Недавно друг из АТО вернулся, такое рассказал… Будто темной ночью, когда солдаты ВСУ забываются тревожным сном алкоголика, а сепары обстреливают свои микрорайоны, по пустым донецким шляхам едут караваны белых фур.
За рулем фур сидят мертвецы в ватных куртках. Фуры едут почти бесшумно, и в это время дорогу накрывает туман, да такой плотный — как молоко. Радары и спутники эти фуры не видят поэтому. А кто пытается фотографировать, того блокируют сразу во всех социальных сетях.
А нагружены фуры каждый раз по-разному. То паспорта российские везут и балалайки. А то мертвецов, груз «200». Если солдат эту фуру ночью увидит, никогда не живет как прежде. Кто сразу в волонтеры уходит, кто в Италию сортиры мыть, кто депутатом становится. Но большая часть по ночам ссаться начинает неудержимо.
Так вот: поставили роту 69-й горно-равнинной дивизии на н-ский блок-пост: дорогу охранять Ну, чтоб кадыровцы и буряты из окружения не вырвались.
Легли спать солдаты, а Богдан — ну этот, со Жмеринки — на караул стал.
Стоит Богдан час, другой. Вдруг, смотрит: туман на блок-пост ползет. А из тумана, глядь, фура выкатывается белая. Огромная, страшная. От нее могильным холодом тянет.
Поравнялась фура с Богданом, окно водительское открылось. Из него высовывается водитель — морда знакомая. Весь такой седой, похож на директора школы. И говорит водитель Богдану на каком-то странном языке.
— Підкажіти, а як прiiхати до Дiнецька? — Куди? — У Дiнецьк. Це гiрiд таке. Или в Гiрлівку? — Що везете? — Бiмбу. — Бомбу? — Та ні. Я пiшутил! Так мiжна прiiхати чи ні?
Смотрит Богдан, а с водилой в кабине еще один сидит — дородный такой, представительный. В галстуке. Как профессор. Смотрит на солдата, усмехается.
И от этой страшной ухмылке жутко стало воину. Но тут Богдан вспомнил о присяге, воинском долге, украинском лицарстве, собрал последние силы и ответил:
— Гони 50 гривень і їдь собі!
Засмеялся седой, пошептался с напарником. Высунулся к Богдану.
— У, кровосiс… На, держи!
Дал водила Богдану 50 гривен, и фура и растворилась в темной донецкой ночи. А Богдан стоял ни живой, ни мертвый. Знай только про себя бормотал: «Слава Украине, Слава Украине, Слава Украине!».
Утром вышли из блиндажа побратимы, а у всего подразделения шапки пропали. Вот вчера были, а куда сегодня делись, никто не знает. Побежали они к Богдану, спросить побратима за те шапки, а он весь седой стоит.
— Братцы мои, — говорит. — Мне ночью такое привиделось… Будто Янукович вернулся…
А в руке у него зажата бумажка. Да так крепко зажата, что насилу всем блок-постом разжали ему пальцы. Смотрят, а там лежит один доллар. И тот фальшивый.
А на следующий день блок-пост сепары взяли. Всех побратимов убили, а Богдана отмудошили, да отправили в Донецк, в рабство департамента ЖКХ. Побои, сказали, будешь отрабатывать.
Слог силен, спасибо! Чем-то напомнило Бориса Житкова с его морскими рассказами. Там, где он турецкие фелюги описывал...
Это сообщение отредактировал Criatiff - 26 фев 2015 в 03:28
Маникюрша знакомая рассказывала, Лена. Плакала. У нее жених из АТО вернулся, Васыль. Говорит, поседел весь, кончики волос посеклись, и кутикула совсем загрубела, ужас. Он у нее вообще патриот, с первых дней на Майдане - флаеры суши-бара там раздавал да как-то втянулся. Чуть сотником не стал, но денег не хватило. А как АТО началось, решил в волонтеры пойти - несолидно как-то с мамой жить в одной квартире. Коробочку из пластика сделал, стал у Ашана, так его там другие волонтеры костылями побили, говорят - это наше место, уходи отсюда. Ну, в общем, они другое слово сказали, но моя маникюрша стесняется его произносить. Волонтерить в тылу - опасное дело, как оказалось. Он хотел даже как-то официально записаться, но дорого, денег не хватило. Он и в АТО собирался добровольцем податься, но у него целый букет болячек - непереносимость лактозы, аллергия на пыльцу гвинейской пальмы и подозрение на плоскостопие. Ну и как ему такому на Донбассе воевать? Но он не отчаивался, боролся как мог: состоял в 150-ти патриотичных сообществах в фейсбуке и вконтактике, Авакова и Геращенко постоянно лайкал. Изучил фотошоп, чтоб про Путина картинки делать. Ну, вы сами знаете, что рассказывать?.. Вообще патриот - ничего без «Слава Украине!» не делает, даже носки меняет с этим криком, если сразу оба меняет - два раза кричит. В постели тоже. Лена сначала пугалась, а потом ничего, привыкла. А тут повестка. Он пытался военкому про свои диагнозы рассказать, но тот даже слушать не стал. А такой суммы, чтоб военком ему посочувствовал, у Васыля не было. Пошел, значит, в АТО. Потому, что в Россию тоже дорого. Продал машину, на вырученные деньги купил моток желтого скотча. Тогда как раз гривна в очередной раз укрепилась, на большее денег не хватило. А намордник она ему сама связала, маникюрша моя, в смысле. Из буклированной пряжи, 80% ангора, 20% нейлон. Флаг погладил, прочел наизусть «Никогда мы не будем братьями» - и вперед. Привезли их, значит, на базу, украинский генерал им там что-то долго рассказывал, но Васыль мало понял, он в школе французский учил. Потом обучение: сдача нормативов по прыжкам вверх, 100 часов отработки кричалок, мастер-класс от представителей Новой почты по упаковке телевизоров и микроволновок, тренинги по умению определить русского десантника по обрывку этикетки от консервной банки, семинар по новейшему российскому вооружению «От Чебурашки до Звезды Смерти» и обзорная экскурсия на новое кладбище. А еще военрук на политинформации в рамках борьбы с идеологическим противником показал им 10-тисекундный ролик с киселевской пропагандой. Что тут началось… Одни прямо там в обморок падали, другие начинали в конвульсиях биться, пена изо рта, кричат не своим голосом, лают, плачут, грызут ноги… Ужас… И только дед Тарас сидит как ни в чем не бывало. Его из схрона только при Ющненко достали, он кацапской мовы не розумиет, слепой практически и глухой на оба уха. Сидит, улыбается, весло чистит. От байдарки. Уже тогда Васыль понял, что дед непрост, ох, не прост… На следующий день повезли их в окопы. С одной стороны - лес, с другой - тоже лес, а посредине - сепары лагерь разбили. Смотрит Васыль в бинокль: Оренбургский футбольный клуб «Газовик», абитуриенты Бурятского педагогического колледжа и литературные персонажи готовятся к очередному вторжению на Украину - ну вот в точности все, как Васильева рассказывала! Встали, топором побрились, выпили водки, сами себя обстреляли, помолились на портрет Путина, выпили водки, зажали в зубах свои паспорта, выпили водки и пошли, и пошли… Идут, главное, и мрут как мухи, горы трупов кругом, чеченцы на коленях стоят, плачут как дети, Моторолу в очередной раз насовсем убили, стотыщ русских в плен сдалось вместе с оружием. Но у Васыля как раз мобильник разрядился, не успел снять. У нас-то, конечно, потерь нет, многие просто лежат и не дышат, чтоб деморализовать и запутать врага. И вдруг видят: из леса на них Самый Главный Сепар движется - борода по пояс, лапти, папаха, профиль Сталина на груди, идет, на ходу лезгинку танцует. В одной руке - бутылка водки, в другой - ядерная боеголовка. Бойцы опешили немного: они тут как раз в плен собирались - горячего покушать, время обеденное, а у них одна карамелька рошен на весь взвод - сосут по очереди. Но ничего не поделаешь, если никак нельзя отмазаться, то приходится воевать - «така одвична прырода украинського лыцарства». Ребята уже прощаться стали, а тут встает старый вояка Тарас и говорит "Дай-ка сюда "весло", сынку!" Все думают - ну сбрендил старый, из весла, что ли, собрался его завалить? А Тарас взял весло, туда смотрит и говорит тихо "Слава Украине!" А потом вышел в поле и как гаркнет: «Йой, шо то сі діє?!! Бодай тебе шляк трафив, курва францювата! Най би ті качка копнула, курча твоя мать! Ней тебе свиня задзьобає, бахур намаханий! Жиби тобі жаба цицьки дала, пуцька волохата!» Сказал, и вдруг Самый Главный Сепар начал из стороны в сторону вилять, гудеть, крутить его на месте стало, несколько сепаров задавил, те врассыпную. Своих подавил немеряно. Потом в окоп свалился, гудит как ненормальный - на клаксон упал. Подергался немного и затих… Да что там говорить, даже у наших пулеметы из рук попадали, так их волной накрыло от Тарасового боевого НЛП... А Тарасу хоть бы что, только чуть подмышки вспотели. Потом наклонился, подобрал дохлую ворону, привязал к ноге и ушел в лес, слегка прихрамывая. Больше они Тараса не видели… Сидели, молчали, курили, в плен ушли только вечером, к ужину. Такие дела. А вы говорите - укры воевать не умеют…
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии. Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.
1 Пользователей читают эту тему (1 Гостей и 0 Скрытых Пользователей)
yaplakal.com
Dipper26 фев 2015 в 03:17