Детдомовка

В далекой молодости за мной ухаживал человек, нанимавший на работу детдомовских. Ему полагались за это льготы в налогах. Работали у него молодые девушки – расписывали сувениры. Кто из них из детского дома, а кто нет, я понимала довольно легко. Руки у детдомовских были очень специфические.

Странные руки для девушек. Часто с остатками старого лака или с заусенцами. И было интуитивное понимание, откуда это. Ведь казенный быт может научить читать, писать, и т д. Но вот для таких бытовых навыков, тут, наверное, нужна была мама. Как будто кирпичик выпадал из стены девочкиной жизни. И получалась такая стена в дырочках. И странные тени, и неуместная помада, и руки с заусенцами.

Сейчас, говорят, девочкам дают уроки моды, даже целые модельные агентства организуют. Но тогда это было так. Я вспомнила об этих руках, когда говорила с приятельницей. В ее семью внезапно пришло горе, и не уходит.

Горем эти стала их новая невестка. Как вы уже догадались, девушка из детского дома, которой вся семья дала кличку «детдомовка».

Свадьбу не играли, расписались тихо. А когда молодой муж привел жену знакомиться с родственниками, те обалдели. Дальше расскажу с ее слов. Слово в слово как она мне.

«Худая до истощения, с огромным беременным пузом, была одета в коротенькие шортики, почти трусики, и спортивный топ, оголявший живот и синие растяжки на нем.

На голове окрашенные в баклажанный цвет волосы были свернуты в фигушку и заколоты какой-то облупленной заколкой. Макияжа не было. Были бесцветные очечки. Практически до волоска выщипанные брови, делавшие ее лицо полностью лысым.

С порога новоприобретенная родственница кинулась нас всех обнимать и целовать. Как спущенная с поводка собачонка. Людей, которые видели ее в первый раз в жизни. Некоторые шарахались, но старались быть вежливыми. Навязывалась и прилипала ко всем, не смотря на их реакцию по отношению к ней.

И из нее как из рога изобилия лились такие подробности ее биографии, которые в принципе даже очень близким людям не рассказывают. Стараются умолчать.

Родилась в многодетной семье. Мать пила и много раз выходила замуж. Успевала рожать, а потом детей практически сразу забирали в детдом. Знает лишь об 11 своих братьях и сестрах. Большинство сидят в тюрьме. Она выросла в детдоме. После 9 класса училась в техникуме, где забеременела в 16 лет. Кто отец ее первого ребенка она не знает. В роддоме написала отказную на ребенка.

Узнав, что среди присутствующих родственников есть адвокаты и юристы, с детской непосредственностью попросила решить проблему с ее алиментами на первого ребенка, потому что огромный долг и ей грозят судимостью.

Присутствовавшие женщины особо впечатлились, узнав ее возраст. На тот момент ей было 21 год. А все почему-то решили, что ей года 32.

За столом делилась подробностями своей протекавшей беременности, делиться которыми за столом как-то не принято. Говорила не затыкаясь. Ложкой разрубала голубцы и вилкой подносила кусочки ко рту. Нож она отпихнула от себя.

Среди родственников было тягостное молчание. Полный шок. Среди врачей, учителей, инженеров, адвокатов таких «чуднЫх» людей ранее не наблюдалось. Разбежались с семейного вечера пораньше.»

Я так поняла, что муж хотел этого первого ребенка разыскать. Усыновить. Жить дальше. Учиться дальше жить вместе. Но у родственников другие планы: избавиться от семейного позора любой ценой.

- Нифига себе, вы снобы… - говорю. – Не жалко?

Знаете, что она сказала мне напоследок: «Мы не снобы, мы – нормальные. Мы не готовы общаться с «такими» людьми».


© morena-morana