Повестка на кладбище

Поговорка четвертой волны мобилизации: «Пусть лучше трое судят, чем четверо несут»

В минувший вторник на Украине официально стартовала четвертая волна мобилизации. Премьер Арсений Яценюк объявил, что планирует увеличить общее количество военнослужащих до четверти миллиона. Итог первого дня по трехмиллионному Киеву – в столичные военкоматы пришло чуть больше 250 человек. Это все вместе, мужики с повестками и добровольцы. В сравнении с тремя мобилизациями прошлого года число добровольцев-киевлян стремительно приближается к нулю.
Хотя готовились к мобилизации заранее. Еще две недели назад военные разослали запросы в отделы кадров предприятий, коммерческих фирм и госструктур. Повестки начали разносить представители военкоматов, сотрудников жэков и даже дворники. Такое впечатление, что несут всем подряд. Есть много случаев, когда в призывные списки включены люди с инвалидностью и покойники. По инвалидам непонятно, зато с покойниками логика процесса соблюдена: сегодня идешь на «АТО» – завтра ложишься в могилу.

«Военкоматы просто проверяют свои списки. А по поводу умерших, скорее всего, это просто ошибки», — пояснил пресс-секретарь Минобороны Украины Валентин Буряченко.
Похоже, главный украинский вопрос-2015 – как откосить? Киевские дворничихи берут 200 гривен в день, чтобы сообщать военкомату, мол, призывник не появлялся дома. Чтобы повестку не вручили на работе, некоторые увольняются. Гораздо популярнее вариант с командировочными. Желая сохранить работников, дирекция оформляет командировку, а сам призывник продолжает работать.
- Уклонистом считается только тот, кто расписался в получении повестки, но не явился в военкомат. Такие дела мы передаем в прокуратуру. Что же касается тех, кто просто скрывается от повесток, — здесь мы ничего сделать не можем, - признает зам. военкома Киева подполковник Игорь Слюсаренко.
До 27 января все, кому таки вручили повестки, должны будут пройти медкомиссию. Затем списки подадут в военкомат. Военнообязанные просят своих детей говорить, что отцы ушли из семьи и больше не живут с ними. Но хитрецов охотно выдают властям патриотичные школьники-соседи. СБУ проводит соответствующие беседы с учителями, чтобы организовать систему детских доносов. Процесс пошел. Сначала ученики младших классов рисовали открытки «героям АТО», а теперь разыскивают «трусливых предателей Батькивщины». Самым лучшим обещан бесплатный летний отдых в лагерях Галичины.

По Украине прокатилась молва - людей, попадающих под призыв, не выпускают из страны! Якобы для этого пограничники получили базы военкоматовских данных. Власти опровергают, утверждая, что если нет решения суда, никто не имеет права ограничить выезд за границу.
На самом деле, реальные возможности уехать резко ограничены. Тотальный шмон выезжающих идет на польском кордоне. Ближайшим вариантом был Крым. Однако сначала отменили все крымские поезда, а сейчас полностью остановили движение пассажирских автобусов. Железнодорожное сообщение прекращено даже с украинской станцией Новоалексеевка – крайней на пути в «крымскую эмиграцию».

Не хотят идти на убой мужики Днепропетровска. Еще в сентябре на здешнем Краснопольском кладбище были заранее выкопаны 700 могил для участников силовой операции в Донбассе. Похороны и рытье новых могил продолжается до сих пор. Результат предсказуем. «В Днепропетровской области есть 30 военкоматов, на каждый из них пришло максимум по одному добровольцу», - сокрушается и. о. облвоенкома Игорь Василенко.

Его коллега, заместитель военного комиссара объединенного Индустриального и Самарского военкоматов Днепропетровщины Сергей Безуглый рассказал, как 21 января он лично обошел «десятки квартир», пытаясь раздать повестки. Двери не открыл никто!
Днепропетровское ноу-хау – призывные пункты размещают в городских центрах занятости. В армию решено грести безработных: типа. нечего устраивать митинги протеста у главной проходной «Южмаша», требуя долги по зарплате.
Офицеры заявили, что будут работать в центрах занятости ежедневно с 8:00 до 17:00. Сотрудники центров ответили, что делиться рабочими местами с военными не собираются: «По закону у нас есть две недели, чтобы дать ответ представителям военкоматов».

Группы призыва передвигаются по Днепропетровску в сопровождении вооруженной милицейской охраны. Иначе можно «получить в голову». После совершенно нулевого старта мобилизации принято стратегическое решение «обходить спальные районы, когда военнообязанные точно будут дома». То есть, по вечерам и утром. Еще есть информация о готовящихся облавах – прежде всего, «вязать» потенциальных призывников будут на городских рынках и вокзалах.

Тем временем против мобилизации уже выступили днепропетровские женщины. В соцсетях собираются т.н. «группы жен и матерей», которые решили любыми путями не пускать своих мужей и сыновей на «братоубийственную войну». Невероятно, но антивоенная риторика дошла до днепропетровских СМИ. Женщины Приднепровья открыто критикуют «кровавую и бессмысленную бойню на Донбассе» - и такие интервью медийщики вотчины Коломойского ставят в местный телеэфир.

«Пусть лучше трое судят, чем четверо несут» - эта поговорка стала девизом четвёртой волны мобилизации в Одессе…Интернет-порталы жемчужины у моря полны советами для уклонистов. Вот типичная инструкция по-одесски:
«Что же делать, если повестку принесли? Ничего. Скажите, что порезали палец и не можете подписать. Главное — не подписывать. Помните, что подписав повестку, вы можете подписать свой смертный приговор! В случае отказа подписывать сотрудник военкомата обязан найти понятых, в присутствии которых вручит вам повестку. Пока он будет искать понятых (которые не могут быть сотрудниками военкомата) вы можете просто внаглую уйти. У каждого призванного должна быть своя голова на плечах и каждый должен сам понять, что он не идёт никого защищать — он идёт убивать и быть убитым».

Наткнувшись на молчаливое сопротивление больших городов, хунта привычно посылает на убой простых сельских хлопцев, тех, кто не смог «закосить» от армии. По селам идет настоящая охота на людей. Вот как это делается. Свидетельствует женщина, вернувшаяся с Хмельнитчины. Была на похоронах старика-родича. Женщина в шоке, но вовсе не от печальной церемонии.
Когда после похорон шли поминки, прямо к хате подъехал военный грузовик «Урал» с кузовом-кунгом. Это такой зеленый фургон с зарешеченными окнами. В дом вошел офицер и четверо бойцов в камуфляже и масках-балаклавах. Все с автоматами.
Офицер показал удостоверение сотрудника военкомата Хмельницкой области. За стол сесть отказался. Вместо «здравствуйте» протянул хозяину дома повестку.
Хозяин – местный фельдшер, инвалид по зрению. У мужика страшная близорукость, очки как увеличительные стекла. На руках у жены грудное дитя. Еще двое малышей стоят рядом.
- Когда являться? – спросил ошеломленный мужик.
- Едешь с нами, прямо сейчас! – отрезал офицер. – Рюкзак есть?
Мобилизованный пытался показать свою справку об инвалидности. Венкоматовец в ответ ухмыльнулся: «Плохо видишь? Ничего. Окопы рыть сможешь».
- Не пущу! – завопила хозяйка. Бросилась наперерез и тут же получила удар прикладом в живот.
Военные нашли в хате хозяйственную сумку. Стали бросать со стола вперемешку хлеб, сало, колбасу, картошку, огурцы. Себе в ранец спрятали водку.
-Тетка, вставай, нехрен валяться. Собери мужу теплые шмотки, а то голый поедет. И консервов каких-нибудь найди.
На сборы дали полчаса. Перепуганные односельчане бросились вон со двора. В селе уже были мобилизации, но так жестоко забирали впервые. Когда фельдшера выводили, толпа окружила грузовик. Раздались крики: «Не дадим забирать, что ж такое! У него ж деточек трое, кто кормить будет!..»
Боевики в камуфляже без знаков различий молча передернули затворы. Один поднял ствол и выстрелил поверх голов. Люди упали на колени в грязь, начали расползаться по сторонам.
Когда распахнулись задние двери фургона и внутрь втолкнули мобилизованного – было хорошо видно, что в кунге сидят еще шестеро таких же ссутулившихся мужиков…
«Урал» уехал, увозя прочь живую добычу военной облавы. Постепенно соседи вернулись в хату, чтобы хоть как-то утешить хозяйку и допить-доесть оставшееся с поминок. Звучит страшно, но получалось, что одновременно с покойником поминали еще живого фельдшера и десяток сельчан, без вести пропавших минувшим летом в зоне «АТО».

P.S. , у меня просто нет слов
взято тут