне не нравится Ваш стиль работы! Боюсь, что мне придётся пересмотреть условия Вашего контракта» А хуле, чьи же тогда это слова: «Меня интересует только результат. А победителей – не судят». И улыбка, сука, такая демократичная… Ссука…
- Простите, молодой человек, Вам плохо?
Артём поднял голову и увидел стоящую площадкой ниже пожилую женщину в потёртом пальто. Женщина тревожно вглядывалась в его лицо, опираясь на ободранные перила. «Откуда она тут взялась? Шагов я точно не слышал. Старая ниндзя…».
- Плохо. А у Вас огоньку не найдётся? – Артём понимал, что сморозил очевидную глупость: ну откуда у пенсионерки с собой зажигалка?! К его изумлению, женщина, торопливо закивав головой, похлопала по карманам пальто и, тяжёлым шаркающим шагом поднявшись по ступенькам, протянула ему спасительную пластиковую плашку – «крикет». Прикурив сигарету, Артём с наслаждением выдохнул дым и протянул зажигалку хозяйке:
- Спасибо, выручили…
- А что ты, сынок, тут сидишь? Замок заклинило? – женщина обошла Артёма, попутно подняв его портфель, и взялась за ключ. Обернувшись на щелчок замка, Артём увидел, как женщина легко, без малейших усилий достаёт ключ из открывшейся двери.
- Них…ничего себе! Как это Вы…
- А ты пригласи меня на чаёк, сынок, отблагодари… - засмеялась женщина, обнажив ровные белые зубы. «Протезы» - тут же отметил Артём и почему-то смутился:
- Конечно, заходите. Только у меня пакетный, и ничего такого к чаю нет…
- Ну, это мелочи – женщина вновь улыбнулась и шагнула в квартиру.

- …И я понял – сейчас нормальному мужику пробиться в жизни куда сложнее, чем любой тупой девочке. Там всё просто – в нужный момент дала кому надо, и всё! Никаких проблем! Вы посмотрите, что на улицах творится, - Артём схватил очередной пирожок, из выложенного незнакомкой на стол пакета, и, запив откушенный кусок подостывшим чаем, горячечно продолжил, - мофна быть фоть фими пядей во лбу, прафтите фяс…ага, хоть семи пядей во лбу, но любая симпатяшка с красивыми ножками имеет сейчас куда больше шансов устроиться на хорошую работу, заслужить повышение, прибавку к зарплате! Потом у неё внезапно появляется какой-нибудь «Ситроен», дорогущий мобильник, а её тупенькие мысли становятся стратегией компании! И всё, приехали! Парень с университетским образованием оказывается в полном дерьме! Пашешь как скотина, пытаешься чего-то добиться и когда уже вот оно – только руку протянуть – появляется такая фифа, ничего толком не умеющая, и забирает твой авторитет, повышение, уважение начальства. Ей, видите ли, повезло с любовником! – Артём стукнул ладонью по краю стола и поморщился…
- Так ты на самом деле считаешь, что сейчас всё доступно только женщинам? – озадаченно спросила гостья, - а кто же даёт им все эти возможности, о которых ты говоришь? Не мужчины что ли?.. – она развела руками и замерла в ожидании ответа….
- Нууу – растерялся Артём, - на коне сейчас те мужики, кому повезло чуть раньше, или у кого есть родители с возможностями, связи…Да что там говорить – будь я такой фифой, мне не пришлось бы переживать то, что я сейчас переживаю… Три года – коту под хвост. Три года! А после сегодняшнего разговора с директором уже точно никаких перспектив – чудес не бывает… – Артём вновь обхватил голову руками и шмыгнул носом.

Наступившую тишину нарушил скрип табурета.
- Спасибо, сынок, засиделась, а тебе отдыхать надо. Хороший ты паренёк… - женщина внимательно посмотрела на поникшего Артёма, непослушный вихор светлых волос на его макушке… - Никаких, говоришь, проблем у них, всё через постель… Ох, неправ ты, сынок…
- Да прав я, прав! Вы всё равно не поймёте, - взвился Артём, - Вы же сами – женщина, не поймёте!
- Не буду спорить…Тёма… Можно тебя так называть?
- Да, а…
- А меня зови тётя Лена, - женщина направилась к выходу из кухни, легко коснувшись холодными пальцами его лба, - вот и познакомились. У него всё плохо, у женщин – всё легко и красиво, без проблем и труда… ну а как же! Спорить не буду – сам поймёшь… - словно сквозь вату доносилось из коридора беззлобное ворчание натягивающей сапоги женщины, - Не провожай, Тёма…Из восемьдесят девятой я. Будет совсем трудно – заходи…

Как захлопнулась дверь Артём уже не слышал – уронив голову на недоеденный пирожок, он спал.

В незашторенное окно холостяцкой кухоньки заглядывала луна, а тусклый свет шестидесятиватной лампы под матерчатым абажуром освещал неожиданно ангельски-нежное чуть курносое лицо с подрагивающими во сне веками, светлые кудри, свесившиеся со столешницы, изогнутую во внезапном сне ломкую девичью фигурку в повисшем на ней мешком сером мужском костюме…