О внешнеполитических сдвигах и внутренней экономической ситуации в России

Только за последние месяцы произошло сразу несколько событий, которые накладываются друг на друга и дают довольно мрачную картину. Начнём с геополитики. Армения, формальный союзник по ОДКБ и ЕАЭС, в мае 2026 года проводит исторический саммит с Евросоюзом в Ереване. Это не протокольная встреча — Евросоюз официально признал курс Армении на вступление в союз, передаёт почти 3 миллиарда евро на транспортные проекты, запускает процесс безвизового режима и оказывает военную помощь через агентство Frontex. Пашинян открыто дистанцируется от Москвы, и этот саммит стал фактически публичной сменой вектора. Россия теряет последнего союзника на Кавказе, а Европа получает плацдарм.

Параллельно происходит ещё один болезненный разворот. Азербайджан с января 2026 года официально начал поставки газа напрямую в Германию и Австрию. Европа, введшая сотни санкций против российского энергосектора, без проблем берёт азербайджанское топливо, которое идёт по трубам, построенным ещё в советское и постсоветское время. Азербайджан уже расширил поставки по Трансадриатическому трубопроводу до 16 стран и к 2027 году планирует качать в ЕС до 20 миллиардов кубометров в год. Россию просто вырезали из европейского энергобаланса, заменив соседом, который торгует с Западом и чувствует себя прекрасно.

Но самый настоящий системный кризис разворачивается внутри самой России. Война в Украине превратилась в черную дыру, которая засасывает всё. Бюджет на 2026 год выглядит как военный. На «национальную оборону» и «безопасность» уходит почти 40% всех расходов — 16,84 триллиона рублей. Социальные расходы ужаты до 25%, финансирование медицины и образования сокращено кардинально: больницы потеряли почти половину бюджетных ассигнований по сравнению с довоенным периодом. Хуже всего то, что деньги уже кончились. Только за январь и февраль 2026 года Россия выбрала весь годовой лимит дефицита, и Минфину пришлось экстренно резать расходы на 10%. Это не управление экономикой, а латание дыр любой ценой.

Война сожрала и рынок труда. В оборонной промышленности сейчас занято около 3,8 миллиона человек, эти предприятия переманили к себе всех, кого можно. Гражданские заводы — сталелитейные, угольные, строительные, даже крупный ритейл — остались без кадров. Число анонсированных увольнений выросло на 43% по сравнению с прошлым годом, некоторые предприятия переходят на четырёхдневную рабочую неделю. Даже рост самого военно-промышленного комплекса замедляется: после диких 30% в предыдущие годы, в 2026-м он вырастет лишь на 4-5%. Ресурсы просто кончились.

Но, пожалуй, самый опасный социальный фактор, о котором почти не говорят, — это возвращение домой примерно 700 тысяч ветеранов. Люди, прошедшие интенсивные боевые действия, привыкшие получать по 300-400 тысяч рублей в месяц и имеющие боевой опыт. На гражданке им предлагают зарплату в 50-60 тысяч. Война породила новую жадную элиту из полевых командиров и военкоров, которая при заморозке конфликта потеряет всё. А регионы вроде Бурятии или Тувы, где война стала главным работодателем и способом вылезти из нищеты за счёт выплат погибшим (по 5-7 миллионов на семью), при прекращении боевых действий могут просто рухнуть в социальный хаос. Эти люди агрессивны, организованы и им нечего терять.

И как вишенка на торте — налоговая политика, которая должна оплатить всё перечисленное. С 1 января 2026 года в России повышен НДС до 22%, каждый покупатель видит это в любом чеке. Кроме того, готовится введение налога на все посылки с зарубежных маркетплейсов — Wildberries, Ozon, AliExpress — так называемый НДС на импортную мелочёвку, который к 2028 году планируют поднять до 22%. Власти хотят сделать платной даже электронную почту для предпринимателей, а для признанных иноагентами ставка НДФЛ вырастет до 30%. С начала войны российские налогоплательщики оплатили из своего кармана уже около 550 миллиардов долларов военных расходов, получив взамен инфляцию, дефицит врачей, запрет VPN и тотальный контроль в интернете. Армения уходит на Запад, Азербайджан зарабатывает на европейском газе, внутри России — военно-социальный коллапс и тотальное ограбление граждан. Остаётся только гадать, сколько ещё протянет эта конструкция, когда вокруг — потерявшие союзники, а внутри — пустой кошелёк и тысячи озлобленных ветеранов.